растворенный в воде“. Хотела бы я это сказать, но Галилей уже сказал.
Со двора над дорогой я вижу, как кипарисы рисуют линию подъема и спуска на фоне неба, очищенного от облаков сегодняшним ветром. Над долиной проносятся звезды, звезды, которые падали еще до того, как этруски наблюдали с этого склона холма… Пять-шесть звезд проносятся по небу. Я протягиваю руку, чтобы поймать одну».
Однако это не город, оглядывающийся назад.
Флоренция хорошо хранит свои секреты. Например, британская колония во Флоренции восходит к временам Средневековья. Она возникла не из потока временных посетителей, таких как Джон Мильтон, который в 1638 году приехал сюда во время гранд-тура, но затем вернулся домой, хотя она, очевидно, сделала много, чтобы разнообразить пребывание таких туристов из мира искусства. Среди прочих ее почтили своим присутствием такие знаменитости, как Джордж Нассау, третий граф Каупер и рейхсфюрст Священной Римской империи (1739–1789), лорд Генри Сомерсет (1849–1932), композитор, одно время инспектор двора королевы Виктории и бывший муж леди Изабеллы Сомерс-Кокс, Уна, леди Трубридж (1887–1963), скульптор и одно время жена адмирала, межвоенная группа английских дам, известная как I Scorpioni («Скорпионы»), которые снялись в фильме Франко Дзеффирелли «Чай с Муссолини» (1999 г.), и сэр Гарольд Актон (1904–1994), автор неподражаемых «Memoirs of an Aesthete» (1948 г.). Параллельный список литературных имен включает Рэдклиффа Холла (1880–1943), автора «Колодца одиночества» (1928 г.), Вайолет Пэджет (Вернон Ли, 1856–1935), романистку и изобретателя концепции «эмпатии», Вайолет Кеппел-Трефусис (1894–1972), дочь любовницы короля Эдуарда VII и необыкновенный поэтический дуэт Майкл Филд (Кэтрин Брэдли, 1846–1914, и Эдит Купер, 1862–1913), который ласково называют Майки. Всех этих изгнанников (и многих других) можно описать как богему, любителей и знатоков искусства. Многие из них были аристократами, реальными или воображаемыми. Тем не менее они не афишировали самую важную причину своего изгнания. Все или почти все были беглецами от британского закона, а многие – заложниками личных отношений, которые во времена Данте – как в случае с Брунетто Латини – насторожили бы так называемый «ночной офис». Привычное притворство было частью игры. Гарольд Актон пригрозил подать в суд, услышав, что его может «разоблачить» биограф, и, утверждая, что он просто наблюдал за «некоторыми людьми во Флоренции», придумал бессмертную фразу: «Чем страннее, тем милее».
Другой секрет относится к тому периоду флорентийской истории, который следовал за лотарингским периодом и предшествовал Рисорджименто. По причинам не совсем понятным, лишь немногие путеводители упоминают ведущую фигуру, призрак которой преследует флорентийский праздник. Это был великий человек с флорентийскими корнями, который преобразил Европу и, как говорили, всегда носил с собой копию Il Principe.
II
Наполеон Бонапарт, каким он стал, не был французом. Родившийся в Аяччо в 1769 году, он был корсиканцем, и его родным языком был corsicano – итальянский диалект, похожий на генуэзский. По общему признанию, он был французским подданным с рождения, войдя в этот мир всего через год после того, как Франция купила Корсику у города Генуи, но французский он начал изучать, только когда ему исполнилось десять лет, а свое имя он офранцузил, лишь когда ему исполнилось двадцать шесть. Менее известен тот факт, что Буонапарте были семьей флорентийского происхождения. Во времена Данте ее основная ветвь владела Фучеккио, расположенным между Флоренцией и Пизой, а младшая ветвь в XVI веке покинула Тоскану и перебралась на Корсику. За исключением кратковременного визита в 1784 году, когда ему нужно было получить свидетельство о дворянском происхождении, чтобы начать обучение на офицера французской армии, Наполеон не приезжал в Италию почти до сорока лет. Когда он наконец прибыл туда на более длительный срок, как сказали бы сейчас – в ходе деловой поездки, одно из первых, что он сделал, – это посещение Флоренции и встреча с давно потерянными родственниками.
Как многие корсиканцы, Набулеоне Буонапарте обладал сильным чувством семейной солидарности. Его родителям и их другим семерым детям суждено было сыграть центральную роль в его жизни. Его отец, Карло Мария Буонапарте (1746–1785), умер молодым в возрасте тридцати девяти лет. Мать, Мария Летиция Рамолино (1750–1836), пятьдесят лет прожила вдовой. Если не считать Джузеппе (Жозефа, 1768–1844), все братья и сестры Набулеоне родились после него. Тремя младшими братьями были Лучано (Люсьен, 1775–1840), Луиджи (Луи, 1779–1846) и Джироламо (Жером, 1784–1860), а тремя сестрами – Мария Анна (1777–1820), Мария Паолина (1780–1825) и Каролина Мария (1782–1839). Они дружно выжимали из связи со своим знаменитым братом все, что можно.
Именно итальянская кампания 1796 года – V года по революционному календарю – привлекла внимание всего континента к молодому генералу Бонапарту и вознесла его на вершину французской политики и международных отношений. Весной того же года он отправился воевать с Австрийской империей, которая в течение трех предыдущих лет была занозой в теле Французской республики. Наполеон закончил сезон кампании, завоевав обширные участки австрийской территории в Италии. Он был отправлен из Франции в качестве служащего коллективного руководства революционной директории, а вернулся в качестве арбитра ее решений.
Окруженный множеством имперских провинций, итальянских герцогств, папских областей и городов-республик, он сбрасывал короны и создавал королевства.
Огромная скорость и блеск этой первой итальянской кампании произвели эмоциональный шок, подтолкнувший последующий поток политических изменений. Сразу же после женитьбы 9 марта на Жозефине Богарне двадцатисемилетний юноша двинулся в Альпы. Он преодолел перевал Большой Сен-Бернар и 13 апреля разогнал австрийские войска в Миллезимо, а 22-го разбил пьемонтцев в Мондови. В течение трех недель он разгромил основные австрийские силы в Лоди и 15 мая вошел в Милан. Королевство Сардиния заключило мир, Франция аннексировала Ниццу и Савойю, и была основана марионеточная Ломбардская республика. В конце лета бои возобновились и закончились еще одной победой Бонапарта над австрийцами в битве при Арколе (15–17 ноября). К тому времени в Болонье уже была создана Циспаданская республика.
Генерал Бонапарт посетил Флоренцию во время летнего перерыва между двумя раундами кампании. 29 июня он прибыл в маленький городок Сан-Миниато в Валь-д'Арно и встретился с аббатом Филиппо Буонапарте, которого называли его zio – дядей. Они говорили об изменении семейных судьб и посетили семейные гробницы в церкви Сан-Франческо. Сан-Миниато часто рекламируется как «столица трюфелей» Италии, которые Наполеон необычайно любил. «Будучи победителем на поле битвы, – пишет один знаток, – Наполеон ел трюфели для поддержания сил в своих постельных схватках с пламенной Жозефиной». Ханжи не пишут, когда у него возникло пристрастие к предполагаемому афродизиаку, до или после его визита в Сан-Миниато. Тем не менее встреча с предками, несомненно, укрепила бы ощущение Бонапарта, что он, а также его братья и
