— Ну и ну! — выдохнула Алиса. — Значит, это все правда!
— Что правда — те легенды прошлых веков? Как оказалось, правда. Но не вся. На самом деле существ там еще больше.
— Я хочу туда, — заявила Алиса. — Я теперь могу путешествовать сколько угодно, и я туда поеду. Я обязана это увидеть!
— Семен Никитич тоже хотел… Черт, я что, должен из-за этого идиота собирать совет высших? — с досадой буркнул Ландау. — Пока никуда не уезжай. Может, позже. Там и без Муравьева хватает странностей, глава их ковена что-то недоговаривает. Мне придется кого-то туда отправить…
— Елена? — уточнила Алиса. Он кивнул.
— Но тебя я никуда отправлять не собирался. Ты теперь хранитель зелья.
Что?
Огорошенная, она даже рот раскрыла. Через секунду осознание, что так и есть, обрушилось на нее потоком ледяной воды.
Она ведь была последней, кто пил зелье и подходил к Грани! Из второй копии, правда, пил Сулей, а потом отдал бутылку Ландау, но если Ландау не пользовался… Алиса подняла голову, вдруг заметив, что схватилась за нее, как при сильной боли.
— А вторая копия?
— Вторая осталась без хранителя. Но я буду просить тебя забрать и ее тоже.
— Почему я? — возмутилась Алиса. — Я даже не знаю толком, как усмирять Некрополь, если он появится!
— Это ненадолго, на полгода максимум. Реальность и магия должны стабилизироваться после надстройки Сулея. Он создал очень масштабную надстройку, плюс временной парадокс, из-за которого я был по обе стороны кольца сразу. Зелью лучше пока не менять хозяина. Иначе, боюсь, Некрополь станет появляться чаще.
— А может, и не станет, — буркнула Алиса, уже понимая, что придется согласиться. Она помолчала и постаралась успокоиться. Злость вспыхнула внутри резко и яростно, так, что захотелось обложить Ландау матом или бросить в него какое-нибудь проклятие. Алиса скрипнула зубами.
— Когда я вспомнила все, что знала Илона, — заговорила она, — я решила, что больше не стану никому прислуживать так, как Сулею. Никогда!
— Я и не прошу тебя прислуживать, тем более, как Сулею, — сказал Ландау. — Это не моя прихоть. Некрополь действительно опасен, ты сама его видела.
— Я понимаю. Но ты никогда не оставлял мне выбора!
Он лишь изумленно хмыкнул. Ну да, со стороны все выглядело как выбор. Алиса сама решила рассказать Ландау, что ведьмы требуют похитить зелье, и сама ввязалась в его авантюру, в которой ей, как оказалось, роль была уготована с того момента, как Алиса подошла к Ландау на празднике. Злиться стоило скорее на себя… Да какая разница, на кого! На себя она злилась тоже.
— Даже когда ты предложил решить судьбу Сулея, на самом деле от меня ничего не зависело!
— Ну прости, — сказал Ландау без капли раскаяния. — От меня в тот момент его судьба тоже не зависела. Это была проверка.
— Какая проверка?
— Я был не до конца уверен, что временное кольцо существует. Если бы его не существовало, ты бы смогла убить Сулея. Ну или швырнула бы хоть один поглотитель хоть в один алтарь, даже если бы не довела дело до конца, этого тоже достаточно, чтобы понять. Если кольцо существовало — он бы выжил при любом раскладе, потому что мы все тогда находились на второй стороне, на которой он жив. На первой стороне он погибал от моей руки, но ее события на тот момент еще не произошли…
— Ты сам понимаешь, что говоришь? — перебила Алиса.
— Что именно? — Ландау улыбнулся. — Это же временной парадокс. Его невозможно понять до конца. Я догадывался о кольце, ты помогла подтвердить догадку.
— То есть ты позволил Сулею вернуться и творить все то, что он творил… хотя сам точно не знал, кольцо это или нет? — медленно спросила Алиса. — Ну а если бы это было не кольцо? Если бы не оказалось никакого временного парадокса?
Она уставилась на Ландау, будто впервые видела. Тот пожал плечами.
— Тогда я бы уничтожил надстройку Сулея добровольной жертвой, как только выяснил бы, что кольца нет.
