Как нёсся Роберт, неуклюже размахивая крупнокалиберной винтовкой словно большой эстафетной палочкой, так и налетел на лежащее на песке нечто. Хруст и треск, казалось, разнеслись по всему лесу.
Барахтаясь, Роберт случайно отшвырнул в сторону винтовку. Прошла целая вечность, прежде чем он поднялся сам, поднял оружие, стоявшее у основания ствола точно его туда кто аккуратно прислонил, и, глотая слюну, вновь пустился вдогонку за двумя майорами. В зоне видимости их уже и след простыл.
Первым делом он сообщил коллегам: я, мол, в порядке, возвращаться за мной нет смысла. Роман коротко ответил: «принял». Навигация экзотела вряд ли позволила бы Роберту заплутать - обратный маршрут был выстроен с точностью до полуметра.
Лучи фонарей показались вскоре. Внутреннее устройство шлема «Осы» позволяло прекрасно слышать окружающую среду даже на бегу, звук дыхания оператора качественно глушился.
Только потому он и распознал визгливый смех за спиной.
Что надоумило его одновременно выключить все фонари, Роберт не знал. Он сделал это ещё на бегу, машинально, повинуясь какому-то неведомому порыву. А когда остановился и обернулся, тыча винтовкой во влажный полумрак, что-то бесшумно скользнуло выше и правее метрах в пяти. Лианы только колыхнулись неявно и снова замерли.
Роберт, глубоко дыша, упирался спиной в дерево. И сердце его чуть не остановилось, когда прямо над ним вдруг что-то громко клацнуло. Куда подевалась вся неуклюжесть – якут ловко прыгнул вперёд, умудрился извернуться и упасть почти на спину, да ещё и выставив перед собой оружие. Экзотело выдало серо-белую картинку ночного видения, и только поэтому Роберт не изрешетил апатичного клеща, вытаскивавшего отростки из дерева чуть выше места, где он только что стоял.
Вдруг он ощутил необычайную ясность мыслей и прилив сил: по спинному мозгу пронёсся остаточный ток после вмешательства Ординатора.
Раздался крик. Роберт вскочил, мгновенно сориентировался и побежал. И спустя какую-то сотню метров ясно ощутил: Ординатор их соединяет. Без психосервера?! На таком расстоянии друг от друга?!
Впереди мерцала пляска фонарных лучей, разбавляемая нечастыми вспышками и глухими хлопками одиночных выстрелов.
Что-то выкрикивал Саныч; повторял одну фразу Роман, добиваясь реакции от командира – Роберт бежал не вникая. Он весь превратился в бег. Смутное предчувствие твердило: если не успеть, будет смерть. А интуиция подводила редко…
Роберт выскочил из-за дерева и увидел прижавшихся спиной к спине майоров. Лучи фонарей носились по чешуйчатой поверхности леса и хитросплетению лиан. Свет скользнул по одному из стволов и тут же метнулся дальше, а в следующую секунду на том месте возникло неясное движение. Роберт не знал, но чувствовал: Ординатор не может настолько соединить их – психосервер была слишком далеко. Но Роман и командир всё же ощутили то, что он увидел. И бросились в разные стороны.
Туда, где миг назад стояли космопроходцы, рухнуло нечто длинное, подвижное. Лес заполнил повторяющийся, визгливый смех и уханье тяжёлого калибра. Разведчики как упали на спины, так и открыли перекрёстный огонь. Зацикленный смех захлебнулся, превратившись в пронзительный, дребезжащий визг; луч фонаря выхватил остаточный росчерк подвижной тени, устремившейся вверх. Роберт бросился к остальным, на всякий случай неумело стреляя в ту сторону, куда рванулось нечто.
– Я проиграл! Я проиграл спор! – кричал Роман, подскакивая и вздымая белый песок. – Корстнев-младший, сука, выиграл!! Есть тут мясоеды: один-один!
Командир отчего-то всё ещё лежал.
– Саныч, ты чего? – Роману ничего не оставалось, разве что стукнуть по броне.
– В плечо…
– Что – в плечо?
– Ты мне. В плечо. Попал, Рома, – подбирая слова, пояснил Саныч.
Роман осмотрел место, на которое он указывал. Надо же было такому случиться! Калибр четырнадцать с половиной на то и существовал, чтобы прошибать даже качественную углепластиковую броню. А тут ещё и попадание прямо в слабозащищённое сочленение руки и торса. Почти под мышку…
– Больно? – виновато спросил Роман, помогая Санычу подняться.
– А вам что, не досталось?..
– До челнока ещё два километра. Я вообще не очень понимаю, как Роберт нас предупредил – Рената-то хрен пойми где! Орешек нас вообще не должен был соединять!
В условиях боя солдаты Союза получали от Ординатора не поочерёдную персональную помощь, что грозило очень быстрым и, главное, фатальным истощением психосервера. Ординатор действовал иначе: выравнивал все чувства, эмоции и ощущения, соединяя подопечных в одну нервную квазисистему. Боль, страх, отчаяние, гнев, злость – всё делилось поровну.
Александр Александрович поднялся, но винтовку взять уже не смог - серьёзные повреждения получили некоторые сервоприводы. Роберт бегло оглядел место, куда приземлилось существо, попутно не забывая следить за периметром.
– Таракан какой-то… – Роман тоже посветил фонарём.
– Лишь бы не сколопендра… – почти умоляюще прохрипел командир.
Песок в подсвеченном месте почти ничего не говорил о набросившейся на людей твари. Чётких следов не осталось, за исключением нескольких тёмных пятен размером с ладонь «Осы». Это, очевидно, была её кровь.
– Живучая, – хмыкнул Роман. – Выстрела три-то я чётко в неё положил.
– Ты видел… её? – странным тоном спросил раненый.
– Длинная. Змея какая-то что ли…
– Змея так не перемещается… Тв-в-вою мать… – Саныч неровно и часто дышал. – Я, похоже, с ума схожу!
Оставаться на месте не имело смысла. Изготовившись, космопроходцы двинулись дальше, к челноку. О беге уже не могло быть и речи. Теперь спешить на полученный от Ренаты сигнал они могли разве что быстрым, но очень осторожным шагом, вслушиваясь в каждый шорох.
Впрочем, последнее-то как раз и не принесло бы никаких результатов: «смех», который тварь издавала будучи вне поля зрения, слышался только когда его не пытались расслышать. Каждый про себя отметил эту особенность. И молчал. А Саныч изо всех сил гнал от себя абсурдные, бредовые мысли, рождённые конкретными, прямыми, как рельса, аналогиями…
До окончания леса оставалось рукой подать – впереди то и дело проскальзывали ярко-белые вертикали света. Но выйти из леса космопроходцы не успели.
Гигантская масса в молниеносном броске сбила всех троих разом; кто-то от неожиданности пальнул в никуда. Роберт прокатился кубарем, попытался подняться, но его тут же швырнуло в сторону - он врезался плечом в дерево и рухнул в песок.
Что-то орал Роман. Истошно вопил Александр Александрович.
Экзотело каким-то образом помогло восстановить сбитое дыхание; нашарив рукой винтовку, Роберт встал. Он почти уже нажал на спусковой крючок, но оцепенел, не в силах даже пошевелиться.
– Стреля-а-ай!!! – орал Роман, рыская вокруг в поисках оружия.
Командир лежал грудью в песок. Его целиком накрывало нечто членистое, змееподобное, с десятками подвижных крючковатых лап, колотивших
