Вскоре Камилла заметила, что у Рейборна Прескотта ужасно усталый вид. Осмотр дома затянулся значительно дольше, чем она предполагала, и было уже довольно поздно. Чтобы не задеть гордость старого Прескотта, девушка зевнула и, ловко изобразив смущение, признесла:
– Простите, но день выдался такой насыщенный, что я буквально с ног валюсь от усталости. Если вы не против, мы закончим на сегодня.
– Конечно, конечно, – поспешно согласился хозяин дома.
Спускаясь вниз по лестнице, Камилла поделилась с Рейборном Прескоттом своими дальнейшими планами:
– Утром мы с вами просмотрим каталоги и решим, какие основные изменения вы хотите внести. А когда обо всем договоримся, я позвоню в фирму и закажу необходимые материалы. А тем временем, пока будут подбирать и доставлять заказ, я смогу заняться рутинной работой, например, покраской и полировкой полов, перекладкой черепицы. Только для этой тяжелой работы мне придется нанять кого-нибудь. Вы не будете против?
– Делайте все, что сочтете нужным, моя дорогая, и даже не спрашивайте.
Мистер Прескотт предложил ей руку, собираясь проводить до «вдовьего» домика, но Камилла мягко, но решительно отказалась.
– Благодарю вас, мистер Прескотт, я уже хорошо ориентируюсь в доме и смогу дойти сама. До встречи завтра утром и спокойной ночи.
– До встречи, Камилла. Кстати, если вам что-нибудь понадобится, позвоните Дили или Саймону по внутреннему телефону. Все номера закодированы и отмечены на кнопках.
– Спасибо. Спокойной ночи.
– Спокойной ночи. – Он замолчал на мгновение, а потом, тщательно подбирая слова, добавил: – Я рад, что вы приехали сюда, Камилла. Мне кажется, это украсит жизнь нам всем.
Девушка улыбнулась, кивнув в ответ, но в глубине сердца не могла согласиться с ним. Разве может украсить ее жизнь пребывание под одной крышей с человеком, которого она с каждым днем все больше и больше ненавидит?
Пройдя через темную веранду, она вошла во «вдовий» домик.
Вздрогнув, Камилла проснулась и, открыв глаза, поняла, что еще совсем рано. Ветерок раздувал легкие занавески на окне. Вчера вечером, раздеваясь перед сном, она закрыла жалюзи, но, устроившись в широкой постели, почувствовала, что при закрытых окнах в комнатке становится слишком душно. Выскользнув из-под одеяла, она подняла жалюзи и, пробежав обратно, юркнула под одеяло. Легкий прохладный ветерок и тихий мерный рокот вентилятора вскоре убаюкали девушку, несмотря на все одолевавшие ее беспокойные мысли.
Откинув одеяло и соскочив с постели, Камилла одернула коротенькую ночную рубашку, чтобы прикрыть трусики, и босиком прошлепала в ванную. Склонившись над раковиной, она начала набирать стакан холодной воды, как вдруг заметила, что под умывальником кольцом свернулась самая настоящая змея!
Издав отчаянный вопль, прорезавший безмятежную утреннюю тишину, Камилла выронила стакан в раковину, о которую он разбился, и запрыгнула в ванну, лихорадочно соображая, сумеет ли змея забраться к ней? Длинная узкая лента начала зловеще разворачиваться, и девушка снова завизжала, громко и пронзительно. Сквозь свой собственный отчаянный вопль она услышала скрип открывающейся двери и звук тяжелых поспешных шагов по комнате.
– Камилла? Камилла, с тобой все в порядке? – раздался встревоженный голос Зака.
И на пороге ванной комнаты возникла массивная фигура Зака, загородившая дверной проем. Похоже, Зак собирался на плантацию и был одет в старые потертые джинсы и синюю футболку. На голову он нахлобучил соломенную ковбойскую шляпу, а за пояс заткнул кожаные перчатки.
Он в недоумении уставился на побледневшее лицо Камиллы, в ужасе застывшей в ванне. Камилла до того обезумела, что не замечала, как пристально он разглядывает ее фигуру. Ее короткая ночная рубашка была похожа на комбинацию, едва прикрывавшую трусики. Густые спутанные волнистые волосы растрепались, придавая девушке невероятное очарование.
– Какого дьявола ты так вопишь? Что случилось? – грубо поинтересовался он, оглядываясь. Тут его взгляд упал на осколки разбитого стакана, и он с тревогой спросил: – Ты порезалась?
Дрожащей рукой Камилла показала на змею, извивающуюся под раковиной, и прошептала:
– Змея.
Поглядев вниз, Зак наконец понял причину ее паники.
– О Боже ты мой, – сказал он сквозь зубы. И в тоне его голоса звучали и отвращение, и ирония одновременно.
Широко распахнув глаза, Камилла наблюдала за тем, как Зак преспокойно ухватил змею чуть пониже головы и поднял с пола. Покачав головой, он перевел взгляд со змеи на Камиллу, а затем вышел из комнаты. Камилла услышала, как хлопнула дверь. Даже теперь, когда Зак унес змею, она все еще не решалась вылезти из ванны.
Несколько минут спустя вновь раздался звук открываемой двери, и Зак вернулся в ванную. Посмотрев на Камиллу, он насмешливо сказал:
– Ты до чертиков перепугала меня своим визгом. Скажи, тебе доводилось слышать историю о маленьком пастушке, который все кричал: «Волки, волки!»
– Она… что, она не… ядовитая? – пролепетала Камилла трясущимися губами.
– Абсолютно. Это наша семейная любимица, она живет в папином саду. Маленькая безвредная змейка.
Нарочито спокойные разъяснения несколько отрезвили девушку. Ей-то откуда было знать, что это за змея! Все они так похожи и одна другой хуже.
– Но это же вполне могла бы быть и водяная мокасиновая змея, – воскликнула она обиженно.
– Водяная мокасиновая змея обычно водится около водоемов, и к тому же она грязно-бурого цвета. А вовсе не разноцветная красавица, как наша семейная любимица, – продолжал объяснять он с деланной терпеливостью и спокойствием, словно учитель, вразумляющий неразумное дитя. Только что пережившая сильный испуг, Камилла не выдержала новой насмешки, к глазам несчастной девушки подступили слезы, а плечи начали тихонько подрагивать. Она попыталась заговорить, но из ее горла вырывались лишь неразборчивые всхлипывания:
– Я… я ненавижу змей… всех до единой… я их боюсь… я не могу…
Внезапно она почувствовала, как крепкие руки Зака обхватили ее и вынули из ванны. Затем Зак прошел в спальню, сел на кровать и бережно опустил Камиллу к себе на колени, став ласково укачивать.
– Ты и впрямь так сильно испугалась? – прошептал он ей на ухо, отбрасывая непослушную прядку с ее щеки. – Ну прости, что я смеялся над тобой. Тсс, тише, она уже далеко, в саду, все хорошо, успокойся.
Камилла уткнулась лицом ему в грудь, зарываясь в мягкую ткань его футболки и продолжая жалобно всхлипывать. Зак терпеливо поглаживал ее по спине и вытирал слезы с мокрых щек, нашептывая всякую утешающую чушь, пока наконец девушка не затихла, окончательно успокоившись. И теперь, когда панический страх ушел и она уже в состоянии была оценить ситуацию, Камиллу бросило в дрожь при мысли, какой же, наверное, дурочкой счел ее Зак. Она нерешительно подняла голову и виновато поглядела на него:
