Джейсон вернулся в придвинутое к постели кресло и вытянул ноги. Его босые ступни лежали на краю матраса, и при желании я могла выпростать руку из-под одеяла и пощекотать его.
Поймав себя на этой мысли, я прикрыла глаза и постаралась унять и разгулявшееся воображение, и разошедшееся сердце. Флирт с Джейсоном, определенно, взбодрил меня лучше крепкого кофе, вот только сейчас мне требовалось нечто противоположное.
Я некоторое время повозилась, а затем неохотно призналась, что мне не поможет даже медитация. Джейсон, как мне показалось, виновато поглядывал на меня из-под полуопущенных ресниц.
— Придется выпить снотворное, — мрачно сказала я и отбросила одеяло. — Я хотела обойтись без него, но, кажется, не получится.
— Уверена? Не боишься оказаться запертой в кошмаре?
— Очень боюсь. Поэтому, если я начну кричать во сне — буди.
Джейсон скрестил ноги в лодыжках и после паузы кивнул.
Сонное зелье отдавало холодной мятой и ледяными иголками обожгло гортань. Я выпила склянку залпом, чтобы не успеть распробовать горьковатый вкус, и снова улеглась в постель. Краем уха я слышала недовольное сопение Бреда и тихое дыхание Джейсона, но недолго.
Почти сразу я провалилась в сон.
***
Эта ночь оказалась долгой, очень долгой.
Зелье основательно затуманило разум. С каждым разом мне все сложнее становилось отличить сон от яви. Перед глазами, как на карусели, проносились картины постоянно меняющегося будущего, и меня все сильнее мутило от происходящего. Хотя, возможно, просто от зелья. Появилось стойкое ощущение, что я схожу с ума.
В конце концов, я сбилась и бросила считать количество подъемов. Сочетание сонного зелья и концентрата дало свой эффект: я легко погружалась в видения и так же просто засыпала. В реальность меня всегда возвращал Джейсон, за что я была ему очень благодарна. Его хриплый голос — единственное, что удержало меня на плаву.
И все равно в какой-то момент я будто отключилась. Пришла в себя уже поздно утром.
Солнечные лучи уверенно прибивались даже сквозь тщательные задернутые шторы. Я со стоном приоткрыла глаза, мельком оценила обстановку (судя по всему, мы с Бредом были одни) и натянула одеяло до самой макушки: голова раскалывалась. Я даже обхватила ее руками, придерживая пальцами виски. Казалось, что от меня и правда сейчас отвалится кусочек. Во рту было сухо и мерзко, будто я всю ночь смешивала самый разный алкоголь в непредсказуемых и экзотичных пропорциях.
Вот тебе и побочные эффекты, о которых упоминал дядя Майкла.
— Жива? — мрачно поинтересовался Бред, заглядывая ко мне под одеяло. — Уже полдень, тебе пора вставать.
— Джейсон давно ушел?
— Да, рано утром. Он тоже не выспался, но прогуливать учебу не стал. Сплетников много, еще свяжут ваше отсутствие…
— Он герой, — пробормотала я, представив, как Джейсон ползет на пары после бессонной ночи. — Я бы не смогла.
Бред нарочито громко фыркнул.
— Обычный он, не выдумывай. Я видел экземпляры и поинтереснее.
Я уловила нотки ревности в его голосе и вздохнула: по-хорошему нужно было обсудить его реакцию на Джейсона, но сил на эмоциональные разборки совсем не осталось. Мысленно поставив себе галочку, я медленно и печально стекла с кровати на пол. Посидев там некоторое время, я собралась с духом и с трудом поднялась на ноги. Слабость была дикая!
Зеркало неутешительно отобразило вымученную рыжую девицу со всклокоченными волосами и благородно-бледным лицом, отливающим зеленью. Мда уж…
Память о прошедшей ночи приходила урывками. Я вспомнила, что все-таки довела начатое до конца и «отсмотрела» весь поединок с тем наемником. Кажется, Джейсон сумел выработать стратегию и пообещал, что займется «репетицией» моего танца.
Интересно, легкий поцелуй в щеку мне приснился или нет? Или это все-таки было в видении? А наш флирт?
Черт, так и правда можно сбрендить.
