"От чего у тебя бабушка, такие большие глаза"? Чё, не видел я акварельной порнографии девятнадцатого века — в кружевах и комканных нижних юбках?
Тем более, румяный молодой человек, ухватив свою барышню за руку, растворился в темноте. Он нашёл правильное решение, а мне грозила судьба подводного жителя.
Нечего мне было там делать, тем более пугала меня висевшая надо всеми этими экспонатами надувная резиновая баба — с раскрытым от ужаса ртом.
15 апреля 2003
История про ромашки (начало издалека, по просьбе товарищей)
…Ручьи текли под каменными осыпями, отзываясь прозрачным шелестом на наше тяжелое дыхание.
Я раздвигал руками упругий стланик, отворачивал лицо от его ударов, снова убирал с пути ветки, нащупывая место для постановки ноги, чудом сохранял равновесие в объятиях этих странных деревьев-кустов и всё же шагал вперёд.
Наконец, мы выбирались на старые гари, где росла сорная берёза, дерево пепелищ.
Через неделю мы вышли на плато, с четырёх сторон окружённое гребнями скал. Воздух был сер, были серы дальние и ближние горы, была серой, но чистой и ледяной, вода в озере. Цвет этого мира был — серый. В таких местах буддийские монахи ставили монастыри. Наше дыхание прерывалось от усталости и приобщённости к этой серой тайне, нет, не от знания, а от присутствия у Озера.
Однажды мы заснули под шум моросящего дождя, а, проснувшись в сереющем рассвете, увидели, что палатка стоит среди потоков воды. Спешно собравшись, по пояс в реке, которая уже начинала глухо ворочать камни, нужно было перебраться на другой берег. Дождь всё лил, и то, что казалось вечно сухим и прочным, было размыто, затоплено мутной водой.
Земля под ногами, небо и тайга менялись каждый день.
На берегу пресного моря мы нашли серный источник и лежали в нём под светом полной луны. Температура в озерке, расположившемся прямо в гальке прибоя зависела от прилива.
Кусты вокруг были повязаны разноцветными ленточками, следами бурятской веры.
Грея кости, старшее поколение обсуждало прокладку Северо-Муйского тоннеля, а младшее внимательно слушало.
Нас учили, и это было — хорошо.
По дороге домой мы искали печатного слова. Дорога была — пять дней, а когда ещё мы ехали на восток, было прочитано всё имевшееся в запасе.
15 апреля 2003
История про ромашки (2) — по просьбе товарищей
Скоро мы в третий раз жадно перечитывали газету "Забайкальский Комсомолец".
И вот, о радость, кто-то из нас стащил из соседнего купе журнал "Здоровье". Целый день мы читали этот журнал, зная наверняка, что в его середине обязательно существовала статья о морали и нравственности. Иначе говоря, о половом воспитании. Известно так же, что такие статьи сопровождались нравственным снимком: полутёмная комната, где лежит, отвернувшись к стене очаровательная (это видно по ногам) девушка, а рядом её с ней, комкая в руке платочек, пригорюнилась её мать.
Добросовестно прочитав статьи о геморрое и плоскостопии, будто объедая края булочки с повидлом, мы приступили к главному.
Свершилось: мы обнаружили следующий сюжет. Девочка обратилась к гинекологу за направлением на аборт. Когда же врач спросила её об отце, она, улыбнувшись, сказала: "Не знаю, мы играли в "ромашку"".
Дальше говорилось о том, что если заниматься спортом и активной комсомольской работой, то подобного конфуза никогда не выйдет.
Мои спутники подняли головы и переглянулись, а я увидел, что мой друг предусмотрительно сбежал в туалет.
Учёные мужи как-то странно натопорщились на меня и произнесли замогильно:
— Ну-у-у, рассказывай…
15 апреля 2003
История, рассказанная по просьбам товарищей (3)
…Тщетно я пытался убедить их в своей неинформированности.
Оправдания лишь усугубляли моё положение. Мы всю оставшуюся дорогу гадали о сути этой фантастической игры.
Отправными пунктами были наличие процесса, внешний вид цветка ромашки и мысль о том, что девочка проиграла.
То, что выдали на гора технократические мозги, я не рисковал поведать даже в мужским компаниям.
Но как-то навстречу из троллейбуса вывалилась толпа моих приятелей. Вместе с ними я отправился есть пончики. Стоя в очереди с известным знатоком вопроса, я, как бы невзначай толкнув его локтем, спросил:
— Женя, а не знаешь ли ты, что такое "игра в ромашку"?
Женя произнёс, вытягивая слова как макароны из тарелки:
— Ну-у, не знаю, это, кажется, когда все собираются и пробуют, у кого лучше получится… Ну, кто кричит громче, что ли…
Я понял, что мой собеседник некомпетентен. Впрочем, и другие мои знакомые ничего не могли сказать по этому поводу. Делились они на три категории: недоумённо вопрошающих, а что, дескать, это не тогда, когда отрывают лепесточки, любит не любит, и всё такое прочее? — с ними я просто не разговаривал, людей, не имеющих чёткого представления об этом важном вопросе, таких же, как мой пончиковый знакомец, и третьих…
Третьи были хуже всех, в ответ они наклоняли голову, снизу заглядывали в глаза, и, произнеся в ответ долгое "аа-а-ааа", уходили.
Но…
16 апреля 2003
История. рассказанная по просьбе товарищей (4)
…Надо было искать игрока. Но игрока не было. Перед самым отъездом на картофельные работы я случайно зашел в гости к моей однокласснице. Эта внушительная дама, разливая чай, на мой осторожный и вкрадчивый вопрос искренне удивилась:
— Ка-ак, ты не знаешь?!! Помнишь Ирочку, так она же у нас из восьмого вылетела из-за "ромашки"!
И моя одноклассница, будучи дипломницей строительного института, разъяснила мне суть дела, употребив всею прелесть производственного жаргона.
— Представь себе, — сказала она, — Ромашка состоит из двух частей. Это статор, часть неподвижная, и ротор, движущаяся часть. И…
17 апреля 2003
История про чужую историю
Среди историй, сопровождающих меня по жизни, есть следующая: "Если говорить о днях за днями и представить себе, кто же они такие и как они выглядят — любящие нас, то каждый может нарисовать себе картинку с сюжетом. Картинка совсем несложная. Нужно только на время уподобиться, например, жар-птице: не сказочной, конечно, жар-птице, а обычной и простенькой жар-птичке из покупных, у которой родичи и любящие нас люди выдёргивают яркие перья. ни стоят вокруг тебя и выдёргивают. Ты топчешься на асфальте, на серой ровной площадке. а они топчутся тоже и проделывают своё не спеша, — они дёргают с некоторым перерывом во времени, как и положено, впрочем, дёргать.
По ощущению это напоминает укол, — но не острый, не сильный, потому что кожа не протыкается и болевое ощущение возникает вроде бы вовне. Однако, прежде чем выдернуть перо, они тянут
