носом возле её ушка, едва задеваю, слышу её дыхание и шепчу:
– Давай, уедем отсюда, – выдыхаю.
– Да, – еле слышно отвечает она, заставляя меня стиснуть зубы от переполнявшего желания. Не уверен, что смогу дождаться, когда мы, наконец, окажемся наедине. – Мне нужно в аэропорт. У меня через два часа самолёт, – тем же интимным шёпотом добавляет она.
Смысл слов не сразу доходит до моего расплавленного мозга.
– Скажи, что ты пошутила? – прошу. Нет, почти умоляю.
– Нет, – с сожалением выдыхает она, качая головой, заставив моё сердце на миг остановиться. – Даша, уже прошла регистрацию, я не могу отменить поездку. Мне тоже так жаль.
Жаль? Ей всего лишь жаль?!
Опираюсь лбом на её лоб, пытаясь прийти в себя. София закусывает губу, вырвав у меня, нет, не стон, а крик души. Я не из тех, кому будет достаточно пятнадцати минут, и она это откуда-то знает.
Расплачиваюсь и везу Софию в аэропорт. Таксист изредка бросает на нас молчаливые взгляды. Держу её руку в своей, словно это может что-то изменить. Даже в аэропорту не отхожу ни на шаг.
– Мне пора, – произносит София.
Разворачиваю к себе и смотрю в глаза:
– Я тебя встречу.
– Зачем? – в глазах неподдельное удивление.
– София, ты ведь взрослая женщина, зачем задавать глупый вопрос?
Она просто улыбается. Какая же у неё красивая улыбка… и глаза…. Боже! Я так не хотел ни одну женщину!
– Спасибо за вечер, – благодарит и выскальзывает из моих рук.
Смотрю ей вслед, с диким желанием лететь за ней хоть на край света. София оборачивается и через плечо машет своими пальчиками «пока». Она скрывается в зале контроля безопасности, а я чувствую, что где-то меня опять жестоко обманули.
София
Не сдержалась и всё-таки повернулась. Честно говоря, думала, что он уже ушёл, но Дмитрий стоял и смотрел вслед. Даже жалко его стало. Немного.
Сначала я думала просто сказать, что улетаю, но потом решила, что лучше уж, действительно «улететь» от греха подальше.
Даша после выговора была на редкость послушной.
– Даша поменяй билеты на вечерний рейс в Екатеринбург. На сегодня.
– Вы сегодня улетаете? – Даша смотрела на меня как ребёнок, мама которого опять оставляет его одного. – Извините, – тушуется. – Номер бронировать?
– Да.
Кажется, моей мечте – провести пару дней дома, сбыться не суждено. Знаю, что поступаю безрассудно, но другую «благовидную» причину Дмитрий с лёгкостью разобьёт.
«Прости, Дима, но мне нужно время. Оставаться один на один, я пока не готова».
Шальная императрица: «Пфф».
Женская логика: «Вот именно! Он же сказал, что встретит, и что тогда?»
Что тогда – я не знала. Думаю, к тому времени у меня появится какая-нибудь идея. Но я очень надеялась, что после сегодняшнего ужина он постарается найти себе «утешение», и про меня, наконец, забудут. Только почему-то от этой мысли появился горький привкус.
Великая моралистка: «Сама виновата! Нечего было оставлять мужчину».
Шальная императрица: «И какого мужчину хочу заметить!»
Попробовала уснуть, но не получалось. Мысли сменялись одна за другой, а память подсовывала картинки, где Дмитрий, не отрываясь, смотрит на меня и в его взгляде читается не только интерес, но и желание, или как прижимает к себе, когда мы танцевали. Если бы я не знала, что этот интерес также быстро угаснет, стоит ему только получить желаемое.
Бесцельно смотрю в иллюминатор, стараясь отогнать от себя угрызения совести. Хотя, речь шла об ужине, а не о чём-то большем. Так что, Дима, извини.
Три – два.
– Уважаемые пассажиры, наш самолёт заходит на посадку, просьба выставить сиденье в вертикальное положение и пристегнуть ремни, – из динамика льётся мелодичный голос, вырывая из невесёлых мыслей.
Надеюсь, Даша послушается и не сообщит дату моего прилёта, об этом я написала в записке перед уходом. Зато у меня будут целые сутки, чтобы просто отдохнуть и ничего не делать. Ведь вылет был запланирован только на послезавтра. Буду весь день валяться в номере, закажу суши и вино. Хотя нет, вино не буду: обещала Эдику.
Шальная императрица: «Можно подумать, он об этом узнает?»
Может, и не узнает, но я обещала. Да и потом идти на комиссию с головной болью, как-то не стоит, а аспиринчик мне никто не принесёт. Значит, будут фрукты, суши и какое-нибудь кино. Сто лет ничего не смотрела.
Но праздное безделье, как оказалось, не для меня: ни один фильм не заинтересовал. Достала ноутбук, который вместе с сумкой привезла Даша в аэропорт, и ушла с головой в работу.
Звонит телефон, даже не посмотрев, кто, принимаю вызов.
– Алло?
– Дорогая, а ты где?
«Дорогая?» – отвлекаюсь от отчёта, который читала, и хмурюсь, глядя на экран телефона.
Славик.
Оказалось, моя глупая затея имела двойной положительный результат: ещё и от этого отвязалась.
– Я занята, – бросаю коротко.
– Моя дорогая Софи, – Славик всегда произносит моё имя на французский манер. Сначала мне это нравилось, потом стало раздражать, а сейчас конкретно бесило. – Я соскучился.
Мы встречались несколько раз, но Слава быстро утомил, потому что особой «радости» от этих встреч я не получала, точнее, он мне просто наскучил. Это был «запасной аэродром», когда совсем всё было плохо. Но вот уже месяца три, а, может, и больше, как мы не виделись, не созванивались, и про него я даже не вспоминала, решив, что он сам решил исчезнуть. Поблагодарила небеса, что мне не пришлось никого никуда посылать, и сейчас его «я соскучился» звучало как-то неуместно, что ли.
– Я занята, – повторяю для особо непонятливых.
– Софи, ты разбиваешь моё сердце!
Сколько пафоса. Может, добить, чтобы не мучился?
– Слава, я не в городе.
– Софи, радость моя, у меня к тебе есть очень серьёзный разговор. Обещай, что ты найдёшь на меня время в своём загруженном графике?
Вот о чём с ним разговаривать? Хотя, с другой стороны, нужно сказать, что он мне больше не нужен. Решила, что обязательно так и сделаю. Даже легче стало.
– Найду, – отвечаю и отключаю вызов.
Всё настроение испортил. Вообще-то, он нормальный, но на фоне Шейна явно проигрывает. И почему нас, женщин, тянет вечно не туда и не к тем?
Шальная императрица: «Потому что нам нужны Муж-чи-ны, а не их жалкое подобие!»
С этим я была не согласна. Золотов Вячеслав – спокойный, уравновешенный, надёжный. Вячеслав работал в
