— Я… я… — Рейчел покачала головой, чувствуя, что не в силах сказать то, что должна. Она не слышала, как он подошел, не знала, что происходит, пока не почувствовала его ладони на своих руках. Лукас поднял ее со стула.
— Черт возьми, Рейчел. — Его сердитый голос задел ее за живое. — Я был готов солгать ради вас, чего никогда ни для кого не делал. Вы задолжали мне объяснение.
Резко высвободившись, Рейчел отошла и встала у окна. Солнце отражалось от белого снега, ослепляя ее, но она не отворачивалась. Сердце стучало в ушах. Кожа под рубашкой, где он касался ее, горела. Что с ней происходит?
Она глубоко вздохнула, повернулась и наконец произнесла:
— Да, я благодарю вас, Лукас, но вы не солгали ни в чем. Единственная ложь касается моего имени.
— Я уже понял. — Он потер затылок. — И смирился с этим, хотя и не знаю, почему, — пробормотал он, немного помолчав. Когда он снова посмотрел на Рейчел, его глаза, в которых горело обвинение, вонзились ей прямо в душу. — Кто-то вас ищет, и вы знаете, кто.
Ей хотелось отвести глаза и смотреть куда угодно, только не на него, но она не смогла. Он удерживал ее взгляд, словно магнит. Слова застревали в горле, но ей все-таки удалось выдавить:
— Родители моего мужа.
— Вашего покойного мужа.
Кивнув, Рейчел наконец сумела отвести взгляд.
— Стивен умер два года назад. А шесть месяцев спустя его родители предложили мне отдать Коди им. — Она метнула на Лукаса гневный взгляд. — Забрать у меня моего ребенка! Я просто поверить не могла. Я сказала им, что я его мать и буду продолжать растить его.
— Но они не согласились.
— В тот раз они не настаивали. — Рейчел присела на подоконник, не в состоянии поведать, как пристально они следили за ней в надежде найти что-нибудь компрометирующее. И нашли. — Они считают, что одинокая женщина не может растить ребенка, — проговорила она. — У меня не много денег, Лукас. А у них больше, чем им необходимо.
— Муж не оставил вам страховку?
Она покачала головой, вспомнив, как Стивен обналичил их страховой полис, чтобы расплатиться со своими карточными долгами.
— Вы работали?
— На любой работе, которую могла найти. У меня нет никакой профессии. — Рейчел вспомнила о работе, которая стала ее погибелью. Она не стыдилась, что взялась за нее, но просто не могла заставить себя рассказать о ней. — Что бы я ни делала, они всем оставались недовольны. Я не могла обеспечить сына так, как могли они, — объяснила она.
— И вы бегаете от них полтора года?
Слезы жгли ей глаза.
— Большую часть. Мы с Коди всегда жили в больших городах. Я надеялась, это усложнит поиски. Но они всегда находили нас. Я подумала, что, приехав к Дженни, получу возможность хоть немного пожить спокойно. Они о ней не знают.
— Я не сказал Бену, кто ваши друзья.
— Не знаю, как и благодарить вас.
— Если бы вы рассказали мне…
— Я не могу. — Она стояла на ватных, непослушных ногах, испытывая непреодолимое желание выложить все. — Не могу втягивать вас в это. Филлис и Эдвард Харрис решительно настроены, забрать у меня Коди. На сей раз, подозреваю, у них будет решение суда.
— Тогда наймите адвоката.
— Я не могу позволить себе адвоката, Лукас. Если бы могла, уже давно сделала бы это. Но деньги — это власть, я-то знаю.
— Они могли проследить вас только до округа, вот и все.
— Но шериф должен будет им сообщить, не так ли?
Лукас помедлил, прежде чем кивнуть.
— Бен подождет несколько дней, но потом ему придется им что-то сказать.
— Значит, нам нужно уезжать. Я не могу рисковать. — Рейчел направилась к двери, мучительно раздумывая, куда же им с Коди ехать. Может, безопаснее будет в Грейт-Фоллз? Или где-нибудь дальше? В другом штате? И как быть с деньгами? Непролитые слезы душили ее, когда она взялась за дверную ручку.
Ладонь Лукаса легла на ее руку, останавливая.
— Здесь вы в безопасности.
Она заглянула в его глаза, темные, как ночное небо.
— Надолго ли?
Целый вихрь эмоций пронесся по его лицу.
— Если я скажу Бену…
Рейчел свободной рукой схватила его за руку.
— Нет, это не поможет. Он обязан сообщить им, что я здесь.
— Бен хороший парень. — Лукас снял ее ладонь с дверной ручки, но не отпустил. — Давайте сделаем так: я наплету ему что-нибудь, вы пока поживете здесь, а тем временем Джен и Пит вернутся.
— Я не могу позволить вам рисковать. Неизвестно, что задумали Филлис и Эдвард.
— Ничего они не сделают, если не будут знать, что вы здесь, — возразил Лукас, отпуская ее.
Рейчел задумалась. Если бы только им удалось удержать Харрисов на расстоянии до возвращения Дженни… Но тогда ей придется просить Лукаса солгать ради нее. Возможно, еще и Харли с помощниками.
— Я не имею права просить вас солгать, Лукас.
Она открыла дверь, собираясь выйти из комнаты, когда он заговорил, криво улыбнувшись:
— Рейчел, я готов. Я найду способ попридержать Бена на некоторое время. А когда Дженни и Пит вернутся, вы поедете к ним. Лучше ничего нельзя придумать.
— Хорошо, — согласилась она. — Только если вы услышите от шерифа, что кто-то собирается приехать сюда, обещайте сказать мне. Мы с Коди тут же уедем. Вы не будете знать, куда мы направимся, так что вам не придется лгать.
Лукас не ответил.
— Пообещайте мне, Лукас.
Поколебавшись немного, он все же наклонил голову.
— Посмотрим, что я смогу узнать у Бена. А до тех пор вы останетесь тут.
Рейчел кивнула.
Поднимаясь наверх взглянуть на Коди, она размышляла, правильно ли поступила. Со дня приезда в «Голубую долину» все шло не так. Следовало бы понять, что не удастся скрыть правду от такого человека, как Лукас. А теперь у него проблемы… Как только выяснится, что дедушка и бабушка Коди подобрались близко, она тут же уедет.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Лукас постоял в дверях, глядя вслед Рейчел. Проведя рукой по волосам, неуверенно отступил назад. Что он наделал! Видеть ее рядом, такую близкую и все же недоступную, было выше его сил. Неужели он ничему не научился?
Но Рейчел совсем не похожа на Дебру. Доброта так и светится в ее голубых глазах. А как она любит сына! Он знает только одну такую женщину — свою мать. У нее была нелегкая жизнь, но она делала для него все, что в ее силах. Очень жаль, что он больше походит на отца, чем на нее.
Он вспоминал, как мама жертвовала всем ради сына, как храбро боролась с болезнью. И пытался вытеснить Рейчел из своих мыслей. Зазвонивший телефон рывком вернул его в настоящее.
— Это всего лишь я, — приветствовал его Харли.
— А я думал о матери.
