дело это, чтобы в сказочном царстве девушки пропадали. Хотя поглядим еще на жениха. Если он и вправду такой, как его рисуют, то, пожалуй, я эту Василису даже искать не буду. Ну, кому хочется жить рядом с костлявым жадным стариканом даже без надежды на то, что он скоро окочурится и отправится в лучший мир? Кащей-то бессмертный. И что-то очень я сомневалась, что царевну по доброй воле замуж отдавали.
***
— Ох, накормила! — курица наклевалась так, что теперь едва могла стоять на ногах. Она привалилась к моему боку и по-кошачьи положила мне на колени голову. Ничего себе птичка!
— Давно я таких вкусных пирогов не едала!
— Будешь себя хорошо вести, еще что-то вкусное придумаю, — пошутила я, поглаживая Рябу по холке.
— Да, ты не только волшебница, но и на выдумки мастерица, — лениво протянула птица.
— Скажешь тоже, — отмахнулась я. — Ну какая из меня волшебница? Я до вчерашнего дня даже не думала, что Тридевятое царство существует на самом деле. А в моем мире никакого волшебства и в помине нет, — на этих словах я мимо воли вздохнула. Кажется, когда я вернусь домой, буду скучать по этому месту.
— Самая настоящая, — Ряба села и внимательно посмотрела на меня. — Или ты думаешь, скатерть-самобранка сама еду готовит, а ступа — летает?
— Ну да, это ведь волшебные предметы, почему бы им не делать это самим?
Курица громко раскудахталась, звук чем-то отдаленно напоминал смех.
— Не смеши мои перышки, Яська, это хоть и мощные артефакты, а в руках простого человека скатерть будет лишь куском ткани, а ступа — ну, она и есть ступа, да только никуда не полетит.
От этих слов я зависла и нахмурилась.
— Не совсем понимаю, к чему ты сейчас ведешь.
— К тому, что ты, Ярослава, самая что ни на есть колдунья. Волшебница. Ведьма. Как хошь себя величай.
Тут уж я не сдержала смех.
— Ну, хорошо, и почему же до этого дня я о своем колдунстве даже не подозревала? — прищурилась я, глядя на солнышко, которое то пряталось за пузатые ослепительно-белые облака, то снова являлось взору.
Курица долго ничего не отвечала, а потом все же выдала:
— Помнишь, что сказала Ядвига Никитична, когда ей пришло пророчество?
— Да уж как забыть? Жутковатое зрелище.
— Ну, так вот, ты должна узнать о себе нечто новое.
— Да уж, новее не придумаешь, — я покрутила в руках травинку и выкинула ее. — Поднимайся, хватит лениться, нам еще лететь далеко.
Я вытащила из рюкзака карту и сверилась с ней. Выходило, что мы двигаемся в нужном направлении. Полпути уже миновали.
— Если и дальше так пойдет, то к закату будем на месте, — примерно оценила я оставшийся путь.
— Хорошо бы, — заметила Ряба, — не люблю темноту, я ничего не вижу, а от этого кажется, что все вокруг пытаются меня съесть.
— Ну вы и мнительная, гражданочка, — рассмеялась я, закинув курицу в ступу. Сама она сейчас ни за что туда не забралась бы, слишком много съела.
— Чегой-то ты сейчас произнесла? — не поняла кура.
— Не бери в голову, — я собрала вещи в рюкзак и сама влезла в ступу, надо признать, и мне это далось с трудом. Вкусные пирожки были. Да. Если так и дальше пойдет, домой я вернусь колобком.
— Кстати, давно хотела тебя спросить, а чего это ты так странно с Ядвигой Никитичной говорила?
— Как — странно? — не поняла я, направляя ступу вверх.
— Ну, так, будто она не одна, а ее несколько. А теперь и мне так сказала.
Я сперва застыла, не поняв, о чем она толкует.
— А-а-а! — стукнула себя по лбу рукой так, что ступа накренилась. Курица испуганно закудахтала, я поспешно вернула транспорт на нужный курс.
— Прости, я все время забываю, что помело — это руль, и с ним нужно быть очень аккуратной. Ты о том, что я тебя на вы назвала?
— Ну да, — недовольно пробурчал мой временный фамильяр. — Я-то ведь тут одна.
Пришлось прочитать птице небольшую лекцию о правилах хорошего тона в моем мире. Она лишь удивленно кудахтала.
— Но ты-то сейчас здесь, а мы существа простые, так не говорим. Так что не пугай людей, говори нормально, неровен час какой селялнин подумает, что ты еще кого-то рядом с ним видишь, да на вилы насадит. Народ здесь простой, разбираться долго не будет.
Да что ж они все про вилы-то заладили? Я покосилась на Рябу, пытаясь сообразить, серьезно ли она говорит. Но решила ничего не отвечать. Буду думать, что это шутка такая. Курица — птица юморная, ага.
***
— Раз, два, три, полет нормальный, — сама себе под нос сказала я, когда солнце уже стало клониться к горизонту, потому что Ряба, которая сначала активно вертела головой, чтобы не упустить из виду местные красоты, теперь клевала носом. Кажется, курица меня даже не услышала. Она прочно обосновалась на моем плече. Сказать по правде, мне даже нравилось такое соседство. Ее перья были необычайно мягкие на ощупь и приятно щекотали шею.
Вдалеке я уже различала острые пики башен замка. Сверилась с картой и убедилась, что это именно то, что нам нужно. Жилище Кащея. Волнительно как-то. Как нас примет хозяин? Что ему говорить-то? Будущий врач такой из себя следователь. Но раз уж назвалась груздем… Эх! Была не была!
Мы летели почти без остановок. Только два раза спускались на несколько минут ноги размять да попить, а потом снова — в путь.
А воздух на закате здесь особенно прекрасный. Даже на такой высоте — тягучий, насыщенный сладкими ароматами трав и деревьев. Мы все так же пролетали над зеленым лесным ковром. Да, растительности здесь явно больше, чем в моем мире.
В носу защекотало. Я подергала им, чтобы убрать зуд, но это не помогло. Из меня вырвался громкий чих. Ряба, не ожидавшая такого подвоха, подхватилась с испуганным кудахтаньем, не удержала равновесие и свалилась за борт! Вот тебе и ступа волшебная! Вот тебе и не допустит вывалиться! Ну, Яга! Или это только пилота касается?
Ряба беспомощно трепыхала крыльями, пытаясь поймать восходящие потоки воздуха. Вообще-то в первую секунду я даже не поняла, что произошло. Только услышала немного испуганный, но все
