ни шелеста юбок придворных дам. Только эхо моего ответа. Даже Мора перестала мучительно всхлипывать и покачиваться. Она замерла, будто змея перед броском, и впилась в меня потемневшим взором.
– Если есть вина… – начал говорить Райг, но мой наставник его прервал.
– Рей не убивала ребенка, – не вытерпел он. – И винит себя лишь из-за своей недалекости.
Твердым шагом Змей подошел ко мне и встал впереди, частично закрывая от глаз правителя. Тот даже поразился столь неучтивому поведению асигнатора, а Маврик грозно шикнул на Змея. Только тому было плевать.
– Прошу простить меня за невежество, – с кривой улыбкой произнес Змей. – И позвольте сказать.
– Вы уже начали говорить, – окинул его пытливым взглядом Райг, а его губы сошлись в одну линию.
Было видно, что правителю не понравилось вмешательство в мой допрос. Змей явно играл с огнем и нагло пользовался статусом асигнатора. И ради кого он это делал? Ради меня? Непутевой ученицы, которая считала, будто все знала в этом мире о добре и зле и теперь сама же загнала себя в угол?
Если бы я не просила Мору покинуть поселение. Если бы позволила ей остаться, то ребенок был бы жив, а женщина не страдала. И я… Я бы сейчас не чувствовала себя убийцей. Не стояла, понурив голову, будто только что стала осужденной.
– Мора сама убила свое дитя.
Поднялся шум. Люди ахнули и зашлись в монотонном жужжании, асигнаторы удивленно захмыкали, а Маврик с Клаврисом метнули хмурые взгляды на Мору, которая истошно завопила. Один из стражей попробовал ее угомонить – зажал ей рот, но женщина его укусила.
Я придвинулась ближе к Змею, но коснуться его на людях не посмела, чтобы не породить ненужных слухов, которых наверняка жаждали Ливион, Грасдис и особенно Клаврис. С ужасом наблюдала, как ярость, отчаяние и злоба искажали лицо Моры, но больше всего видела в ней сломленную, искалеченную темными мыслями и нескончаемой болью женщину.
– Убийцы! Не я… Вы! – взревела она, дергаясь в руках стражей. – Убийцы…
– Все знают, что разрушители напали на седьмой пост, и людям ради спасения пришлось плыть под водой. Не буду вдаваться в подробности – ваших слухов достаточно для понимания, – Змей окинул презрительным взглядом толпу гостей. – Рей пыталась спасти эту… женщину и ее дитя. Но, к сожалению, ребенок захлебнулся.
Он выдержал паузу. Я затаила дыхание, гадая, что же он задумал. А вот Райг, похоже, хоть и был заинтересован, но немного раздражался, потому что Змей оттеснил его в сторону и полностью завладел вниманием присутствующих.
Когда же Мора попыталась снова выкрикнуть обвинения, Змей ее опередил и выплюнул:
– Его убило твое молоко!
Она остолбенела. Райг озадаченно хмыкнул, а Клаврис, который все это время не отрывал взгляда от моего наставника, довольно ухмыльнулся.
– Мое… молоко? – выдохнула Мора. – Нет! Не может быть!
Змей одарил ее взглядом, которому бы позавидовал лед.
– Когда Рей была с ребенком под водой, его нерадивая мать последовала за ними раньше положенного срока. Веревка оборвалась и… – вдруг он осекся, а его плечи передернуло. – Из-за тебя, дуры, тогда чуть не погибла моя ученица, и ты еще смеешь называть ее убийцей? Смеешь просить справедливости?
Последние слова он проговорил с нескрываемой угрозой. Низко. Опасно. Даже у меня мурашки по спине поползли.
– Змей, – выступил Маврик. – Без оскорблений.
Наставник не отреагировал. Продолжил буравить Мору хищным взглядом. На его скулах играли желваки, а серые глаза потемнели. Маврику пришлось еще раз напомнить, чтобы он держал себя в руках. Только тогда Змей заговорил снова:
– Ребенка перед погружением покормили. Из-за обрыва веревки он долго пробыл в холодной воде, замерз, начал икать, – беспощадно говорил он, глядя на Мору. – И горлом пошло молоко.
– Ложь! – отчаянно завопила несчастная. – Все это ложь!
– Клянусь кровью Короля, – сжал свой медальон Змей. – Все мои слова – правда.
– Нет! – стала оседать в руках стражей мать погибшего младенца. – Нет… это… Это ложь! Это… ложь…
Ее слова становились все тише и невнятней, пока вовсе не слились в один протяжный стон. Она не закрывала ладонями лица. Не билась в истерике. Лишь по щекам текли ручьи слез, а рот открылся в немом крике. Мора обняла себя руками и с силой впилась ногтями в плечи.
– Это не я-а-а… – все-таки выдавила она, с мольбой заглянув Змею в глаза. – Это не я…
Наставник же смотрел на Мору без сожаления. Холодно. Жестоко. И продолжал держать в кулаке медальон змеи. Только Древнему королю было ведомо, что сейчас творилось в его голове.
– Мора? – осторожно позвала я.
Но она не откликнулась. Мора не замечала меня, упиваясь своим страданием. Тем временем Райг спустился к ней по лестнице и возложил на ее голову ладонь.
– Поплачь, – мягко произнес правитель, совершенно не брезгуя ее грязными волосами. – Слезы – не слабость, но боль делает нас уязвимыми. Поэтому плачь, позволь себе стать сильнее.
Я наблюдала за тем, как Райг успокаивал Мору. Был с ней ласков и учтив, будто не принадлежал Древней крови. Не правил целой страной.
Слабыми пальцами Мора схватилась за его мантию и прижалась к бархатной ткани щекой. Стражи хотели помешать, но Райг качнул головой, не позволив мужчинам снова ее коснуться. А когда рыдания переросли в тихие всхлипы, правитель заговорил.
– Ты же знаешь, что значит клятва на крови Короля? – обратился он к Змею.
– Знаю.
Райг кивнул:
– Я смогу сразу почувствовать твою ложь.
– Да, – твердо ответил Змей.
Райг перестал гладить Мору и вернулся к нам, мягко высвободившись из ее цепких пальцев.
– Но я не чувствую лжи, – заметил он. – Но сомневаюсь…
– Я там была, – выступила из ряда асигнаторов Талина. – И все видела. Змей не врет.
– Я тоже видел! – последовал за ней Рив. – Виновата не Рей, а случайность, по которой младенец погиб.
Его наставница явно не ожидала столь безрассудного поступка от своего ученика. Ее лицо на мгновение вытянулось, а глаза грозно сверкнули, но она быстро взяла себя в руки и напустила бесстрастный вид. Я не могла сказать с уверенностью насчет Змея и Талины, но Рив точно лгал. Когда погиб младенец, его рядом с нами не было.
– Ни для кого не секрет, что на седьмой пост нападали разрушители, – продолжила Тали после позволения Райга. – Взрослые смогли проплыть по каналу, который снабжает поселение водой, а вот с детьми вышло сложнее. Я и Змей уже хотели оставить их в деревне с матерями, но Рей придумала выход – переправить младенцев в мешках из кожи, в каких торговцы возят ценный груз.
Гости пораженно и возмущенно зашумели, услышав про столь жестокий метод. Еще бы… Детей засовывали в мешки и погружали под воду.
