«Если раньше мы видели разрушительные последствия чрезмерного труда, – здесь перед нами раскрывается источник тех страданий рабочих, которые порождаются его неполной занятостью»[866]. Именно поэтому «капиталист может теперь выколотить из рабочего определенное количество прибавочного труда, не доводя рабочее время до размеров, необходимых для поддержания существования рабочего. Он может уничтожить всякую регулярность труда и руководствуясь исключительно своим удобством, прихотью и минутным интересом, сменять периоды чудовищного чрезмерного труда периодами относительной или даже полной безработицы. Под предлогом оплаты «нормальной цены труда» он может удлинять рабочий день за пределы всякой нормы без сколько-нибудь соответствующей компенсации для рабочего»[867].
Во-вторых, понижение цены труда до минимального (то есть ниже нормального) уровня, хотя номинально (в денежном выражении) она может остаться неизменной при растущей повременной заработной плате. Это происходит в том случае, «когда при постоянной цене труда, т. е. рабочего часа, рабочий день увеличивается за пределы своей обычной продолжительности. Если в дроби
растет знаменатель, то числитель растет еще быстрее. Стоимость рабочей силы, вследствие изнашивания, растет вместе с продолжительностью ее функционирования и в пропорции более быстрой, чем продолжительность ее функционирования. Вследствие этого во многих отраслях производства, где преобладает повременная плата при отсутствии законодательного ограничения рабочего времени, само собой вырабатывается обычай считать рабочий день нормальным … лишь до известного предела, например до истечения десятого часа труда. Рабочее время, выходящее за эту границу, образует сверхурочное время (overtime) и оплачивается, при расчете на каждый час труда по повышенному тарифу (extra pay), хотя повышенному часто в совершенно ничтожной степени. Нормальный рабочий день существует здесь как часть действительного рабочего дня, причем зачастую последний в течение всего года продолжительнее первого»[868].
Кроме того, понижение цены труда обусловливается еще двумя обстоятельствами. Первое из них таково: если один рабочий начинает выполнять работу за двоих рабочих, то растет предложение труда, хотя предложение рабочей силы на рынке труда может остаться неизменным. В этом случае «конкуренция, созданная таким образом среди рабочих, дает капиталисту возможность понизить цену труда. Падающая цена труда дает ему, в свою очередь, еще более увеличить рабочее время. Однако скоро возможность располагать этим ненормальным, т. е. превышающим средний общественный уровень, количеством неоплаченного труда становится орудием конкуренции среди самих капиталистов. Часть товарной цены состоит из цены труда. Но и неоплаченная часть цены труда может и не учитываться в цене товара. Ее можно подарить покупателю»[869]. Второе обстоятельство: под давлением этой конкуренции осуществляется исключение из продажной цены товара по крайней мере части «той ненормальной прибавочной стоимости, которая создается удлинением рабочего дня». Именно «таким путем образуется ненормально низкая продажная цена товара, которая сначала возникает спорадически, а затем мало-помалу фиксируется и становится постоянной основой жалкой заработной платы и чрезмерного рабочего времени, под влиянием которых она первоначально возникла»[870].
Уже отсюда видно, что каждый капиталист прекрасно осведомлен о роли конкуренции в регулировании рыночной цены товара и цены труда, стремясь понизить последнюю до минимально возможного уровня. Такое понижение осуществляется в рамках существующей системы производственных отношений. Однако в сознании капиталиста отражается лишь внешняя видимость этих отношений, ибо «уразуметь» их сущность он не может. Поэтому ему «неизвестно, что нормальная цена труда также предполагает известное количество неоплаченного труда и что именно этот неоплаченный труд образует нормальный источник его прибыли. Категория прибавочного рабочего времени для него вообще не существует, потому что прибавочное рабочее время включено в нормальный рабочий день, который капиталист, по его мнению, целиком оплачивает в поденной плате. Но для него существует сверхурочное время, удлинение рабочего дня за границы, соответствующие обычной цене труда. Он настаивает даже на добавочной оплате (extra pay) этого сверхурочного времени, когда дело идет о его конкурентах, понижающих продажную цену товара ниже обычного уровня. Но он опять-таки не знает, что эта добавочная оплата связана с неоплаченным трудом точно так же, как и цена обычного рабочего часа. Например, пусть цена одного часа двенадцатичасового рабочего дня составляет 3 пенса, т. е. равна стоимости, созданной за ½ часа труда, а цена сверхурочного рабочего часа 4 пенса, т. е. равна стоимости, созданной за ⅔ рабочего часа. Тогда в первом случае капиталист бесплатно присваивает себе половину рабочего часа, во втором случае – одну треть»[871].
Само собой разумеется, что по мере развития капитализма указанные методы эксплуатации рабочих смягчались, становились более «цивилизованными». Этому способствовали следующие факторы: рост забастовочной борьбы, законодательное ограничение рабочего дня, изменения в профессиональной и квалификационной структуре рабочего класса под влиянием научно-технической революции, возрастание роли профсоюзов в заключении коллективных договоров с предпринимателями, государственное регулирование трудовых отношений. В результате появились особые системы повременной заработной платы, которые представляют собой различные модификации последней. К ним относятся следующие: 1) простая повременная; 2) повременно-премиальная; 3) система «измерения дневной выработки»; 4) система двух или нескольких ставок заработной платы. Отличительные особенности их таковы.
Первая система предполагает выплату заработной платы по тарифной ставке, которая устанавливается посредством двух методов: 1) «аналитической оценки работы», т. е. сравнительной оценки различных работ с помощью бальной системы, разработанной с учетом требований, предъявляемых к физическим и умственным усилиям рабочего, его квалификации, опыту работы, ответственности за ее выполнение и т. п.; 2) оценки «по заслугам», т. е. сравнительной оценки профессионального статуса рабочего («общее поведение», «вживаемость в коллектив», «общая надежность», «возможность выдвижения» и т. п.).
Вторая система (включающая в себя, как и другие системы, элементы сдельщины) предусматривает выплату определенной надбавки к основной тарифной ставке за большой стаж работы, экономию сырья, электроэнергии, высокое качество продукции, систематическое перевыполнение норм выработки и т. п.
В рамках третьей системы величина заработной платы определяется путем умножения часовой тарифной ставки на число отработанных часов.
Четвертая система, именуемая зачастую штрафной, характеризуется тем, что в соответствии с ней устанавливаются дифференцированные (две и более) тарифные ставки. Поэтому здесь труд рабочих, выполняющих свои нормы выработки, оплачивается по обычным ставкам, перевыполняющих эти нормы – по повышенным ставкам, а не выполняющих эти нормы – по заниженным ставкам. В последнем случае рабочие фактически подвергаются штрафам.
Заметим, все эти системы повременной заработной платы ориентированы, в конечном счете, на повышение интенсивности труда, служащей важнейшим источником роста прибыли, которая безвозмездно присваивается (отчуждается) предпринимателями.
Обратимся теперь к поштучной, или сдельной, заработной плате. По словам К. Маркса, она «есть не что иное, как превращенная форма повременной заработной платы, точно так же как повременная заработная плата есть превращенная форма стоимости или цены рабочей силы»[872].
При рассмотрении поштучной (сдельной) заработной платы на первый взгляд, кажется, будто бы, во-первых, рабочий продает не потребительную
