— О дорогой мой, вы ранены?
— Моя голова!.. — простонал Рюарк.
Он стал ощупывать голову, и Шанна в ужасе увидела, что рукав его рубахи был весь в крови. Рядом присела Шарлотта. Она осторожно раздвинула волосы молодого человека.
— Вот рана. Вы обо что-то ударились головой?
— Меня кто-то сзади ударил, — пробормотал Рюарк.
— Я увидел его лежащим на земле, — объяснил Натаниэль. — Двери были завалены снаружи. Тот, кто устроил этот пожар, хотел сжечь его заживо.
Питни провел мимо них в поводу Изабеллу. Все лошади были спасены. Освещенная кровавым заревом пожара появилась высокая фигура Амелии. Она бросилась к Рюарку и с тревогой спросила:
— Как вы себя чувствуете?
— Пустяки, — с усилием заговорил Рюарк. Он попытался подняться на ноги, но тут же опустился на колени, схватившись за голову обеими руками.
Габриэла вытерла сажу с лица Рюарка и укутала его плечи одеялом.
— Что, черт возьми, произошло? — спросил подоспевший следом за Амелией Джордж.
Как бы в ответ на его вопрос раздался душераздирающий крик, и из конюшни выскочил, весь в пене, Аттила, пытавшийся сбросить с себя седока, изо всех сил цепляющегося за его гриву. Рюарк свистнул, жеребец подошел к ним и остановился рядом с Шанной. Он хрипел, дрожал и бил копытом землю, а на его спине сидел сам Орлан Траерн в разодранной одежде.
— Слава Богу! — превозмогая тяжелую одышку, проговорил он. — Я боялся, что перепуганное животное унесет меня в лес.
Опаленные волосы Траерна стояли дыбом подобно серебряной короне. По лицу его струился пот.
— Что произошло, папа? — воскликнула Шанна.
— Жеребец был привязан в стойле, — пыхтел Траерн, по-прежнему не выпуская из рук гриву лошади. — Когда я его отвязывал, эта кляча наступила копытом мне на ногу, а потом никак не давала вывести себя из стойла. — Он осторожно потрогал пострадавшую ступню и вскрикнул от боли. — Неблагодарная скотина! — пробурчал Траерн. — Из-за тебя я пострадал!
Жеребец фыркнул и потерся мордой о бок сквайра.
— Э, а это что такое? — Траерн придержал голову лошади за уздечку. — Он весь в крови.
Рюарк, забыв о боли в голове, поднялся на ноги и осмотрел Аттилу. Он увидел длинные кровавые рубцы на бархатной морде лошади.
— Его били. Вы, кажется, сказали, что он был привязан?
— Да! — Траерн, наконец, выпустил гриву Аттилы. — Он был привязан короткой веревкой, и голова была притянута к низу перегородки.
Джордж шагнул ближе, чтобы рассмотреть рубцы, и сказал, словно размышляя вслух:
— Похоже на то, что это сделали специально, чтобы привлечь внимание к конюшне.
Он задумчиво посмотрел на Рюарка.
— Мне с каждой минутой все больше кажется, что это дело пахнет покушением на убийство. Но кому и зачем это было нужно?
— Я не знаю, — хрипло отозвался Рюарк. — Остальные лошади целы?
— Да, — хмуро ответил Питни. — Но посмотрите-ка, что я нашел. — В руке его была плетка с запекшейся на ней кровью.
Губы Рюарка сжались.
— Ну, мерзавец! — вскричал он. — Если я поймаю этого сукина сына, то удавлю его собственными руками.
— Да, вам придется рассчитывать только на свои руки, — заметил Натаниэль. — Мне показалось, что перед обедом я видел в конюшне ваш мушкет и пистолеты. Теперь они, несомненно, догорают в огне пожара.
Несмотря на попытки потушить пожар, конюшня теперь горела прямо-таки адским пламенем. Кое-как удалось прорубить отверстие в стене и спасти от огня большую часть упряжи и седла.
Уже занималась заря, когда погас огонь. Усталые, с черными лицами, люди вернулись в дом, где Амелия уже приготовила для мужчин вино. Они дружно выпили, радуясь тому, что остались живы, — ведь все могло кончиться гораздо хуже. Амелия оглядела всю компанию.
— Какое изысканное общество! — смеясь, заметила она.
Джордж с печальной улыбкой рассматривал свои разбитые очки.
— Да, бойцы, вернувшиеся с поля битвы, — поддержал он ироничный тон жены. — Теперь я построю конюшню из дубовых бревен на холме, я давно мечтал об этом.
— В общем, все обошлось, — заключила Амелия, — за исключением, разумеется, ноги сквайра, головы господина Рюарка и ваших очков. Господин Рюарк, — проговорила Амелия, выходя из комнаты, — вы можете занять бывшую комнату Натаниэля, рядом с Шанной. — Она еле заметно усмехнулась. — Старый дуб совсем высох…
В доме все кипело. Слуги готовили ванны для Бошанов и их гостей. Тут выяснилось, что Ролстон пропал: его нигде не могли найти. Что же до сэра Гэйлорда, то он крепко спал и его мощный храп был слышен в коридоре.
Солнце уже стояло высоко, когда все домочадцы позавтракали. Орлан, хромая, явился в столовую с забинтованной ногой. Рюарк, несмотря на уговоры Шанны, отказался от повязки и спокойно занял место за столом рядом с ней. Никто не поднимал вопроса о его праве на это, и в отсутствие Гэйлорда и Ролстона трапеза прошла в самой сердечной атмосфере. Шанна подивилась веселости Бошанов. Казалось, их совсем не трогал убыток от пожара. Они с энтузиазмом обсуждали постройку новой конюшни, и Рюарк охотно делился с ними соображениями по этому поводу.
Под конец появился Гэйлорд. Он оглядел сидевших за столом своими цепкими глазами и с выражением недоумения взглянул на часы.
— Гм-м, — негромко промычал он. — Уж не проспал ли я какой-нибудь местный праздник?
— Вы действительно спали всю ночь? — спросила Шанна, не скрывая своего удивления.
— Разумеется, — вздохнул тот. — Я долго читал сонеты, а потом… — Он помолчал и задумчиво потер безупречно чистым пальцем висок. — Мне показалось, что была какая-то суматоха, но потом все стихло. Я подумал, что это мне приснилось. А почему вы спрашиваете об этом? Что-нибудь не так?
— Вы крепко спали, сэр, — не без иронии заметил Рюарк.
— Мм… да, — улыбнулся Гэйлорд, намазывая чайной ложкой толстый слой варенья на кусок теплого хлеба. — Это наследственная черта, позвольте заверить. Люди со спокойной совестью спят крепко.
Он посмотрел на Рюарка недобрым взглядом, отметив, что тот сидит рядом с Шанной.
— Мне кажется, что вы опять забыли свое место, раб. Разумеется, эти благородные люди слишком вежливы, чтобы напоминать вам об этом.
Рюарк иронически улыбнулся.
— Чего никак не скажешь о вас.
Рука Шанны под столом слегка коснулась ноги мужа, призывая его к осторожности. Лучше было избегать любых стычек с этим человеком, который мог как-то привлечь к Рюарку внимание Гарри-вешателя. Гэйлорд должен был скоро уехать, и тогда можно будет открыто сказать всю правду ее отцу. Обожженные пальцы Рюарка коснулись под столом пальцев Шанны и задержались там надолго.
Когда все встали из-за стола, рыцарь королевства спросил Джорджа:
