миль. Единственный хороший способ ее обозреть – это пойти пешком. Прогулка от Понте Веккьо, «Старого моста», через реку Арно до центральной площади Синьории занимает всего несколько минут, а линию средневековых стен можно обойти за утро.
Литературные знатоки выбирают тропу Данте. Данте Алигьери (1265–1321) являлся не только пионером народной литературы в Европе, он опередил всех других гениев, которых породила Флоренция, и положил начало Ренессансу. Тропа начинается у Sasso di Dante – «Камня Данте», с которого, как говорят, поэт в 1296 году наблюдал за закладкой фундамента собора. Внутри собора можно увидеть удивительное полотно Доменико ди Микелино «Данте и его поэма» (1465 г.), где поэт в красном одеянии и венке держит копию своей «Божественной комедии». Справа на картине возвышаются стены и башни Флоренции с Дуомо на заднем плане, слева – пропасть ада, гора чистилища и небеса рая.
Из собора идем к домам семьи Портинари. Умершая молодой девушка из семьи Портинари стала прототипом Беатриче – идеальной женщины Данте, которая ведет поэта из Purgatorio в Paradiso. Оттуда подходим к дому самого Данте – La Casa di Dante. Рядом стоит Палаццо де Барджелло, мрачное сооружение, которое когда-то было резиденцией podesta, губернатора. Именно здесь в 1301 году Данте объявили о том, что он изгнан из Флоренции. Приговор, причина которого крылась в какой-то неясной фракционной вражде, стал жестокой прелюдией к пожизненному изгнанию и к бесконечной смене кипящего гнева и грызущей ностальгии, владевших его пером в последующей сотне песен. Снаружи церкви Санта-Кроче можно увидеть статую Данте в натуральную величину работы Пецци (1865 г.), а внутри – кенотаф Altissimo Poeta (1829 г.) работы Риччи. В Санта-Кроче находятся могилы Микеланджело и Галилея, но, конечно, нет Данте. Величайшему сыну Флоренции не разрешили вернуться домой, даже чтобы умереть.
Проходя по Виа де Нери, улице Черных, вспоминаешь о соперничающих фракциях, чьи распри разрушили флорентийскую политику. Сначала гвельфы изгнали гибеллинов, а потом сами разделились на черных и белых. Данте принадлежал к белым, к проигравшим. В бывшем Палаццо деи Приори можно увидеть комнаты, где проходили муниципальные собрания, в которых до своего изгнания участвовал Данте.
Во времена Данте большое открытое пространство Синьории было заполнено дворцами могущественного клана Уберти. В XIII веке Уберти поддерживали проимперскую партию гибеллинов. После триумфа их антиимперских врагов гвельфов их дворцы были снесены.
Рядом с Понте Веккьо стоит башня Амидеи, связанная с убийством в 1215 году молодого дворянина Буондельмонте деи Буондельмонти за то, что он отверг Амидею, дочь одной из старейших флорентийских семей. Убийство упоминается в «Рае» Данте. Говорят, оно стало первопричиной вражды между гвельфами и гибеллинами. В близлежащей церкви Санта-Тринита раньше находилась Madonna Чимабуэ (ок. 1280 г.), которая была известна Данте, а теперь висит в Уффици. В Санта-Мария-Маджоре находится могила Брунетто Латини, флорентийского философа, которому Данте был во многом обязан своим классическим образованием. Несмотря на то, что он поместил его в Inferno в кольцо содомитов, Данте говорит ему: «M'insegnavate come l'uom s'etterna» («Ты научил меня, как человек делает себя вечным»). Экскурсия заканчивается в церкви Санта-Мария-Новелла, где можно полюбоваться фресками капеллы Строцци, расписанной Филиппино Липпи, и большим распятием работы Джотто, ученика Чимабуэ и современника Данте.
Разрываясь между восхищением родным городом и отвращением к его порокам, поэт в Inferno горько сетовал на неблагодарность своих соотечественников, которые, казалось, забыли его:
Гордись, Фьоренца, долей величавой,
Ты над землей и морем бьешь крылом,
И самый Ад твоей наполнен славой!
И дальше:
Ликуй же ныне, ибо есть чему:
Ты мирна, ты разумна, ты богата!
Опомнившись хотя б на миг один,
Поймешь сама, что ты – как та больная,
Которая не спит среди перин,
Ворочаясь и отдыха не зная.
Данте называл ее Fiorenza – что-то среднее между латинским Florentia и современным Firenze, – но ему не стоило беспокоиться о своей репутации в родном городе. Как мы видим на втором наборе фресок в Санта-Мария-Новелла, написанных Нардо ди Ченио в 1350-х годах, в течение поколения после своей смерти Данте стал знаменитостью.
Никколо Макиавелли (1469–1527) – еще один выдающийся гений, чье присутствие во Флоренции иногда могут затмевать другие его современники. На гробнице Макиавелли в Санта-Кроче высечена надпись: «TANTO nomini nullum par elogium» («Никакой похвалы недостаточно для столь великого человека»). Как человек Макиавелли мог бы понравиться Данте: язвительный, пронзительно честный, часто забавный, сардонический и захватывающий в каждой второй строке, которую он написал. Они отлично поладили бы. Макиавелли был выдающимся историком. Его «Историю Флоренции» (1520–1525) иногда называют новаторской работой в современной ему европейской истории. Однако наибольшую известность принес ему блестящий политический трактат «Il Principe» («Государь»). Полезные советы правящим государям сделали его знаменитым. «Государь должен научиться не быть хорошим всегда, – писал он, – но быть хорошим или нет – в зависимости от обстоятельств». В будущем несколько величайших государственных деятелей мира будут держать экземпляр этого сочинения Макиавелли в кармане или у кровати.
Однако сила Возрождения такова, что многие люди, приезжая во Флоренцию, не понимают, что историю города несправедливо ограничивать одним золотым веком. Официально перечисляются тринадцать основных периодов:
Основание римской колонии Флоренция (59 г. до н. э.). Византийский и ломбардский периоды.
Каролинги.
Флоренция коммун.
XIII век: гвельфы и гибеллины.
От XIV века до эпохи Возрождения.
Возрождение.
Великие имена XVI века.
Упадок Медичи до 1737 г.
Лотарингский период.
Рисорджименто.
Флоренция как столица королевства Италия.
Флоренция Новеченто (XX в.).
Но можно смело добавить еще два или три, особенно если включить окрестности Флоренции. Один из них, еще до основания Флоренции, был периодом этрусков, когда современная Тоскана находилась в центре самой выдающейся доисторической цивилизации Италии. Другой – кардинально наоборот: Флоренция в центре огромного притока мигрантов и иностранцев, приезжающих насладиться «простой жизнью», которая в других местах утонула в жизни современной. Мир Данте и Макиавелли образует подходящий фон для сельской местности, где средневековые деревни и старинные фермерские дома уютно устроились среди оливковых рощ – и где богатые греются на солнце, потягивают кьянти, жалуются на современную крысиную возню и наслаждаются идилией:
«Сегодня на ужин мы остановились в rosticceria и взяли несколько божественных gnocchi из семолины. Я приготовила салат. Эд привез Ambrae из Монтепульчано и подносит его к свету. Ambrae… должно быть, это латынь, вероятно из-за янтарного цвета. Я делаю глоток – может, это действительно атмосфера, но такой вкус, наверное, у росы на сирени или дубовых листьях. „Вино – это свет,
