Королевы.
Когда в ноябре 2021 года все достойные упоминания мировые лидеры собрались в Глазго на Конференции ООН, которая была посвящена изменению климата и которую вели принц Чарльз, Камилла, Уильям и Кейт, Сассекские направили гостям письмо. Каждая строчка в нем дышала страхом упустить свой шанс. Меган и Гарри призывали участников действовать, используя открывшееся «окно возможностей». Уильям незадолго до этого запустил экологическую премию Earthshot Prize, придуманную вместе с человеком, которого любит вся Британия, – сэром Дэвидом Аттенборо. Сассекские, по слухам, готовы были предложить и видеопослание, но их идею отвергли, когда этот формат решила использовать Королева. Ее величество говорила: «Я искренне горжусь ведущей ролью моего мужа в деле привлечения внимания к необходимости защищать нашу хрупкую планету, и тем, как эта идея продолжает жить в действиях нашего сына Чарльза и его старшего сына Уильяма». Не было сказано ни слова об усилиях Гарри на поприще охраны природы. На следующий день они с Меган официально заявили, что намерены к 2030 году добиться углеродной нейтральности фонда Archewell и подчеркнули свою «давнюю преданность делу защиты планеты».
Сассекские теряли значимость для монархии, и июньское празднование Платинового юбилея Королевы, семидесятилетия ее правления, это только подчеркнуло. Они прибыли в Лондон в качестве второстепенных членов семьи, но им пришлось немало потрудиться, чтобы вписаться хотя бы в какую-то часть растянувшегося на два выходных дня чествования бабушки. На балкон Букингемского дворца для памятного снимка, который потом расходится по всем СМИ, их не пустили, а на общенациональной службе в соборе Святого Павла, устроенной в благодарность за долгое правление, им отвели место на той стороне, где собрались дальние родственники. Сияющие Уильям и Кейт сидели в первом ряду рядом с Чарльзом и Камиллой. Самой Королеве присутствовать на службе не позволило здоровье, но она уделила Сассекским и их двоим детям пятнадцать минут во время их визита в Виндзорский дворец. Фотографировать встречу было запрещено, чтобы исключить даже мимолетное упоминание в грядущем документальном фильме от Netflix.
Впрочем, для ревущей толпы посетителей концерта Global Citizen Live в Центральном парке Нью-Йорка, где – за девять месяцев до описанных ранее событий – во время недели ООН-2021 собрались 60 000 человек, Сассекские, бесспорно, были звездами. Главной темой дня стала равная доступность вакцин. Держа за руку Меган, облаченную в короткое платье от Valentino, Гарри поднялся на сцену к экрану, на котором значилось: «Защитим планету – победим бедность!» Он сказал следующее: «Мы с женой верим: то, кем ты рожден, не должно определять твои шансы на выживание». Это было противостояние эфемерного статуса звезд институциональному авторитету монархии.
Этому авторитету был нанесен серьезный удар, когда принц Эндрю, десять лет пытавшийся отрицать обвинения Вирджинии Джуффре, проиграл. В августе 2021 года Джуффре подала против него гражданский иск, снова обвинив в сексуальных домогательствах по отношению к несовершеннолетней. Четыре месяца спустя, словно для того, чтобы подлить масла в огонь, Гислейн Максвелл, уже встретившая за решеткой свое шестидесятилетие, была признана виновной по пяти федеральным обвинениям в торговле людьми с целью сексуальной эксплуатации. Возможные последствия судебного процесса над Эндрю и сопутствующий ущерб для Королевы и всей семьи в свете Платинового юбилея 2022 года грозили обернуться кошмаром. Когда федеральный судья в США отказался закрыть дело, герцог, находившийся на грани паники, был поставлен перед неприятным выбором: выйти на арену цирка судебного разбирательства или выложить огромную сумму, которую он с трудом мог себе позволить. В январе 2022 года Эндрю подал в суд документы, по которым отрицал все обвинения Джуффре и требовал суда присяжных.
Этот поворотный момент для Эндрю, как и для Гарри, стал важным напоминанием о том, что любовь Елизаветы к семье и потребность Королевы защищать Корону могут стать взаимоисключающими. Последние надежды организовать герцогу Йоркскому возвращение ко двору разбились об открытое письмо от ветеранов, собравшее больше 150 подписей. В нем они умоляли Королеву лишить Эндрю почетных военных званий. «Офицеры вооруженных сил Британии должны придерживаться самых высоких стандартов, быть неподкупными, честными и благородными. Принц Эндрю этим требованиям никоим образом не соответствует, – говорилось в письме. – Мы понимаем, что он ваш сын, но обращаемся к вам как к главе государства и главнокомандующему армией, военно-морским флотом и военно-воздушными силами».
