из Галиции, подружился с арабами, принял ислам и взял имя Мухаммад Асад. Он был автором «Послания Корана» (1964 г.), одного из самых известных вступлений к учению ислама для иностранцев. Прожив некоторое время в Саудовской Аравии и подружившись с королем Саудом, он женился на саудитке и переехал в Британскую Индию, в итоге став первым послом Пакистана в Организации Объединенных Наций. В 1939 году он был арестован британцами как гражданин Германии. Его родители, которые остались в Лемберге, погибли во время холокоста.
В 1939–1945 годах бывшая Галиция принадлежала к той части Европы, которая понесла наибольшие человеческие потери за всю историю континента. Польская республика была уничтожена в сентябре 1939 года за четыре недели. По нацистско-советскому пакту от 28 сентября земля и народ несуществующей республики были разделены между немецкой и советской зонами оккупации[173]. Затем Краков, переименованный в Кракау, стал столицей управляемого СС генерал-губернаторства, а Освенцим, переименованный в Аушвиц, стал местом создания крупнейшего нацистского концентрационного лагеря.
В середине войны 1941–1944 годов территория немецкой оккупации расширилась далеко на восток. Восточная Галиция, округ Галиция, была присоединена к генерал-губернаторству, и пришла в действие нацистская политика по восстановлению расового состава их жизненного пространства. Практически все галицкие евреи были убиты: либо хладнокровно расстреляны, либо отправлены в газовые камеры Освенцима или Собибора. Чуть позже часть украинского подполья запустила программу этнической чистки, в ходе которой были убиты сотни тысяч поляков. В бывшей Галиции ваффен СС сформировали дивизию украинских добровольцев – XIV ваффен СС «Галичина» – исключительно для решения военных задач против Советского Союза. Обычно в каждой из многих других оккупированных стран, таких как Бельгия, Нидерланды и Венгрия, формировались две или три дивизии ваффен СС. С другой стороны, десятки украинских дивизий сражались в Красной армии. Подпольная Украинская повстанческая армия (УПА) начала отчаянную кампанию по защите своей родины одновременно и от Гитлера, и от Сталина[174].
В 1944–1945 годах Красная армия вернулась. Сталинские власти были полны решимости увековечить раздел бывшей Галиции. Более того, они постановили, что оставшееся польское население должно быть сосредоточено к западу от линии, а украинцы – к востоку. Огромные потоки бежавших людей текли туда и обратно. Непокорных выгоняли из их домов. Поляки Восточной Галиции/Восточной Малопольши/округа Галиция, теперь называемые репатриантами, были упакованы в поезда и отправлены с советской территории. Почти все выжившее польское население Лемберга было отправлено во Вроцлав/Бреслау, столицу Силезии, где оно заменило изгнанных немецких жителей.
Теперь бывшая Восточная Галиция, насильственно украинизированная, вошла в состав Украинской ССР, а бывшая Западная Галиция, искусственно полонизированная, – в состав Польской Народной Республики. Новая советско-польская граница сократила контакты до минимума. Район Устшики был окончательно возвращен Польше Советским Союзом в 1951 году.
Королевство Галиция и Лодомерия прекратило свое существование в 1918 году. 30 лет спустя сообщество бывших галичан было раздроблено и рассеяно, а их многонациональная родина полностью уничтожена. Но, очевидно, само галицийское общество таило в себе элементы, которые могли быть доведены до ужасного, смертоносного насилия. Некоторые из русинов/украинцев добровольно пошли на службу к нацистам, а некоторые жители сельской местности во время войны участвовали в преступлениях против поляков в нацистском стиле. Некоторые поляки и евреи присоединились к делу Сталина и стали соучастниками советских преступлений, особенно в 1939–1941 годах. Только спустя семьдесят лет после этих событий стали появляться откровения о позорных преступлениях, совершенных польскими крестьянами против беглых евреев. Наблюдатели могут задаться вопросом, не опустились ли бы галичане, если бы их предоставили самим себе, до таких межобщинных зверств, которые вспыхнули, например, в Югославии. Вопрос этот неисторичен, и ответ на него никогда не будет известен – хотя его легко могут задать люди, чья страна никогда не была оккупирована и не подвергалась такому апокалипсису, который поразил бывшую Галицию.
III
Музеи являются устоявшейся чертой современной культурной, социальной и интеллектуальной жизни. Они представляют собой осознанный продукт попыток поддерживать связь с прошлым, а иногда и систематически его реконструировать. Традиционно они имели значительную материальную составляющую – сбор, сохранение, анализ и демонстрация исторических объектов – и тенденцию, возможно неизбежную, отражать приоритеты своих владельцев. Немногие музеи стремились быть полностью беспристрастными или инклюзивными, и ни один в этом не преуспел.
Современные музеи выросли из очень давней традиции, которая восходит к Древней Греции. Mouseion – «место муз» в Александрии, где размещалась знаменитая библиотека, стал прототипом многих более поздних учреждений. В эпоху Возрождения cabinet de curiosités, или Raritätenkammer[175], сделался необходимостью для уважающих себя правителей и аристократов. Самые выдающиеся из них – это собрание Козимо Медичи I во Флоренции и коллекция Рудольфа II в Праге. За звание старейшего публичного музея Европы спорят коллекция Гримани в Венеции (1523 г.), собрание Оле Ворма в Копенгагене (1654 г.) и музей Эшмола в Оксфорде (1677 г.). Среди ведущих государственных музеев Европы Капитолийский музей Ватикана (1734 г.), Британский музей в Лондоне (1759 г.), Прадо в Мадриде (1784 г.), Лувр в Париже (1793 г.) и Рейксмузеум в Амстердаме (1800 г.). Теория и практика, лежащие в основе музеев, раньше назывались музеографией, но позже стали более распространены музеология, или музейные исследования. Однако не все от них в восторге. «Музей, – сказал Пабло Пикассо, – это просто собрание лжи».
Королевство Галиция и Лодомерия процветало в эпоху, когда государственные и национальные музеи становились неотъемлемой частью каждой крупной европейской столицы. Комплекс Королевских музеев в Берлине (см. выше) был особенно внушительным. Не желая отставать, император Франц Иосиф в 1891 году открыл в Вене два больших музея на соседних участках, чтобы сформировать свой собственный Museumviertel – Музейный квартал. Один музей, художественно-исторический, был посвящен истории искусств, другой, Naturhistorisches, – естественным наукам. Более старый Германский национальный музей в Нюрнберге, который был основан в 1853 году покровителями, связанными с движением за объединение Германии, имел осознанно национальную и нединастическую цель. Схожую цель преследовал и великолепный Музей изящных искусств – Szepmüveszeti в Будапеште (1906 г.). Это были ориентиры, к которым стремились все создатели центральноевропейских музеев.
Галиция обладала своим собственным, более скромным набором музеев. В Лемберге самый старый из них, Ossolineum, основанный в 1817 году, был назван в честь местного землевладельца и покровителя литературы. Позднее его происхождение и содержание так было описано в популярном путеводителе:
«В обширном парке по адресу: улица Оссолинская, 2 находится Ossolineum (Национальный институт Оссолинского). Он состоит из двух частей: библиотеки, основанной графом Юзефом Максимилианом Оссолинским… и музея, основанного в 1823 году на средства, выделенные князем Генрихом Любомирским. Коллекции размещены в бывшем монастыре кармелитов, который когда-то был… военной кухней. [До] 1869 года… они
