преследовать нас до земель стаи, а мне нужно защитить Сару.
Она ранена и не может бежать так быстро, как я. Значит, придется ждать подходящего момента.
Они хотят волка? Тогда они его получат.
Надеюсь, тогда они уйдут, и моя стая будет вне опасности. Если мне не придется беспокоиться о них, я смогу сосредоточиться на собственном спасении.
Это моя работа.
Я останусь и буду бороться, чтобы выиграть ей время.
Я бросаюсь на большого ублюдка, зная, что он самый опасный. Он отскакивает назад и замахивается на меня своим оружием. Я уворачиваюсь от него и разворачиваюсь, чтобы зарычать на лысого, нанося удар лапой, прежде чем перепрыгнуть через протянутые руки главного.
Я быстрая и сильная, но их трое.
Что-то ударяет меня по задней лапе, и меня пронзает боль, но я продолжаю бороться. Взмахнув когтями, мне удается рассечь плечо главного. Он рычит, падая назад.
— Вейл! — орет здоровенный ублюдок, но Вейл рычит, прижимая руку к плечу, сквозь пальцы сочится кровь.
Я чувствую, как кто-то подкрадывается ко мне сзади, и прыгаю к дереву, отталкиваюсь и швыряю угрожающего, Джея, на землю, царапая его бок и плечо, но что-то снова ударяет меня - что-то, от чего содрогается все мое тело.
Электрический пистолет отбрасывает меня в сторону.
Завывая, я поворачиваюсь, поднимаю голову и вою, чтобы моя стая знала, где я. К черту все это, мне нужна поддержка.
На меня обрушивается еще один толчок, потом еще.
Их оружие слишком сильное, и другой ток проходит сквозь меня, сбивая с ног, пока я бьюсь. Это дает им время, в котором они нуждаются, и когда я чувствую, как что-то пронзает мою шею, я вою от гнева, но тьма берет верх.
Последнее, что я вижу, - угрожающую ухмылку того, кого они назвали Джей. — Спокойной ночи, волчок. Не могу дождаться, когда начну играть.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
— Ты в порядке? — Я оглядываю Вейла. Он держится за плечо, и я разжимаю его пальцы, когда он ворчит. — Рана глубокая. Может остаться шрам, но в остальном все должно быть в порядке, — говорю я ему с облегчением. — Мы продезинфицируем и перевяжем рану.
Я поворачиваюсь к Джею, который держится за бок. Он закатывает глаза и одергивает свою разорванную, окровавленную рубашку. На нем повсюду следы зубов, глубокие и неглубокие, но он будет жить - просто еще один шрам для пополнения его коллекции. Я перевожу взгляд на волка. Сейчас на улице холодно, и так будет по крайней мере несколько часов.
Она потрясающего бело-коричневого цвета с ярко-голубыми глазами, которые в данный момент закрыты. Она крупновата для самки, но нет никаких сомнений, что это самка. Она еще и умная. Она избегала всех камер и пыталась вычислить нас. Так почему же она боролась, а не убежала?
— Может, нам остаться и подождать остальных? — Джей ухмыляется, желая крови, и пинает поверженного волка.
Я хмурюсь. — Нет.
— Люсьен прав. — Вейл оглядывается. — Они, должно быть, слышали этот вой и другого волка. Мы не можем сражаться с целой стаей, особенно на их территории. Она кажется важной персоной. Держу пари, что она - наш ключ к разгадке. Давайте заберем ее отсюда и допросим, пока они нас не нашли.
— Мы могли бы взять их с собой, — ноет Джей.
— Только не тогда, когда вы оба ранены, — огрызаюсь я, перекидывая волка через спину, не обращая внимания на ее зубы, которые находятся слишком близко, чтобы я чувствовал себя комфортно.
Мы спешим к грузовику, где я бросаю волка в клетку на заднее сиденье и дважды запираю ее, прежде чем запрыгнуть спереди. Джей садится сзади, а Вейл ведет машину, несмотря на мои протесты. Мы выезжаем оттуда через несколько минут, но когда выезжаем на дорогу, ведущую из леса, мы слышим вой.
Обернувшись, я замечаю волков, мчащихся рядом с нами вдоль линии деревьев. Их так много, что они высыпают оттуда, как муравьи. — Определенно стая, — комментирую я.
Вейл сильнее сжимает руль. — Хорошо, это значит, что она важна. Держись. — Он набирает скорость, зная, что даже мы не сможем выдержать столько волков.
Один бросается на машину, черный, и Вейл крутит руль, чтобы сбить его. Он улетает в лес. Еще один выпрыгивает на середину дороги, и Вейл хрюкает, выстреливая в него, прежде чем тот откатывается в сторону. Они быстро понимают, что мы их задавим, и когда мы выезжаем из долины, самый большой волк, которого я когда-либо видел, выскакивает на дорогу позади нас, издавая жалобный вой.
Может быть, пара?
В любом случае, мы на свободе. Джей ликует, когда мы спешим через дикую местность к нашему убежищу недалеко от города, которое мы оборудовали специально для этой цели.
— Зачем она это сделала? — Спрашиваю я, оглядываясь на волчицу, лежащую без сознания в клетке. Так она кажется меньше.
— Люсь? — Вейл хмурится, сбитый с толку.
— Она пожертвовала собой, чтобы спасти другую волчицу. Почему? — Я спрашиваю.
— Кто знает, но не думай об этом. Они умные ублюдки. Вероятно, это была ловушка, чтобы сбить нас с толку. Помни, они могут иметь человеческий облик, но они не что иное, как монстры, — отвечает Джей.
Я киваю, поворачиваясь обратно, чтобы посмотреть в окно, но что-то со мной не так. Животные не бегут навстречу опасности, они убегают, так почему же тогда эта рисковала всем, чтобы спасти другую волчицу? Мне должно быть все равно, потому что они монстры, а мы охотники. Они причинили боль моему брату и другу, но по какой-то причине эта мысль не покидает меня, даже когда мы подъезжаем к старой мельнице, которую мы арендовали.
Она уединенная, и ее окружает забор, отделяющий ее от леса. Мы добавили новую систему безопасности к воротам и камерам, и мы можем въехать прямо внутрь, закрыв за собой огромные ворота. Мы здесь мало что сделали, просто добавили три раскладушки, и наше оборудование занимает большую часть комнаты вместе с нашими картами.
В центре комнаты стоит огромная металлическая клетка, которую мы соорудили, и поскольку я единственный, кто не пострадал, я вытаскиваю волчицу из клетки в грузовике и не слишком аккуратно перекидываю ее в клетку побольше. Я захлопываю дверь и запираю ее. Она не двигается, но я не сомневаюсь, что она начинает просыпаться.
Вероятно, она пытается
