замешательстве парня, крутившего кольцо на пальце – явно артефакт, Люций спросил:
— Варит, кажется? Кирк, проводи его к людям Лиры, тем кто занимается новичками. Остальные…
На минуту Люций задумался. Криус не будет слать новых парламентеров, ему явно не до того – имперцы продвинулись вглубь города довольно значительно, всего для половины дня стараний. Завтра ситуация может еще усугубиться, особенно если Люц начнет действовать.
— Зиг, — негромко позвал мужчина и за его спиной тут же вырос верный помощник. — Прикажи всем подготовиться, завтра с утра, когда имперцы начнут действовать, мы тоже направимся во дворец, к Криусу.
— Боишься, что они успеют раньше нас? — буркнул Зиг, после того как отдал пару команд своим помощникам.
— Вряд ли, мы будем первыми. И, как ни крути, поможем их армии. Для нас главное добраться до Обелиска, а оборонять Прорыв он может и дальше, если ему так хочется. Но, как мне кажется, если все так обернется, то Криус еще ни один раз нас проклянет.
Зиг кивнул без тени улыбки и, бросив что-то про личную проверку готовящихся к завтрашнему дню, оставил Люция. Тот был не против, ему хотелось подумать о том, что его ждет. Не только завтра, но через много дней, месяцев и даже лет после.
Сказ сорок девятый
Щебень от битых камней и кирпичей, вперемешку с костями, хитином и прочими малоприятными останками тварей хрустел, хлюпал и чавкал под шагами давно разношенных сапог. Сегодня Арк шага практически в первых рядах, то и дело врубаясь в тела противников мечом, от которого было куда больше пользы в давке. В заброшенном городе за ночь, которая прошла на удивление сносно, будто прибавилось тварей. Хотя в этом, как раз таки и не было ничего удивительного. Было бы странно, окажись путь до древней академии легким.
Да, их сотня все так же входила в состав отряда, рвавшегося выполнять обещание, данное духам, которые несколько раз уже выручили северную армию. И в целом Арк был совсем не против сражаться именно на этом фронте. Пробиваться к самому центру этих проклятых земель, к Прорыву, связывавшему планы уже восемь сотен лет, он хотел меньше всего в жизни. Даже в лагере у подножия замка-скалы давление этого ужасного портала было столь сильно, что мало кто-то смог выспаться спокойно, не смотря на пассивность противника.
Сказать было проще чем сделать. Арк не представлял, что твориться на втором направлении, потому что здесь твари перли практически не переставая. Пускай с организацией у них были проблемы, но там, где не хватало качества, те брали числом.
В очередной раз выбившись из сил, Аркум отошел в тыл, воспользовавшись короткой передышкой, когда поток противников на время откатился. Вперед, на его место, шагнул Хвель, хлопнув товарища по плечу. В который раз они уже меняли друг друга?
Аркум ушел недалеко. В тылу, не особо далеко от без остановки стреляющих Хакара и Мари, а также расчетливо жгущей огнем Крины, ждала Ринала. Девушка тут же принялась осматривать раны лидера, попутно нашептывая молитвы одну за другой, чтобы придать воину сил, как физических, так и духовных.
Устало опустившись на землю, Арк глянул в сторону дворца, на подступах к которому тоже кипела битва:
— Не было гонцов или кого-то еще с той стороны? — уточнил воин.
— Ничего не слыхать, — покачала головой Ринала. — Но может и хорошо? Раз не спешат с нами связываться, значит справляются сами.
Аркум пожал плечами. В целом он и не надеялся, что сюда прискачет гонец от второго отряда или придет иное сообщение. Только если на той стороне вдруг потерпят сокрушительное поражение и всем придется спешно отступать. Хотя и в таком случае вряд ли с ними кто-то свяжется. Оставалось надеяться, что по крайней мере верхушка войска как-то поддерживает связь между собой и пока что все идет по плану.
***
Люция привел почти всех своих людей, большую часть пути проделав под землей, по ходам старинных катакомб. Оставаться там и дальше не имело смысла, да и, если честно, становилось немного опасно. Имперцы заваливали спуски один за другим, сужая пригодную для использования сеть ходов. Разгрести эти проходы все еще было можно, но Люц не видел смысла и дальше находиться в городе. Пришла пора под шумок забрать Обелиск и исчезнуть. А еще, было бы неплохо, сделать так, чтобы Криус не смог покинуть город или и вовсе убедиться в том, что он навсегда останется в одной из зал старинного дворца.
Имперцы развили масштабное наступление, стараясь прорваться к Прорыву. С высоты холма, на котором стоял дворец, Люций мог наблюдать за сражающимися внизу воинами. И, что самое главное, он мог их различать, выделять отдельных людей из толпы, так близко те уже подобрались. На самом деле чего-то удивительного в этом не было. Собранные по степи полчища тварей больше мешали друг другу без нормального управления, почти все кочевники разбежались, будто чувствуя, что в стане Слуг не все спокойно, а вместе с ними ушли и ведьмы, хоть сколько-то способные повелевать чудищами. Сейчас на передовой сражались ученики с дочерними артефактами, потерять которых было не жалко. Почти все Слуги собрались во дворце – Криус стягивал силы поближе к себе, готовясь к любому развитию событий. Люций тоже собрал всех, кто согласился пойти за ним, нейтралов в их противостоянии осталось не так уж и много. Те изначально остались на севере, хотя было таких единицы. Наверняка и здесь, в столице Империи, нашлись те, кто смалодушничал и сбежал, не желая попадать в междоусобную разборку, но Люц их не винил. Пускай уж лучше сбегут, чем достанутся Криусу.
Бросив еще один взгляд на наступающую армию, Люций направился ко дворцу. Часть его людей уже спешила туда, Зиг вел передовые отряды Слуг Белиона, которые были куда эффективнее остальных в прямом столкновении. Лить лишнюю кровь никто не собирался, но и запрета на применение силы Люц не вводил. Если Слуги, еще поддерживающие Криуса, не будут мешаться под ногами, то мало того, что сохранят жизни, но и получат по Осколку, после разрушения Обелиска. Люций понимал, что самые упертые попытаются собрать камень воедино, но он понимал, как это глупо. И дело было даже не в том, что склеить то, что было разрушено тяжело.
Шагая ко дворцу, мужчина достал свой Осколок и еще раз взглянул на него. Даже сейчас, после открытия пары Прорывов и прочего, что черпало из
