знаю кто это, но мысль замечательная. Я же женщина, бываю вспыльчивой, бываю бестолковой, бываю высокомерной, но в целом я ничего. — Как бы извиняясь и отстраняясь от вчерашнего образа, произнесла Эрла.
— Бог не суди, ты не был, женщиной на земле. — Неожиданно процитировал Цветаеву Борис.
— Ого! — Эрла захлопала в ладоши. — Какие красивые слова. Надо запомнить и вставить в нужный момент. Ребята, завтрак готов, прошу к столу.
Завтракали мы не торопясь, словно оттягивали момент начала последнего испытания. По телу бегал противный холодный сквознячок, возникающий у меня каждый раз перед грандиозными переменами. В конечностях чувствовался легкий тремор. Я волновался. Верил, что все будет хорошо, но ничего не мог с собой поделать.
Мой взгляд пересекся со взглядом Эрлы и я прочитал в нем сочувствие. Мне стало интересно узнать, кому оно адресовано, мне и или ей, но я не придумал, как спросить. Наконец, мы позавтракали.
— Пора. — Эрла покачала головой.
Она подошла ко мне и нежно обняла, прижавшись всем телом. Я тоже обнял ее, ощутив взрывной выброс гормонов. Однако «обнимашки» предназначались не только мне. Эрла так же тепло обняла Глеба, затем и Бориса, оставив их в смятении чувств.
— Это похоже на прощание. — Выдавил я, борясь с комом, подступившим к горлу.
Глеб зашмыгал носом. Борис начал тереть глаза под очками.
— Я в вас верю. — Эрла сделала шаг назад и исчезла.
Мы очутились в помещении со стальными стенами, с нарисованными по всей длине горизонтальными зелеными полосами на высоте полуметра от пола. Мне подумалось, что мы находимся на военном объекте.
— Вперед. — Произнес я и первым направился вглубь коридора.
С первого шага я понял, что с гравитацией здесь что-то не так. Я будто растерял половину веса, подпрыгивая на каждом шагу. Друзья тоже принялись шумно удивляться неожиданным ощущениям.
— Не хотелось бы вас пугать, — начал издалека Борис, — но мы находимся либо на другой планете, либо астероиде или космической базе с искусственной гравитацией.
— Это же здорово! — Обрадовался Глеб. — Я же теперь чувствую себя, будто сбросил килограмм пятьдесят.
Он прибавил скорости, подпрыгивая на каждом шагу, как кузнечик. Он первым скрылся за поворотом. Мы свернули следом и наткнулись на его широкую спину. Глеб стоял у аппарата, похожего на гибрид автомобиля и катера. Стеклянная сфера, накрывающая три сиденья с органами управления, была откинута назад.
— Это что? — Спросил Борис.
— Я думаю, это то, на чем мы полетим отсюда. — Произнес я. — У кого-нибудь есть права на управление космическими аппаратами?
— Я пару лет рубился в «Космических Рейнджеров». — Неуверенно признался Борис. — Не думаю, что мне это поможет.
— Вий, ты из нас самый мужественный мужик, тебе и садиться за штурвал. — Предложил Глеб и демонстративно уступил мне место.
— Здесь нет штурвала. — Я заглянул в кокпит. — И руля нет.
— Скорее всего, аппарат управляется автоматически. — Резонно предположил Борис.
— Надеюсь, последнее испытание не будет похоже на космическое сражение повстанцев против империи. — Глеб осмотрел машину. — Никаких лазеров-шмазеров не видно. Гражданский вариант.
Я аккуратно забрался внутрь салона, боясь тронуть какой-нибудь из органов управления и сел на среднее сидение. Тут же передо мной загорелся экран, а из панели выдвинулся прибор, похожий на полусферу, сделанную будто под размер человеческой ладони. Я и накрыл прибор своей ладонью. Как по команде, загорелись еще несколько экранов, а откуда-то из недр раздался женский голос:
— Добро пожаловать на борт космобота. Чтобы начать полет, убедитесь, что вы летите один.
— Нет, нет, нет. — Глеб поспешно запрыгнул на сиденье слева от меня.
Напуганный, что не успеет, Борис совершил прыжок, перепрыгнув аппарат и свалившись на место справа от меня.
— Загрузка полная, закрытие кабины.
Стеклянная сфера над головами пришла в движение и мягко села на свое место.
— Для начала полета выберите режим, ручной или автоматический. — На экране заморгали непонятные символы.
Я замер в нерешительности. Женский голос повторил просьбу.
— Ну же, Вий, жми. — Надавил на меня Глеб.
— А куда. Я же не понимаю ничего в этих значках.
— Какая разница. Может быть, ты от природы пилот космического корабля.
Я поддался на уговоры и ткнул в зеленый огонек. Аппарат мягко поднялся над полом. Потолок над головой пришел в движение. Он сдвинулся назад, открыв нашему взору черное небо с мириадами звезд.
— Для начала полета используйте органы управления космоботом. — Предложил женский голос.
Больше всего для этой цели подходила темная полусфера, идеально лежащая под правой рукой. Я положил на нее руку и почувствовал, как мельчайшие движения ладони по ней отзываются движениями аппарата.
— Огого. — Борис испуганно поджал ноги.
Я сделал микроскопическое движение вперед. Нос аппарат задрался вверх на небольшой угол.
— Так, это я понимаю как работает, но где же у него газулька?
Я подвигал ладонью по полусфере, заставив аппарат резко менять углы наклона, и напугав своих друзей.
— Я не знаю, где здесь газ, а где тормоз. — Сообщил я им. — Могу уступить место любому из вас.
Как и следовало ожидать, мои напарники дружно отказались. Немного помучив орган управления космоботом, я нечаянным движением, подтолкнув его основанием кисти вперед, нашел способ управления тягой. Для отклонения корпуса аппарата полусфера считывала движения ладони по сенсорной поверхности, а для управления тягой, необходимо было физически смещать её. Мой мозг был готов только к прямолинейному движению вперед и вверх.
Космобот с диким ускорением вылетел из ангара. Под нами во все стороны раскинулась желтая поверхность планеты, испещренная кратерами и черными тенями.
— А куда лететь-то? — Спросил я, не видя никаких ориентиров кроме космоса и безжизненной поверхности.
— Просто летай. — Предложил Глеб. — Как на прошлых испытаниях. Пока не придумаем что-нибудь умное.
— Как красиво! — Восторженно отзывался о космических видах Борис. — Я себе именно так и представлял космос.
Я двинул полусферу от себя, чтобы притормозить. Вместо этого аппарат замер, как вкопанный, заставив нас испытать сильные перегрузки. Глеб и Борис ухватились за меня и принялись орать. Я плавно потянул сферу на себя и так же плавно ускорился.
— Не надо нас так пугать. — Глеб вытер выступивший пот со лба. — Нежнее с этой штукой.
— Я стараюсь, но она очень чувствительная. — Объяснил я ему.
Я попытался быть нежным. Буквально через десяток опасных маневров, я стал чувствовать космобот намного лучше. Мы понеслись над поверхностью планеты, разглядывая кратеры, хребты и низины.
Вдруг, над горизонтом, выбираясь из тени планеты, появилось величественное блистающее колесо космической станции. Зрелище заворожило нас. Станция была огромной.
— Смотрите, к ней летят огоньки. — Борис показал пальцем на сотню мерцающих точек, роем направляющихся к космическому объекту.
— Я думаю, нам тоже надо туда. — Решил я и прибавил
