— Неужели он не слышал об одноразовой посуде?
— Дело не в этом, мама. Я же говорила тебе: он одинок.
— Ладно. Если он еще раз позвонит, то я посоветую ему собрать гору немытой посуды и созвать тараканов. И тогда ему не будет одиноко.
Раздался телефонный звонок.
— Хорошо, что застала тебя, Пейдж, — весело произнесла Сабрина. — Я пыталась дозвониться тебе по сотовому после вечеринки.
— Он отключился, — призналась Пейдж.
— Я догадалась. Заметь — я не спрашиваю, почему. Но скажу между нами, дорогая: так-то оно лучше для тебя.
Пейдж ушла с телефоном в другую комнату, чтобы не слышала Эйлин.
— Мужчина тут ни при чем.
— Говори что хочешь, Пейдж. Но предупреждаю: в следующий раз тебе так просто не улизнуть.
Видела бы ты женщину, которую привел Остин вместо тебя.
— Видела.
Сабрина на миг смолкла.
— Ах, да, она же управдом в «Аспен тауэрс»! Почему ты не предупредила меня, что он приведет женщину-вамп?
— Он ведь не советовался со мной, — сухо ответила Пейдж.
— Неплохая мысль, — пробормотала Сабрина. Порекомендовать ему сделать это в следующий раз?
Пейдж знала, что одна из партнерш мыла посуду у Бена Оркута буквально па днях, по то, что предстало перед ней в понедельник утром, вообще было ни на что не похоже.
— Судя по всему, вы устраивали вечеринку, сказала она, наполняя раковину водой и натягивая перчатки.
— Извините, что так вам докучаю, но…
— Вы не докучаете, Бен. А не подумывали ли вы пригласить как-нибудь соседей? Поиграть в карты или что-нибудь в этом роде?
— Но ведь посуды будет только больше.
Пейдж показалось, что его глаза загорелись при этой мысли: чем больше посуды — тем чаще будут приходить из «Жены напрокат».
— Можно подавать к столу закуску и чипсы прямо из пакета, — посоветовала она.
Как только она опустила первую порцию посуды в раковину, зазвонил телефон. Она тихо выругалась, вытерла руки и сняла перчатку, чтобы нажать на кнопку телефона.
— Это Пейдж? — раздался тоненький срывающийся голосок.
— Дженнифер? Что случилось?
— В школе не могут найти папу.
Что бы это значило? — подумала Пейдж.
— Как тебе удалось связаться со мной?
— Я запомнила твой номер.
Не ребенок, а просто маленькая вычислительная машина.
— Что случилось?
— Холодно. Я вижу свое дыхание изо рта.
— Да, холодно. Через день-другой выпадет снег.
Это Денвер, и уже декабрь. Мы уже говорили об этом, Дженнифер, к тому же я сейчас занята…
— Нет, холодно в школе, — в отчаянии проговорила Дженнифер. — Отопление не работает.
— Ты хочешь сказать, что в школе отключилось отопление?
Ей показалось, она слышит в трубку, что Дженнифер кивает.
— И они хотят, чтобы мы шли домой. Но я не могу, потому что никак не найдут папу.
Видно, Остин не так уж изменился — когда он действительно нужен, нипочем не сыщешь.
— Я приеду и заберу тебя, дорогая.
Она закончила разговор с девочкой и сказала:
— Очень сожалею, Бел, но у меня срочное дело.
Я вернусь, как только управлюсь…
— Не знал, что у вас маленькая дочка.
— У меня нет дочки, — ответила Пейдж. Она сняла другую перчатку и бросила обе в раковину.
— Странно, — пробормотал Бен. — А мне показалось — есть.
Глава 5
Школа Лэрримера была всего в нескольких кварталах от «Аспен тауэрс». Но трудно представить два столь же непохожих здания, думала Пейдж, торопливо идя к школе и придерживая обеими руками капюшон, чтобы его не сорвал порывистый ветер.
«Аспен тауэрс» весь из себя ухоженный и современный до жути, из стали и стекла, школа же размещалась в викторианском особняке, построенном во времена, когда в Колорадо всем правило серебро. Что ж удивляться, что сломалась система отопления: ей столько же лет, сколько и дому.
Пейдж нашла Дженнифер среди учащихся, кутающихся в зимние пальто от холода, в классе, некогда служившем парадной залой. Как только она вошла, Дженнифер бросила цветной мелок и побежала навстречу.
Учительница на миг встревожилась, но потом узнала Пейдж.
— Я отвезу Дженнифер к отцу, — сказала Пейдж, и учительница согласно кивнула, явно почувствовав облегчение, что еще один ребенок пристроен.
Забравшись в машину, Дженнифер протянула руки к вентиляционным отверстиям, подававшим теплый воздух.
— Мне здесь не нравится! — заявила она. — Хочу домой.
— В Атланту? Поговори об этом с отцом, как только мы найдем его. — Пейдж развернулась, чтобы выехать на улицу, ведущую в «Тэннер электроникс».
Спустя несколько минут она провела недовольную Дженнифер через атриум в административное крыло.
— Зачем мне идти в папин кабинет? — упрямо твердила девочка.
— Дома некому присматривать за тобой.
Дженнифер удивленно заморгала.
— Но есть ты.
Вполне резонно с точки зрения пятилетнего ребенка, подумалось Пейдж.
Перед закрытой дверью кабинета Калеба в приемной сидела чопорная дама средних лет, с явным отвращением переводя взгляд с Дженнифер на Пейдж. Уже по ее присутствию было ясно, что намеченное перемещение состоялось: Калеб не только не стал бы заводить секретаря, но охотней перерезал бы себе горло, чем принял на работу секретаршу такой наружности.
— Мне нужен Остин Уивер, — сказала Пейдж. Его хочет видеть дочь.
— Вы из школы? Я тут же передала ему, и вам незачем было брать это на себя.
Пейдж заметила мрачно:
— Иначе было нельзя. Где он?
— Мистера Уивера нет, — строго проговорила секретарь.
— Что ж, подождем, пока он не придет. Разве что вы согласитесь на время присмотреть за Дженнифер?
Секретарь съежилась в кресле и махнула рукой в сторону кабинета.
— Его нет в офисе, но можете подождать там.
Пейдж вошла и изумилась. Теперь стол не был похож на мусорную корзину с электронным хламом, как при Калебе, а с краю стопкой высотой в фут лежали папки и бумаги, книги и компакт-диски. Похоже, Остин наметил план действий.
Первый час ожидания прошел относительно мирно. Под конец, правда, Дженнифер заворочалась в своем кресле и пожаловалась:
— Дома можно хотя бы почитать.
Пейдж в отчаянии огляделась.
— Вот карандаш и «Уолл-стрит джорнэл». Обведи знакомые буквы.
Дженнифер изумленно вытаращила глаза, но принялась за дело.
Не прошло и пяти минут, как в кабинет влетел Остин.
— Пейдж? Чем ты, черт возьми, занимаешься?
Дженнифер, не отрываясь от газеты, заметила:
— Это плохое слово, папа.
— Позволь и к тебе обратиться с теми же теплыми словами, — ответила Пейдж. — Можно было бы спросить, где.., где тебя носило, но раз ты здесь, то это уже неважно.