Алиса продолжала смотреть на него. Ненормальный или притворяется? Нет, ненормальные так не действуют. Не затевают глобальную интригу, которая в случае успеха укрепит их власть, а в случае неудачи неминуемо убьет. А хотя… ненормальные тоже бывают разные. В том числе и безумные авантюристы, которые считают такой риск для жизни приемлемым…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Мог бы тогда не врать о выборе, — пробормотала Алиса.
— И какой смысл был бы в проверке?
Она вздохнула. Память Илоны вернулась, а переспорить верховного все еще было невозможно. Да и какая теперь разница? Все закончилось. Сулей остался в прошлом, теперь уже вместе с замкнувшимся временным кольцом. И не осталось смысла гадать, что было бы, а чего бы не было, если бы кто-то поступил иначе. И жизнь не стояла на месте, подбрасывая новые тайны. Такие, например, как твари города К…
— Откуда эта Элен знает об алтарях Сулея? — подозрительно спросила Алиса. — Когда ты успел ей рассказать?
Губы Ландау дрогнули в старательно скрываемой усмешке.
— Об алтарях ей рассказал кто-то другой. Нина, скорее всего, они дружат. Я только объяснил магическому сообществу… — усмешка стала заметной и довольной. — Объяснил, что мир изменился, и для Сулея в нем не осталось места. И любые попытки как-то его вернуть будут сопровождаться Некрополем и всем остальным, чем они могли наслаждаться последний месяц. Еще объяснил, что вернуть прекрасные либеральные законы тоже не получится, потому что у смертных сейчас намного больше возможностей. Города нашпигованы следящими системами, и их будет становиться больше. Все необъяснимое быстро окажется на виду. Смертных больше, и у них до беса оружия, так что в случае войны с ними мы почти наверняка проиграем или появится Вечный круг жизни. Кроме того, города наделяют нас магией не для того, чтобы мы уничтожали их жителей. Гнаться за прошлым нет смысла, даже если оно было прекрасно и восхитительно, а сейчас все не то и не так, — Алиса расслышала в его голосе недобрые саркастические нотки. — Ну и тому подобное. Они сопоставили это со своими воспоминаниями и сделали выводы. Хватит, конечно, ненадолго, но с полсотни лет они должны сидеть тихо. Все эти ведьмы старой закалки, Бардин со своими колдунами и остальные.
— Бардин разве был за Сулея?
Алиса вспомнила, как злился глава ложи перед атакой на власти смертных. Хотя тогда многие уже злились…
— Он был за отмену ограничений, привык колдовать, когда хочется и как хочется. Могу понять. Но ничего не поделаешь.
Мысли Алисы вернулись к зелью. Точнее, теперь уже двум зельям. Ничего не поделаешь… Похоже, вся работа инквизиции состояла из этого проклятого «ничего не поделаешь»! Работа ведьм тоже. Нет, все они, несмотря на ограничения, могли колдовать, получать с помощью магии все, что нужно — лишь бы это осталось незамеченным и не повредило смертным. Временами было весело, нередко — по-настоящему захватывающе… но неизбежность витала над каждым. И коридор возможностей оказался не так уж безграничен…
— А как я пойму, что где-то появится Некрополь? — обреченно спросила Алиса. — Глаза фигурок будут светиться?
Ландау кивнул.
— Там несложно. Первые пару раз я подскажу, что делать. Держи зелье где-нибудь на виду, чтобы не пропустить момент.
— Красота, — прокомментировала она. — Просыпаешься ночью, а оно смотрит. Я буду бояться спать.
— Ты? — у Ландау вырвался смешок. — Бояться зелья?
— Очень забавно! — фыркнула Алиса. — Если я его пила, это не значит, что я хочу оставаться с ним наедине!
— Ну… Есть один выход, — сощурился он. Алиса недоверчиво подняла брови.
— И? Бывают какие-то непроницаемые ящики или…
— Ты можешь пожить у меня, — коварно улыбнулся Ландау. — Если вдруг станет страшно, я сразу приду на помощь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Алиса расхохоталась. Потом представила, как обращается за помощью, и стало еще смешнее. Но одновременно у нее сладко засосало под ложечкой в предвкушении. А что — кажется, это обещает быть… увлекательно.
— Как опрометчиво… А если я храплю, разбрасываю по квартире мусор или украду твой любимый сервиз из ГДР? Отличное предложение, я согласна!
