влюблена до беспамятства.
Он прекрасно умеет готовить, но всегда считал это женским занятием, а потому к продуктам особо не притрагивался. Его максимум — приготовить себе яичницу в мое отсутствие.
Но сейчас я стою, привалившись плечом к стене, и молча наблюдаю за тем, как муж скачет по кухне. Что-то не похоже на раскаяние. В комнате лежит пустой конверт, где раньше хранилась вся наша заначка. Дима даже не пытается найти работу, целыми днями валяясь на диване. А вчера он предлагал мне пойти на преступление, чтобы закрыть свои долги.
И всё, на что он способен после этого, — задобрить меня куском мяса⁈
Выглядит как издевательство. Он считает меня настолько недалекой?
— Привет, — произношу медленно.
— Ленок! — он машет в мою сторону ножом. — Ты что-то рано! Так, дай мне двадцать минут, и будем ужинать. Твой любимый соус доделаю только, а то он оказался каким-то муторным.
— Я не голодна.
Вообще это обман. Я весь мечтала съесть что-нибудь сытнее, чем упаковка печенья, которую успела быстренько умять в обеденный перерыв. В столовую сегодня не ходила, попросту не успела, закрывая и передавая дела.
Но у меня нет желания сидеть за одним столом с мужем, нахваливать его стряпню и радоваться тому, какой он у меня хозяйственный.
Один его вид вызывает у меня дикое желание развернуться и уйти.
— Перестань! — Димка отмахивается от меня. — Ты только кусочек попробуешь и сразу передумаешь. Давай-давай, садись. Я пока налью шампанское.
Второпях открывает бутылку, разливает по кружкам и неуклюже чокается. Я держу кружку на вытянутой руке и отсутствующим взглядом смотрю на пузырьки, пляшущие внутри.
— Ты же не любишь готовить.
— Я сильно накосячил и хочу загладить свою вину, — он грустно вздыхает.
Я хотела бы поверить, но не могу. Перед глазами застывает выпотрошенный конверт. Меня злит не только сам факт, что Дима взял оттуда деньги — но и то, что он даже не спросил моё мнение. Если бы он хотя бы поинтересовался — «Лен, можно?» — я бы отреагировала иначе. Конечно, я бы запретила, попыталась вразумить его.
Но я бы понимала, что мы — семья, и важные решения принимаем вместе.
Увы. Дима предпочел послушать только себя. Он даже не собирался рассказывать мне. А если бы меня всё же сократили? В какой момент всплыла бы неприятная правда?
Меня опять начинает трясти. Я не расскажу ему о новой должности и высокой зарплате. Нет уж. Пусть считает жену без пяти минут безработной. Может быть, хоть тогда что-то щелкнет в мозгу, отвечающее за трезвомыслие.
А я тем временем подумаю, как строить дальнейшую жизнь.
— На что ты потратил наши деньги? — спрашиваю, поставив нетронутое шампанское на стол.
Дима сначала мнется, но чуть позже оживляется. Достает телефон, наплевав на соус с мясом, открывает объявление и протягивает мне. С фотографии на меня смотрит очень дорогая иномарка. А вот ценник у нее подозрительно дешевый.
— Смотри, там такая тачка — пальчики оближешь, — Дима воодушевленно начинает перечислять: — Светодиодные фары, движок три литра, спортивная выхлопная система, кожаный салон. Короче, за такую машину мы несколько миллионов выручим! Прикинь, как нам свезло?
— Почему тогда её продают?
Я скучная и прагматичная, неазартная и не верю в чудеса. Машина такого класса и комплектации просто не может стоить столько, сколько указано в объявлении. Она либо битая-перебитая, либо восстановлена после утопления, либо… её вообще не существует. Очевидно же, что никто не будет продавать авто себе в убыток.
Вообще мне нравится смотреть всякие видео про автомобили. Как их покупают или перепродают. У меня даже прав нет, да и я плохо разбираюсь во всей этой тематике, но всегда с интересом слушаю экспертов и рассматриваю мир под капотом. Диму, правда, это всегда смешило. Он говорил, что не бабское дело лезть в тачки.
Но теперь мои скудные познания помогают увидеть всю нереальность данного объявления
— Собственник в Европу уезжает, говорит, надо сбыть побыстрее.
— Это слишком низкая цена. Даже если нужно срочно продать машину, никто не будет отдавать её в десять раз ниже рыночной стоимости.
— Лен, — Дима начинает злиться, — я что-то не понимаю. Ты недовольна, что мне впервые в жизни подфартило?
Соус выкипает из кастрюли, и на минуту он отвлекается от нашего разговора, а я молчу, не пытаясь что-то возразить. Мне не близка эйфория супруга, потому что я понимаю: его банально разводят на деньги. Самым простейшим способом. Подманив «конфеткой», которую он никогда не получит.
Но эта мысль не злит и не раздражает. Просто опустошает меня окончательно. Я отстраненно думаю о том, что он потеряет последние наши сбережения. Почему-то нет сил даже на то, чтобы раскричаться или расплакаться.
Он просто отдаст наши деньги каким-то мошенникам. Это факт. Пора бы его принять.
— Ладно, что-то мы опять не в ту степь ушли, — Дима чешет затылок, достает тарелку и щедро наваливает туда и мяса, и макарон, и соуса.
От вида еды, приготовленной мужем, мой желудок скручивает в узел.
— Как у тебя на работе? — спрашивает мягко.
— Всё так же.
— Не передумали тебя сокращать?
— Не-а.
— Ну, оно и к лучшему. Что-нибудь другое найдешь.
— Ага.
— Лен, я придумал, как нам составить договор.
Воодушевленный донельзя муж встает за моей спиной, нежно обнимает за плечи. Я застываю каменным изваянием. Наверное, Дима понимает это как негласное согласие и перемирие — не ухожу же, значит, перестала злиться.
— Какой договор? — спрашиваю я, думая только о том, что этот вечер когда-нибудь кончится.
— Банковский, конечно. Мы его правильно с тобой состряпаем, потом ты его из-под стола вытащишь типа распечатала в своей программе. Я подмахну. Тема верная, никто даже не заподозрит. Давай я детально объясню?
Медленно поднимаюсь.
— Нет.
— Лен…
— Я сказала: нет.
— Выслушай…
Он идет за мной и пытается переубедить, хватает за локоть, но я вырываюсь. Наскоро влезаю в кроссовки, хватаю сумочку и ухожу из квартиры так быстро, пока муж не успел переодеться и пойти следом.
Отключив мобильный телефон, долго брожу по району, думая о том, что завтра же подам заявление на развод. Всё, хватит, последняя черта пройдена.
Я возвращаюсь домой за полночь, когда в окнах квартиры давно погас свет (я стояла и следила). Ложусь спать на неудобном, узком кухонном уголке, только бы не делить постель с мужем. Дима спит. Видимо, он даже не собирался бегать за мной по улицам. Тарелки навалены в раковине, мясо не убрано в холодильник.
Мне уже плевать.
* * *
Первое наблюдение про нового босса: Максим Витальевич приезжает на работу ни свет ни