Королева получила это гневное воззвание 13 января и спустя несколько часов вызвала Эндрю в Виндзорский дворец, чтобы забрать у него последние артефакты королевского статуса – титулы и должности во всех военных организациях. Отныне герцог Йоркский, как и Гарри до него, утратил право официально называться его королевским высочеством. Триумвират, состоявший из Королевы и двух ее прямых наследников – Чарльза и Уильяма, – обрек Эндрю на то, что он предстал перед американским судом в качестве частного лица. Публично унизив Эндрю таким образом, они фактически признали его вину. В официальном заявлении Дворца не было упоминания о том, что герцог Йоркский остается «любимым членом семьи» (в случае с Гарри эта фраза прозвучала дважды). Отречение от сына из чувства долга было, пожалуй, самым тяжелым решением Королевы за годы ее правления. Впрочем, спустя четыре недели она все же бросила ему спасательный круг, обеспечив суммой, которая была необходима для урегулирования вопроса с Джуффре. Однако репутация принца Эндрю была разрушена.
Вскоре мы узнаем, как потрепанный бурями последних лет институт монархии сохранит достоинство после смерти Королевы.
В день коронации Елизаветы II шел дождь. Шел он и в Шотландии 8 сентября, в последний день жизни Королевы. Фотограф информационного агентства PA Media, который 6 сентября снимал, как она приветствует нового премьер-министра Лиз Трасс, рассказывал, как Ее величество отметила, насколько темно стало на улице. Позади Елизаветы, облаченной в юбку из тартана, горел в камине огонь, призванный разогнать утренний холодок.
Казалось бы, страна давно была к этому готова. Осенью 2021 года Королева часто болела и впервые за много лет оказалась в больнице, после чего вынуждена была отменить сезонные официальные визиты. Никакого больше шампанского по вечерам. Никаких долгих прогулок по Виндзорскому парку в компании корги. Ничего удивительного, учитывая ее возраст, но британцы, вопреки ожиданиям, не могли примириться с постепенным угасанием казавшейся вечной Королевы. В феврале 2022 года стало известно, что у Елизаветы подтвердили COVID-19, и это стало еще одним неприятным напоминанием о неизбежности грядущего. Дворец так часто выпускал сообщения об «ограничениях подвижности», с которыми столкнулась Королева, что это начало казаться зловещим эвфемизмом чего-то более страшного.
Тревога нарастала: доживет ли Елизавета до Платинового юбилея? Крохотная фигурка в костюме цвета голубиного крыла и шляпке появилась на балконе дворца и помахала ревущей толпе, опираясь на трость. Тогда мы позволили себе надеяться, мечтать, что она все же окажется бессмертной.
Спустя два месяца Королева, как обычно, вернулась в Балморал на летние каникулы. Народ Британии с восторгом отметил ее стремление продолжать лично исполнять обязанности. То, что за пять дней до смерти хрупкая правительница, которой уже было девяносто шесть лет, вообще рассматривала возможность своего присутствия на Бремарских играх (ежегодном состязании лохматых горцев, собирающихся, чтобы перетягивать канат и жонглировать саблями), само по себе должно войти в историю. Прощание с четырнадцатым за ее правление премьер-министром и рекомендации пятнадцатому по созданию правительства стали ее последним рывком. От Уинстона Черчилля до Лиз Трасс. Было бы интересно узнать, что думала Елизавета по поводу этой динамики в истории политики.
Мне говорили, что Ее величество дала понять, что надеется умереть в Шотландии, и стала проводить там намного больше времени, рассчитывая увеличить шансы на это. Женщина, которая столько дней исполняла обязанности перед множеством людей сделала все возможное, чтобы последние минуты встретить в самом уединенном из королевских поместий. Один из советников рассказывал, с каким энтузиазмом она участвовала в планировании собственных похорон. Сценарий, при котором Елизавета отправлялась в последний путь из Шотландии, был обозначен кодовым названием «Операция "Единорог"». Гроб с ее телом должен был проследовать по сельской местности, которую она так любила, из Балморала в Холирудский дворец Эдинбурга, где его планировали оставить на сутки в соборе Святого Эгидия. Затем похоронный кортеж должен был
