у меня из головы. Появилась внезапно, как снег в середине лета, и каждым своим шагом ломает устоявшиеся традиции.
Слишком смелая, слишком дерзкая и слишком…притягательная.
Я не узнавал сам себя и от этого бесился еще больше. Я всегда мог держать женщин на расстоянии, не давая завладеть моим сердцем.
Но то, что творится со мной в присутствии этой чужестранки, кажется мне одновременно недостойным и таким приятным, словно патока по венам растекается.
Этим утром она была такой трогательной, уснув на этой своей вышивке. И я, как глупец, не решался дотронуться до нее, чтобы не спугнуть легкий утренний сон. А когда взял на руки, то был одурманен легким цветочным ароматом, что исходил от нее. Словно я нашел прелестный бутон среди зимы. А ее ресницы трепетали, будто пугливые бабочки.
Я едва устоял на ногах, когда она проснулась и взглянула на меня. Я тонул в этих омутах, забывая о цели своего визита. Еще и эти намеки на знания, которые удивят искушенного в любовных делах мужчину.
И ведь ни одна знатная девица не смотрит так открыто мужчине в глаза, как это делает она. И никто не спорит так отчаянно.
Сначала я думал, что это происки Ольги, ее тетки. Ведь за каждой девушкой на отборе стоит клан родственников и прихлебателей.
Но сколько мои слуги ни следили за ними, а связи никакой не заметили. Ни записочек, ни тайных встреч, словно они чужие люди друг другу. Князь так и вовсе отмахнулся от нее, заявив, что он-то уже выбрал сыну жену. А эта участница отбора всего лишь дань уважения роду его супруги.
Я бы и не обратил внимания на нее, если бы не скрытые магические способности, о которых она сама не подозревает. Девица из мира, где по небу летают огромные воины-орлы, а любой ребенок знает сказку про то, как дракон съел солнце. Такую же, как и мне рассказывала когда-то мать.
Дядя не верит в древних драконов, что были нашими предками. Игорь и подавно далек от этого. Но я чувствую иногда, как глубоко внутри меня просыпается что-то дикое и необузданное. Оно спит и лишь иногда сонно приподнимает голову.
Появление Катерины обеспокоило то древнее существо в глубине моей души. Оно, как и я, поводит ноздрями, чтобы понять, что за диковинка попалась в лапы дракона.
Она либо враг и мое проклятие, либо величайшее благо. И как я ни стараюсь, уличить ее в чем-то плохом, не получается. Она не проникала в покои князя, не обманывала на отборе, чтобы пробраться в число победительниц.
Словно и не заинтересована она в этом отборе и вот-вот взмахнет крыльями, обратится в горлицу и упорхнет вслед за своим предком-орлом. А я так и останусь смотреть, как она удаляется, превращаясь в точку. Незамеченный и ненужный.
И только Светозар подозрительно много времени проводит в ее обществе. Предлагает помощь и заверяет в дружбе. Но я-то знаю его гнилую сущность.
А еще мой внутренний зверь не хочет ни с кем делить ее, желая владеть безраздельно. Я это четко понял, когда мы остались наедине. Я видел ее губы, чувствовал ее дыхание. Ее грудь высоко вздымалась, выдавая нетерпение.
Ах, как мне хотелось оттолкнуть старого пройдоху, когда он внезапно явился, взял Катерину под руку и повел в покои, рассказывая очередную смешную глупость.
Проклятый паук снова плетет свои интриги!
Ведь это я должен вызволить прелестную деву из темницы и получить в награду поцелуй, что она едва не подарила мне.
24
Я почти не слушала Светозара, пока мы поднимались с ним из подвала.
Все мои мысли были заняты Огнедаром. Между нами определенно что-то происходило. В его присутствии я одновременно смущалась и становилась очень смелой, почти дерзкой.
В толпе я искала его взглядом, а голос могла различить среди сотни других. Он казался мне самым надежным, что есть в этом странном новом мире.
Что было бы, не приди Светозар?
Пребывая в мечтах о неслучившемся поцелуе, я не заметила, как мы свернули в другую сторону. Мужчина увлекал меня, уводя все дальше от моих покоев.
Я остановилась и выдернула руку, за которую он меня тянул вперед.
Оглянувшись по сторонам, я поняла, что была в этой части впервые. Длинная галерея со сводчатым потолком и высокими окнами тянулась вдаль от основных помещений замка.
— Куда вы меня тащите?! — возмутилась я.
Светозар посмотрел сладенько, улыбнулся гаденько и попытался вновь схватить меня за руку.
— До Рощи Священной прогуляемся, говорю же, — ответил мужчина.
Он все-таки зацепил мою руку и довольно настойчиво потащил дальше. Одновременно с этим он воровато оглядывался по сторонам и как-то излишне суетился.
Возможно, он уже и объяснял, куда и зачем мы идем, а я все прослушала. Но его поведение говорило о том, что направляемся мы туда, куда не следовало бы.
Мало ли что там они в этих рощах делают? Принесет меня сейчас в жертву какому-нибудь драконьему богу.
— Не пойду я с вами никуда, пока вы мне цель нашей прогулки не объясните, — возмутилась я, — и вообще у нас не положено девицам по лесам шастать.
Светозар замахал на меня руками, чтобы я потише говорила и снова оглянулся по сторонам. Но мы были в галерее одни.
По моей коже пробежал холодок, а спина покрылась мурашками. Мы были совершенно одни, и если бы мне вздумалось закричать, то едва ли кто-то услышал бы нас.
Светозар тоже это понял. Он выпрямился и расправил плечи. Я смотрела во все глаза на то, как он на глазах меняется. Теперь он стал выше меня и смотрел сверху вниз с некоторым пренебрежением. Заискивающий взгляд и сладкие интонации в голосе тоже пропали.
Мне стало страшно.
Наконец-то я увидела истинное лицо этого советника, и не была этому очень рада.
По моим округлившимся глазам он понял, что выдал себя. Ухмыльнувшись, он решил, что больше не стоит скрывать свою сущность.
— Я сказал, что мы прогуляемся до Священной Рощи. Не заставляй меня тащить тебя туда силком! — рявкнул он.
Я набрала в легкие воздуха для крика. В замке всегда есть слуги, кто-то да услышит меня.
Тут же боль словно иглой пронзила мою грудь, и весь воздух вышел из нее. Боль, сковавшая ребра, не давала сделать глубокий вдох, я могла лишь тихонько скулить. В глазах потемнело, я могла видеть лишь неясные силуэты.
— Сама виновата, — презрительно буркнул Светозар.
Он толкнул меня в бок, понуждая следовать за ним, но у
