Мейсон смотрел на нее все тем же суровым взглядом. Бросил платье на спинку кресла и процедил сквозь зубы:
– Это вопрос времени. Все равно вернетесь. Флоренс замерла. Может, она ослышалась?
– Что вы сказали? – переспросила она.
– Да ладно вам! Будто вы сами не знаете, что вернетесь! – Он презрительно хмыкнул. – Стэнли просто создан для вас: богатый, красивый…
– Высокомерный, властный и наглый, – подхватила Флоренс и, разведя руками, завершила: – Ну, просто предел мечтаний!
Мейсон нахмурился.
– А что, раньше вы всего этого за ним не замечали? До того, как согласились выйти за него замуж?
Флоренс присела на край кровати.
– Представьте себе, не замечала… – Она подняла на него глаза. – А что, разве так не бывает? Раньше он казался мне настоящим мужчиной. Стэнли так красиво ухаживал… – И она улыбнулась своим воспоминаниям. – Я думала, у нас с ним много общего. Одним словом, когда он приезжал к нам, он был совсем не тем человеком, каким я увидела его здесь.
Мейсон сложил руки на груди и прислонился к дверному косяку.
– То есть вы хотите сказать, что теперь его не любите?
Он решил, что нашел слабое место в ее объяснениях, но Флоренс с готовностью возразила:
– Ничего подобного. Я его никогда не любила.
– Не любили? – Мейсон вытаращил глаза. – А зачем тогда собрались за него замуж?
Господи, ну что тут непонятного?!
– Мне уже тридцать, а я еще не замужем.
– Вот оно в чем дело! – Лицо Мейсона прояснилось. – Так вы хищница. И весьма расчетливая.
Флоренс вздохнула. Нет, он не хочет ее понять.
– Послушайте, мы же не на следственном дознании. Постарайтесь думать о чувствах, а не о мотивах. Неужели вы сами не видите? Ну, разве я похожа на хищницу? Ей-богу, вы мне льстите!
– Послушайте, но вы только что сами сказали, что никогда не любили Стэнли.
– Сказала. Ну и что дальше?
– Значит, вы охотились за его деньгами. Верно?
– Нет, не верно. – Флоренс хохотнула. – Зачем мне его деньги? У меня и своих предостаточно. Сами сказали, что я богачка.
– Не понимаю. – Мейсон пожал плечами.
Не понимает и ладно! Просто он верит в то, во что хочет верить. Флоренс взглянула на Мейсона и чуть не прыснула: такой у него был недоуменный вид. Придется сделать еще одну попытку.
– Просто я почувствовала, что мне пора замуж. Видно, сработал первобытный инстинкт. Настал момент вить гнездо. Понимаете? Я нашла себе пару. И вроде бы все параметры подходили… – Флоренс пожала плечами. – Короче, я хотела иметь семью, и… – Она замолкла, исчерпав все аргументы, и подняла глаза на Мейсона.
Тот смотрел на нее с недоверчивым видом. Никакой логики! Если Флоренс не были нужны деньги Стэнли, то чего же еще она искала в браке с мужчиной, которого никогда не любила? Мейсон привык думать, что женщины по своей натуре романтичны, а эта несет какую-то ахинею про первобытный инстинкт и подходящие параметры! Нет, тут явно что-то не так…
– Вы что, ни разу не влюблялись? – решился спросить он.
Удивленно вскинув брови, она какое-то время молчала, потом помотала головой и тихо пробормотала:
– Нет. Пожалуй, ни разу… А вы?
Глаза Мейсона стали непроницаемыми.
– Речь не обо мне. Сейчас мы говорим о вас. – Он насупил брови и окинул ее пристальным взглядом. – Вы это серьезно? Неужели ни разу не влюблялись?
Флоренс никому еще не признавалась в этом, но про себя уже давно решила, что не способна любить. Ведь любовь своего рода талант, а она этим талантом явно обделена…
По натуре Флоренс была дружелюбной и общительной, и среди ее друзей было немало мужчин. Она наслаждалась их обществом, но никогда не испытывала того особого чувства, о котором написано столько книг и снято столько фильмов…
Когда она была совсем юной, она постоянно жила в ожидании большого чувства, но любовь все не приходила. Флоренс испытывала смутное сожаление, но не слишком переживала. Разве можно тосковать по тому, чего не знаешь? Потом вычитала у Шекспира:
Любовь бежит от тех, кто гонится за нею, А тем, кто прочь бежит, кидается на шею.
И перестала ждать. Более того, почти убедила себя, что жизнь без любви намного спокойнее. Так было до вчерашнего дня, пока она не сбежала с собственной свадьбы и не оказалась в этом доме. Станет ли теперь ее жизнь снова спокойной?
– Представьте себе, я никого не любила, – призналась Флоренс. – Вот и решила, что для создания семьи вполне достаточно совместимости характеров. – Она невесело хмыкнула. – Только я и здесь чего-то не учла. А ведь была уверена, что мы со Стэнли прекрасно подходим друг другу. Мы с ним одного круга, наши семьи дружат домами… Я думала, у нас с ним будет идеальный брак.
– То есть вы рубили сук по себе, – бесстрастным тоном подытожил Мейсон. – И раз уж безумной любви у вас не было, выбрали верный расчет.
– В том-то все и дело, что неверный! Если бы я знала, каков Стэнли на самом деле…
Мейсон издал странный звук – не то фыркнул, не то поперхнулся – и оторвался от косяка.
– Флоренс, а вам не надоел весь этот фарс?
– Какой фарс?
– Нет, ей-богу, вы переигрываете! – Он усмехнулся. – Могу себе представить, какой вы устроили переполох! И жениху, и родителям, и гостям… Нет, конечно же, это так эффектно: сбежать прямо из-под венца! Признайтесь, ведь теперь вы выжидаете момент, чтобы поэффектнее вернуться за наградой?
О чем это он?
– За наградой? – тупо повторила она. – За какой еще наградой?
– За заслуженной! – Мейсон скривил губы в презрительной усмешке. – Еще бы! Теперь вы будете в центре внимания. Вот увидите, все наперебой – и Стэнли первый – будут из кожи вон лезть лишь бы вас ублажить. Вам не откажешь в изобретательности. Браво! – И пару раз хлопнул в ладоши.
Вот и все. Как говорили древние, до взаимопонимания как до бессмертия… Ну почему он думает о ней так плохо?! Битый час пытается ему втолковать, почему очутилась у него в доме, а он только и может говорить ей всякие гадости! Может, ему приятно думать о ней плохо?
Ну и черт с ним! Раз так, она здесь не останется. Ни минуты! Нечего сказать, нашла тихую гавань… Флоренс встала и, откинув со лба непокорную прядь, заявила:
– Все! Я ухожу. – И с решительным видом направилась к двери.
– Куда же вы? – Мейсон сделал скорбное лицо.
Не верит! Думает, что представление все еще продолжается, мелькнуло в голове у Флоренс.
– Останьтесь!
– Нет, я уйду, – заявила Флоренс. – Извините за вторжение. – Она покосилась и, заметив, что он ехидно ухмыляется, бросила через плечо: – Было очень вкусно. Всего доброго.
Флоренс вышла за порог и начала спускаться по ступенькам, а Мейсон следовал за ней все с той же издевательской ухмылкой, как будто ждал, что она вот-вот повернется и побежит назад.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
