— главный заказчик. А заказывают они разработку вирусов этнического действия. Против славянского этноса: русских, украинцев, белорусов. По сути это биологическое оружие нового типа. Стремительное распространение в городах миллионниках и высокий процент летального исхода, которое можно списать на неизвестную эпидемию.
— Насколько американцы продвинулись в разработке?
— Трудно сказать. Но на примере лихорадки Эбола смертность среди черных африканцев девяносто процентов, в десятки раз больше, чем у белых. Что характерно, Эбола затронула те страны Африки, где в избытке полезные ископаемые.
— Меня интересует Украина.
— В последнее время на Украине зафиксированы вспышки инфекционных заболеваний, в том числе тех, которых не было долгие годы. Что характерно: фиксируется высокая смертность, но есть и выжившие. На наш взгляд, это испытания как вирусов, так и вакцин против них. Заразили — подлечили. На основе полученных данных разрабатываются новые более опасные штаммы вирусы.
— Мы можем с этим бороться медицинскими методами? Прививки, вакцины.
— Если враг нас атакует и застигнет врасплох — нет. Времени просто не будет.
— Какой видите выход?
— Требуется захватить образец вируса и документацию биолаборатории. Тогда появится шанс разработать вакцину.
— Как лучше уничтожить биолабораторию?
— Лучше всего термобарическим снарядом. Пламя в две тысячи градусов уничтожит любой вирус.
— Легко сказать! — подал голос Матохин. — Как я подгоню огнеметную систему в тыл противника? Ее радиус действия несколько километров.
Богданов переключил взгляд на командира спецназа.
— Что предлагаете?
— Операция сама по себе крайне опасна. Скрытно проникнуть, нейтрализовать охрану из мотивированных националистов, захватить объект, найти там то, не знаю что. А тут еще вирус! Если мои бойцы заразятся — вакцины нет! Мне придется пожертвовать группой? Это элита спецназа. И время на подготовку всего-ничего. Из всех вводных — только фотографии.
Матохин веером рассыпал снимки на столе и с сомнением прокомментировал:
— Девушка, снова девушка, какой-то качок и мельком объекты на заднем плане.
Богданов потянулся, придвинул снимки к себе.
— Вы зря так. Это смелая девушка, она нам помогает.
— Но в оружии и минах не разбирается. Я слышал, были потери.
Генерал-лейтенант разглядел на снимке парня с голым торсом и уверенно постучал пальцем:
— Я его знаю. Старший лейтенант Могилевский, служил у нас снайпером. Стал исполнителем заказных убийств по кличке Могила. После объявления в розыск скрылся на Украину.
Матохин заинтересовался:
— Товарищ генерал-лейтенант, его можно задействовать для наших целей? Расположение мин, смена караула. Возможно, бывший офицер оступился и хочет смыть вину.
Генерал с сомнением помотал головой:
— Могилевский враг, служит украинским националистам. Хотя мысль интересная. Оступился…
Богданов вспомнил противостояние двух киллеров: Светлого Демона и Могилы. Светлый Демон работала на Контору под кураторством Кирилла Коршунова. Подполковник Коршунов отличный офицер, но оступился. Отсиживает срок. Вот кому можно дать шанс на реабилитацию.
Хозяин кабинета дал распоряжение помощнику, и его оперативно соединили с колонией, где отбывал срок Коршунов. Генерал-лейтенант в общих чертах обрисовал суть сделки по возможному освобождению.
Заключенный выслушал предложение Богданова и первым делом спросил о жене:
— Я прошу разговора с супругой, Светлым Демоном.
Генерал ответил холодно:
— Проект Светлый Демон закрыт. Агент покинула страну и ни в чем не нуждается. Ни в деньгах, ни в мужском внимании.
— В каком смысле?
— Сейчас речь не о ней, а о тебе, Коршунов. Ты готов выполнить задание? Отвечай здесь и сейчас!
— Не подведу, товарищ генерал-лейтенант. Дайте шанс!
— Считай, уже дал. Сегодня сформируем группу, ты будешь главным. Детали в процессе подготовки.
О результатах разговора Богданов объявил собравшимся на совещании:
— Решение найдено. На опасное задание пойдет группа бывших офицеров во главе с осужденным подполковником Кириллом Коршуновым. Он служил под моим началом, я ему доверяю. Сейчас он и трое других оступившихся отбывают наказание за разного рода проступки. В случае успеха они будут помилованы.
Матохин усомнился:
— Четверо. Не маловато?
— Сколько есть. Ополченцы дадут проводника. Предлагаете добавить кого-то из ваших?
Матохин проглотил каверзный вопрос и заявил с жаром:
— Товарищ генерал-лейтенант, я возьму на себя обеспечение вооружением и подготовку группы.
— Тогда за дело! Времени в обрез. Сегодня же группу доставят из колонии в ваше распоряжение. И еще, Коршунов знаком с Могилевским. — Богданов придавил пальцем фотографию мускулистого киллера. — Сыграет это в нашу пользу или нет, пока не ясно.
Глава 10
Чеснок, Рябина и Могила ужинали в армейской столовой за отдельным столиком, над которым красовался портрет Степана Бандеры. Их обслуживала Ганна Бульба.
— Ще мяса курки? — предложила она, заметив опустевшие тарелки.
Рябина вытер жирные губы и приказал:
— Горилку тащи.
Сам посмотрел на командира. Чеснок не возражал. После нападения сепаратистов на объект на командира посыпались звонки из Киева. Звонили из СБУ, администрации президента и американского посольства. Марьяна Сапрун примчалась лично и сорвалась на визг, требуя полной безопасности американских разработчиков, иностранного оборудования и уникальных патогенов. Патогенами она называла пробирки и бутыли в боксе хранения.
— Это секретное оружие победы против донецких террористов, — шипела она в лицо Чесноку и бесцеремонно командовала: — Сроки прежние. Головой отвечаете!
Чеснок публично отчитал Рябину, как начальника охраны объекта. Тот накричал на боевиков, чтобы смотрели в оба. Бойцы выпятили грудь и выпучили глаза. В итоге Чеснок усилил охрану и чаще бывал на объекте, держа бойцов в тонусе. Стресс запивал водкой вместе с Рябиной.
Ганна разлила горилку по трем стопкам и с милой улыбкой, будто хотела рассказать веселую историю, промолвила:
— Я за таксиста згадала. У Софы Сидоренко из лаборатории муж в Харькове працював таксистом.
Все уже знали, что батальон прочесал поселок в поисках диверсанта из Донецка с позывным Таксист. Чеснок опрокинул стопку и вопросительно посмотрел на кухарку.
Ганна продолжила:
— Ее муж митинговал за Русскую весну с колорадской лентой, а писля утек до сепарам в Донецк.
Чеснок жестом показал, чтобы налила еще. Снова выпил, зажевал коркой хлеба и приказал Могиле:
— Возьми трех хлопцев. Проверим дом нашей лаборантки.
— Уже проверяли, — напомнил Могила.
— Но не допрашивали.
Чеснок отодвинул стул и потопал на выход из столовой. Рябина и Могила торопливо глотнули водку и поспешили за командиром.
Во дворе военные столкнулись с двумя полицейскими. В новой форме, в фуражках с кокардами в виде восьмиконечной звезды и такими же звездочками на погонах, они были похожи на американских копов. И явно этим гордились.
Пухлощекий капитан полиции шевельнул рукой, словно останавливал провинившегося
