злым голосом сказал он, - предатель и лжец.
Он с силой отшвырнул его себя.
- Ты запер их на этом острове. Умирать.
Дим в один шаг вновь оказался рядом.
- Они сами…
Первый удар кулаком пришелся по скуле, второй должен был сломать нос, но князь успел выставить защиту, поставив локоть. Снова удар в висок, между глаз, по груди. Оказалось, Эардоре умел драться. Умел защищаться и уклоняться от ударов. И надо было отдать ему должное даже не пытался нападать. Мастера боя не переиграть на его поле. Разъяренного Мастера боя. Мастера боя почти не отдающего себе отчета в своих действиях. Почти…
Димостэнис ударил в живот. Лэрд не успел среагировать и согнулся от боли. Дим резко схватил его за волосы и приподнял, чтобы смотреть в лицо.
- Больше половины не вернулось. Больше половины из тех, кого мы же и спасли от Палачей. Кто с надеждой шел в новую жизнь. Это ты их убил!
- Ты ничего не знаешь!
Очередной удар в губы. Янаур упал на песок и затих. То ли потерял сознание, то ли просто решил не испытывать более судьбу. Дим выдохся. Тяжело дыша он смотрел на лежащего перед ним человека, понимая, что не сможет сделать так страстно желаемого. Он не сможет убить этого паршивца, несмотря на все, что тот сделал.
Эардоре помогая себе руками, сел. Все его лицо было в крови, порезах, ссадинах, шишках, вокруг которых уже начинали расползаться иссиня-черные синяки.
- Ты сейчас кого бил? – спросил он, подняв глаза на Димостэниса. – Орифа? Лэрда? Главнокомандующего?
Дим стиснул зубы. Вернулась ярость. Убить не сможет, но наказать – да.
Серебряный импульс опрокинул сидящего человека, расползаясь по рукам, ногам, припечатывая к песку. Янаур дернулся, но связки плетений держали крепко. Серебро входило под кожу, медленно, словно разрывая ее. Он прикусил губу, стараясь противостоять чужой энергии. Димостэнис усилил нажим. Князь еще дернулся и затих. Нити истончались на руках, ногах, почти сползли с шеи, концентрируя свою мощь на груди, на уровне хьярта. Эардоре из последних сил сопротивлялся, выставляя защиту из остатков внутренних энергетических резервов. Прокушенная губа, стиснутые зубы, пальцы, сжимающий песок…
Волна воздуха ударила Дима в грудь. Встала плотной стеной, разрывая мерцающие нити.
- Остановись, Серебряный! - звонкий голос разорвал пелену, выдернул из серебристого плена.
Димостэнис перевел взгляд на сестру, бесстрашно вставшую между ним и Эардоре. Энергетические потоки тяжелыми вихрями вились вокруг нее.
- Остановись, - уже не приказывала, просила она. – Достаточно. Даже если он в чем-то виноват, он уже получил сполна.
Дим смотрел на сестру. На расширенные испуганные глаза. Бледную кожу. Стихию вокруг, которая начала успокаиваться и мягким облаком оседать вокруг своей хозяйки. Она видела всю эту безобразную сцену. И Олайя тоже. Он потерял контроль над своим даром. Дал Серебряному взять над собой вверх
«Остановись, Серебряный!»
Он и в самом деле мог убить Эардоре. Не то, чтобы князь этого не заслуживал, но он не судья и тем более не палач.
- Что ты знаешь о том, что творится в этом мире? – Эардоре уже вновь был на ногах. – Ты называешь его своим, но ты ни черта не знаешь! Где ты был эти семь аров?!
Ему было паршиво. Искренне удивляло, как тот вообще умудрялся стоять?
- Людям нужна была поддержка, после того, как ты исчез. Всем, кто назвал себя Освободительной армией нужен был тот, кто смог бы взять ответственность за их судьбы и дальнейшие поступки на себя. И в отличие от тебя, я не побоялся взвалить этот тяжкий груз на себя.
Ему мало? Или это совесть князя заела, и он пытается подобным изощренным способом свести счеты с жизнью? Элени вскинула на брата умоляющие глаза.
-Эшдар и все его защитники для тебя лишь заслонка от Астрэйелля. Пока они оттягивают основные силы императора на себя, Мюрджен находится в безопасности, - жестко отрезал Димостэнис.
- Заслонка! – фыркнул лэрд. –Княжество поставляет туда оружие. Наши корабли охраняют водные границы, а гарнизон сформирован за счёт воинов Мюрджена. Мы в открытую поддержали самостийность северной квоты. Если бы не помощь долины, кто бы сейчас помнил, как называлась та крепость!
- Люди, которых ты запер на Холодных островах выжили не благодаря тебя, а вопреки!
- Но прибыл великий девэра и всех спас! Хвала! – Янаур попытался отвесить глубокий поклон, но пошатнулся и едва удержавшись на ногах, прекратил паясничать и вернулся в вертикальное положение. – Мы все выживали эти ары. Каждый кто как мог.
Краем глаза Димостэнис увидел, как вздрогнула Элени при этих словах и опустила глаза, чтобы не встречаться с ним взглядом.
- Я тоже не сам выбирал свою судьбу, - горько произнес он. Только для нее.
Ни сказав больше ни слова, Дим развернулся и стал подниматься вверх по тропинке.
Янаур сел на песок, так как ноги больше не держали его. Попытался оттереть кровь из одной из ссадин, но только размазал по лицу. Болело буквально все, даже хьярт. Однако он чувствовался и даже работал, как и прежде, собирая энергию из воздуха, помогая залечивать раны, снимая и успокаивая боль. Впрочем, эти ощущения не шли ни в какое сравнение со случившимся. И князь пока не знал, как на все это ему реагировать.
Легкие, аккуратные прикосновения чего-то мягкого к лицу заставили его открыть глаза. Янаур медленно разомкнул ресницы, перехватывая внимательный, сочувствующий взгляд дымчато-серых глаз. Хрупкое, едва уловимое мерцание постоянно меняло их цвет от почти прозрачного до темно-насыщенного, словно потоки воздуха переливались на самом их дне.
- Теперь ты моя спасительница, - попытался он улыбнуться, но разбитые губы откликнулись болью.
Элени промокнула вновь проступившую кровь.
- Значит, ты и есть Янаур Эардоре, - произнесла она после некоторой паузы.
- Разочарована?
- Я тебя другим представляла.
- Согласен, - серьезно ответил мужчина, - обычно я выгляжу по-другому.
Девушка засмеялась.
- Теперь я понимаю, почему ты ушел тем утром даже не попрощавшись, - произнесла она все так же, не отводя от него глаз. – Твое время дорого.
- Я оставил своих лучших людей. Ты была в безопасности. Думаю, ты не разочарована тем, что они привели тебя сюда? Нашла своего князя?
Элени фыркнула, вспоминая нелепую ситуацию во дворце. Он не смог вновь удержаться от улыбки. И снова был наказан. Девушка приложила ткань к растревоженной ране.
- Подожди немного, я сбегаю в дом, возьму мазь. Олайя – замечательная травница и