— Бред, а…
— Флиртовали вы, флиртовали, — тут же недовольно откликнулся тот. — И в щеку он тебя клюнул перед уходом. В кровать уложил, одеялом накрыл и чмокнул, пока я отвернулся. А потом быстренько ретировался в портале.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Щеки опалило жаром, а по позвоночнику пробежали мурашки. Предвкушение, смущение и какой-то детский восторг полыхнули, как коктейль Молотова, и ненадолго я забыла и о слабости, и о головной боли.
Мне нравился Джейсон. И было невероятно волнительно осознавать, что симпатия взаимна. Конечно, я не собиралась развивать эти отношения, но сам факт, что мной заинтересовался такой парень, как он, заставлял сердце биться чаще.
— Выглядишь довольной, будто тебе домик в наследство достался, — буркнул Бред.
Я рассмеялась, а затем поморщилась — громкие звуки раздражали.
— Если подумать, наследство уж больно проблемное.
Бред промолчал, только насупился еще сильнее. А я приняла самое поспешное решение в своей жизни:
— Что ж, на последнюю пару мы успеем. Давай собираться.
Знала бы, что меня там ждет, осталась бы в комнате.
ГЛАВА 7
***
После душа я чувствовала себя значительно лучше, и это дало надежду, будто самое худшее уже позади. Я еще успела занести концентратор ректору и занять место за партой в лабораторном зале лекарей (сегодня у нас была общая пара), прежде чем меня накрыло. Отступившая было головная боль вернулась и впилась в меня тупой пилой, заставив тихо скрипеть зубами. От слабости подташнивало, во рту появился кисловатый привкус, но я мужественно терпела.
Еще и Бред улетел размять крылья! Даже пожаловаться некому.
— Корни первоцвета осторожно соедините с листьями лунного куста и, помешивая по часовой стрелке, доведите до кипения, — деловито проинструктировал мэтр Гарольд. — Не торопитесь, делайте все вдумчиво, вкладывая в отвар свою силу.
Я страдальчески покосилась на котелок и магическую горелку. Более расторопные студенты уже приступили к выполнению указаний мэтра, и по залу уже потянулся специфичный запах лекарственных трав.
К горлу подкатил ком. Желудок сжался.
— Рина Терренс! — окликнул меня мэтр Гарольд. — Вас что-то смущает?
Я покачала головой и мужественно придвинула к себе котелок. Черт, нужно было остаться в спальне!
Конечно, потом пришлось бы отрабатывать лабораторную, но сейчас тоже не факт, что я смогу ее сдать.
Время тянулось невероятно медленно. Поглядывая на стрелку на настенных часах, я смешала ингредиенты, закинула их в воду и стала ждать, пока та закипит. Ноздри щекотал аромат первоцвета: он забивал собой нежное звучание лунного куста. В какой-то момент я поймала себя на том, что зажала ладонью нос, лишь бы избавиться от удушающего крепкого запаха.
В глазах потемнело, и я не выдержала:
— Мэтр Гарольд, можно мне выйти?
— Рина Терренс, мы еще не закончили, — недовольно отозвался тот. — Вы не могли бы решить свои проблемы позже?
Я цокнула языком. Зря студенты ругают мэтра Райли. Тот цепляется ко всем подряд, а Гарольд — только к девушкам.
Мой вопрос не остался незамеченным. За спиной зашептались, но без особого азарта. Видно, я не первая девушка, на которой сорвался мэтр. Интересно, а парней он тоже не выпускает из класса?
Наверняка я бы продержалась до конца пары, но тут, как назло, мой сосед неудачно дернул рукой и опрокинул котел с отваром на пол. Меня не задели обжигающие брызги темно-фиолетового цвета, но окутал теплый, сладкий до отвращения аромат почти готового отвара. Я прикрыла глаза, пытаясь справиться с реакцией организма, а затем все-таки согнулась пополам: меня стошнило.
— Рин Лоренс, вы… — Начал было мэтр Гарольд, но сорвался на возмущенный крик: — Рина Терренс, что вы тут устроили?!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я выпрямилась и вытерла губы тыльной стороной ладони. Горло вновь сдавил спазм, и я, подхватив портфель с учебниками, пробормотала:
— Простите, я заболела. Назначьте мне отработку.
Мэтр Гарольд разинул от удивления рот, но я уже неслась к двери. К черту эта лабораторную! Потом с ней разберусь.
