Еще несколько часов заняло посещение банка. Мануэль оставил нам на расходы всего по одному мешочку с золотом (где те счастливые времена, когда мои восемьдесят гитов казались мне богатством?), а остальное превратил в аккредитивы на предъявителя особого перстня — амулета. Как и обещал, три тысячи он положил на мой счет, и только одну — на свой.
После чего я час прилаживала к корсажу внутренний карман и зачаровывала его от покражи.
В общем, отчалить удалось только на следующий день после обеда. Я взяла с собой Бака. Владелец барки, он же капитан, для начала категорически отказывался пускать на борт осла, но пара золотых сделала свое дело: вскоре мой любимец уже стоял на борту и грустным взглядом провожал удаляющийся берег. С плаваньем его мирил только взятый мною в дорогу мешок моркови.
Если кто‑то думает, что я уговорила Мануэля остаться, то ошибается. Он приклеился ко мне — не отодрать клещами. На барке не было достойной его каюты, были только убогие норы для пассажиров числом две. Вот их‑то мы и заняли.
Хозяин, поняв, что с ним путешествует сам герцог, только что под ноги нам не стелился. Столовались мы с ним вместе: на каждой остановке, а их барка делала множество, практически в каждом попавшемся на пути городке, нам приносили обед из лучшей городской таверны.
Но еще задолго до остановки капитан начинал приставать и выспрашивать: что Его Светлости будет угодно откушать: рыбу, мясо или, может быть, курицу? Меня его навязчивое внимание несколько утомляло, а Мануэль принимал все как должное. Видимо, кровь брала свое.
Но, несмотря на избыточную заботу капитана, путешествие проходило приятно. Весь мой опыт речного плавания сводился к побегу от Армандо на плотике, во время которого я напугалась и продрогла как собака. В тот раз обратить внимание на красоты природы просто не было шанса. Сейчас же мне все нравилось: река текла в зеленых берегах, среди живописных ландшафтов. Сначала попадалось много диких скалистых и обрывистых безлюдных мест, но чем дальше на юг, тем пейзаж становился мягче, чаще попадались поля и сады, виднелись домики, на косогорах паслись стада.
Так что днем я любовалась окрестностями, а по ночам общалась с Армандо. Он рассказывал мне свою сагу, да так интересно, что я готова была слушать его сутки напролет. Многое мне не понравилось, многое ужаснуло, одно радовало: он сейчас в трудном положении, но на свободе.
Где‑то на третью ночь он изложил мне все о графе Дешерне. Меня не удивило, что великий охотник за пиратами на поверку оказался самым злым из них. Но вот клятва Карвера…
Армандо молодец, что не стал убивать графа. Не потому, что мне очень жалко его жертв: они имели выбор и выбрали. Меня беспокоит то, что отдача от разрушения заклятий при гибели этого гада падет на тех, кто его уничтожит. Причем разбираться не будет, накроет всех находящихся рядом. Действовать будет как очень сильное неснимаемое проклятье.
Армандо может про это не знать, маги такими вещами не интересуются. А вот ведьмы в курсе: проклятия — их хлеб. То, что Дешерн привязал к себе не одного человека, а целую толпу, сильно ухудшало дело. Я сказала об этом моему другу, а заодно предложила оповестить об этом всех его товарищей. Думаю, ребятам трудно смотреть спокойно на то, что их враг жив, да еще кормить его и поить. Пусть знают, что попытка убийства может всем очень дорого обойтись.
А я… Я бы подумала, как можно все‑таки снять это заклятье. Схема мне известна… Если применить один из хитрых трюков Вэня, может сработать! Но торопиться не стоит, подумаю я сейчас, а решать будем на месте.
По утрам Мануэль встречал меня за завтраком и требовал, чтобы я пересказала ему все, что узнала от Армандо, которого он упорно называл Лиселио, хотя я почти сразу сообщила, что это ненастоящее имя. Для юного герцога эти рассказы были частью приключения.
Затем я усаживалась на корме в тени паруса и начинала свои расчеты по обезвреживанию заклятия Карвера. Получалось, графа скорее всего все же придется убить, но довольно экзотическим способом, проведя перед этим несколько сложных ритуалов. Я не хотела участвовать в ритуальном убийстве, практически во всех государствах оно считалось преступлением, за которое следовала смертная казнь, и потому положила себе поискать другой, менее отвратительный способ.
А между тем Армандо продолжал рассказывать мне про свои злоключения и про то, как они сбежали на острова. Рассказал про опытного капитана, который их туда привел, а затем велел разыскать в Кармелле его сына, Жерома Удиара — младшего и договориться с ним о найме галеры.
Эта информация меня порадовала: хоть есть к кому обратиться. Я же по морю даже на подручных средствах не плавала, для меня оно — чудо невиданное, и, зуб даю, для Мануэля тоже. Поэтому нам все равно нужен будет знающий человек, а то мы галеру от корыта не отличим. Если он к тому же сам заинтересован — это просто подарок судьбы.
В Кармеллу мы прибыли через две декады вместо обещанных трех. Что уж повлияло, не знаю. Может быть, мое горячее желание поскорее добраться до Армандо. А может просто ветер попутный. Но когда я ступила на шаткие мостки кармельского речного порта, меня вдруг захлестнула волна такого ликования, что я чуть в воду не сверзилась. Мануэль успел меня подхватить в последнюю минуту.
Владелец барки, низко кланяясь, сообщил, что он пойдет обратно через три дня. Если Его Светлости будет угодно…
Нет, светлости неугодно.
Тогда… Он ходит этим маршрутом регулярно и через шесть декад снова будет в кармельском порту. Так что если его Светлость надумает…
Хорошо, там посмотрим.
А пока он мог бы порекомендовать отличный семейный пансион в двух шагах от порта. Уют, комфорт и прекрасное питание. Его Светлость с дамой, там им будет удобнее.
А пансион его сестра держит? Мануэль уже готов был снова шикнуть на мужика, но я его остановила. Нам себя лучше в городе особо не светить, а что в этом случае лучше семейного пансиона, да еще по рекомендации? Мы поблагодарили и отправились туда.
Я почти угадала: владелицей была не сестра, а племянница хозяина барки. Но мы не прогадали, место было хорошее. И от порта совсем близко, что для нашей миссии несомненный плюс. Нам выделили целые апартаменты: две спальни, гостиную и нечто вроде кабинета, а моему Баку нашлось место в конюшне.
Устроившись в чистых, уютных комнатах и приняв ванну, мы с герцогом отправились на разведку в город. Надо было найти Жерома Удиара.
Довольно быстро нам удалось отыскать его контору, но его самого там не было. Тощенький клерк сообщил, что хозяин нынче в море, будет через три дня, не раньше. Если мы хотим нанять галеру для перевозки, можно это сделать и без хозяина. И он принялся нам объяснять, какие рейсы галеры фирмы Удиар и сын готовы выполнить хоть сейчас и сколько это будет стоить.
