Сашулька кивает, присоединяясь. А потом вскакивает на кровати и начинает прыгать, как маленькая девочка.
— Я так рада. Ужасно рада! Вот так вот, — разводит широко руки. — Давид, я ж сначала испугалась. А оказывается…
Подхожу к ней, она прыгает на руки, только успеваю поймать.
— Давай чай выпьем, а? Я сейчас совсем спать не смогу.
Ночное чаепитие перерастает в очень ранний завтрак. Моё суето начинает скакать по всей кухне, доставая миски. Правильно — раз не спим, самое время печь пироги. Спрашиваю, чем помочь, но меня, чмокнув в нос, отправляют на диван. Устраиваюсь рядом с Чаком и вырубаюсь.
Будят негромкие голоса. Разминаю шею, доставая телефон. Сколько, сколько? Почти двенадцать?! Охренеть! Уже не помню, чтобы так долго спал.
Саша сидит с Егором на кухне и рассматривает фотографии. Растираю лицо руками и подхожу к ним.
— Доброе утро, соня. — Моя девочка улыбается и виснет на шее. Я только счастлив. Можно подольше?
— Егор, красавчик! — Пожимаем руки, а потом, плюнув на условности, крепко обнимаем друг друга. — Горжусь. Фотки есть уже?
Протягивает смартфон со снимком маленького сморщенного личика. Кожа красного цвета, а глаза мутноватые. Егор с гордостью смотрит на свою дочь, глаза блестят.
— На руки брал?
— Брал. Прикинь, она на ладони у меня умещается. Маленькая такая. Пяточка с мой ноготь. Вот реально, с этот ноготь.
Показывает палец, а потом зажимает переносицу пальцами.
— Как увидел, пропал.
Голос у друга сипит от переизбытка адреналина. Саша понимает, что мужские слабости не для всех глаз и тихонько выходит. Как раз вовремя: ворота открываются и заезжают машины Тимура и Артура. Чак оживает и несется с лаем на улицу.
Снов объятия, поздравления. Пацаны успели заехать и купить связку шаров. Вручают обалдевшему молодому отцу, но Дашка с Машкой сразу отбирают и несутся в дом делить. Саша хлопочет на кухне, накрывая на стол.
— Инна где?
— Не смогла. Сказала, важная встреча.
Артур отводит глаза. Ревнует и бесится, что Ксюша родила, а она еще никак не забеременела? Походу, так и есть. Понятливо киваю.
— Владу кто звонил, он где?
— Я звонила. Он в магазине был, скоро должен подъехать. Только он сказал, сначала… ну к бабушке зайдет… ладно?
***
Саш лежит на кровати и стонет:
— Совсем ног не чувствую.
Еще бы. Я не представляю, откуда у нее столько сил: с четырех часов колдовать на кухне, потом бегать с мелкими, еще успевая готовить обед и ужин. Мясом, конечно, занимались мужчины. Но остальное все досталось моей хрупкой девочке.
— Давай завтра ты не будешь готовить, закажем, а?
— Неееет. Мне не сложно. Я просто устала, но отдохну и пройдет. Это баня так расслабила, между прочим. Вы вообще на траву выходили валяться.
Смеюсь, подбираясь к ступням и начиная массировать. Ее ножки точно мой наркотик. Перебираю пальчики, борясь с желанием поцеловать. Малышка устала, а я, если начну, точно не остановлюсь.
— Ложись и засыпай, я поделаю тебе массаж. — Все—таки наклоняюсь и веду носом от колена к берду. Крышу сносит в один момент. Саша поворачивается на живот и смеется.
— Щекотно.
— А я сейчас не только щекотать, еще кусать начну. — Шутя прикусываю упругую попку. — А нечего выставлять аппетитные части тела голодному мужику.
Надеюсь, моя принцесса быстро заснет. Иначе я и моя фантазия, мы оба сойдем с ума.
— Саааааш, — тяну ее имя, параллельно скользя по стройным ножкам. — Ты очень—очень спать хочешь?
— Очень—очень—очень. А что?
— Ничегоооо, — тяну разочаровано.
Ложусь на спину, закидывая руку под голову. По опыту знаю, что в холодный душ идти смысла нет, если только в нем не остаться ночевать. Мои аппетиты и раньше были… кхм… ну, в общем, выше нормы, а сейчас самому страшно — словно с цепи сорвался. Эта девочка влияет на меня непонятным образом. Будит внутри такие чувства, о которых я раньше и не подозревал. Люблю ее так, что вскипает кровь, но есть что—то еще… что—то такое, необъяснимое. Она появилась, и я словно стал цельным.
Малышка всхлипывает во сне, а я тут де дергаюсь. Нет, не плачет, просто повернулась на бок и подползла ко мне ближе. Аккуратно кладу ее голову к себе на грудь. Да, вот так. Только здесь ее место — около бьющего сердца. Для нее бьющегося.
Прокручиваю в голове события последних дней. Все так быстро происходит, что не успеваю разобраться с мыслями. В приоритете теперь всегда стоит Саша и ее здоровье. Что с ней происходит — непонятно. Был шанс на беременность, но и он уплыл. Вздыхаю. Смотрел на Егора сегодня и понимал, как хочу прочувствовать то же самое, ощутить эти эмоции. Нет—нет, не завидую. Друг заслужил свое счастье. Но пока и не отчаиваюсь.
Мысли плавно перетекают к неожиданному звонку в день открытия. От шока не сразу осознал все сказанное. Главное уловил, а сейчас вся ночь впереди обдумать этот странный диалог.
