Мик услышал тихое дыхание рядом со своим ухом, потом — какой-то низкий звук, похожий на вздох.
— Лиза? Это вы, Лиза? — спросил он нерешительно. События прошедшего дня отчетливо вспомнились Мику и взволновали его. У него болела голова, ныло тело, и во всем была виновата эта женщина. Она оставила его спать на жестком полу, продуваемом сквозняками, что для него было равносильно смерти. А сейчас Лиза прокралась сюда, не зажигая света, и встала так близко, что он даже чувствовал исходившее от нее тепло.
— Черт побери, леди, что вы хотите от меня?
Ответа не последовало, Мик почувствовал, как что-то касается его плеча. Это было очень нежное прикосновение. Ужасное подозрение стало закрадываться в его голову. Когда она говорила о том, что он должен отрабатывать свое содержание здесь, ведь не имела же она в виду, что она будет с ним… что они будут… что он…
— Лиза, это вы?
Ее дыхание все приближалось, прикосновения становились более решительными. Она прижималась к его плечу. Ущипнула его. А потом… укусила.
Мик, вскрикнув, отстранился. Он услышал фырканье и звук, который издают принюхивающиеся животные, а потом постукивание переступающих по деревянному полу копыт. Что за черт! Что эта семейка задумала с ним сделать?
Мик вскочил на ноги. Услышав звяканье замка, он низко пригнулся — это была привычка, выработанная за годы, проведенные на войне. Дверь распахнулась, и поток света разлился по комнате.
— Раглс!
В эту же секунду Мик узнал младших братьев Лизы и наконец увидел то существо, из-за которого он только что пережил несколько неприятных мгновений — это была маленькая беременная коза.
Радостные крики близнецов перекрыли возбужденное блеяние козы.
— Она, наверное, здесь пряталась!
— Что за умница наша коза!
— Могу спорить, солдаты так напугали ее, что она забралась сюда.
— Да, она уже бывала здесь раньше.
— Я же говорил вам, что ее не забрали.
Прежде чем пленник успел что-либо понять, близнецы и Джонни подхватили козу и убежали, оставив Мика и мальчика в очках наедине. Мик вспомнил, что, кажется, Лиза называла его Буном.
Мальчик перевел взгляд с мужчины на пустые тарелки и поднос на полу. Они были чисто вылизаны. Мик только сейчас заметил, что все остатки еды исчезли.
Он посмотрел на Буна с недоумением.
— Неужели коза находилась здесь все время?
Бун прищурился и пожал плечами. У него было строгое, не по годам взрослое лицо. Он, видимо, был на пару лет младше Крокета.
— Не думаю. Здесь есть несколько дырок на задней веранде. Возможно, она целый день была в лесу, а затем вернулась, когда проголодалась.
— Понятно.
— Это очень умное животное.
Мик не собирался это отрицать.
— Лиза сказала, что вы один из тех людей, которые забрали нашу свинью.
— Ты веришь ей?
— Не вижу оснований не верить.
— А если я докажу, что она ошибается?
Мальчик пожал плечами, как бы говоря, что это меньше всего его интересует. А потом очень рассудительно произнес:
— Моя сестра никогда никого не обижает.
Мик не знал, как отреагировать на такую реплику.
— Я вам не советую обижать ее, — в голосе Буна звучала угроза. Сказав это, он вышел, закрыв за собой дверь, и Мик снова оказался в темноте.
Некоторое время он продолжал стоять на прежнем месте, раздумывая, что же все-таки произошло. И произошло ли вообще что-нибудь? Действительно ли его разбудила коза, действительно ли потом он разговаривал с каким-то подростком и действительно ли затем его заперли в темной кладовой, не сказав «привет» или «доброе утро», или хотя бы «пошел к черту»?
Где он сейчас находится? Уже много дней он идет за Бином, стремясь настигнуть его. Мик вздохнул, понимая, что все эти испытания придуманы Бином, чтобы заставить его следовать за ним.
Мик стал растирать виски, голова его раскалывалась от боли. На его месте любой здравомыслящий человек уже давно бы сдался на милость Бину или уехал в Канаду и попробовал начать новую жизнь. Но для Мика такое решение было неприемлемым. После того как он в течение долгих месяцев скитался под вымышленными именами от одного отряда к другому, постоянно попадая в сражения и стычки, Мик мечтал только об одном — хотя бы на несколько часов обрести покой, собраться с силами. Он хотел домой. В Уединенное. Но когда он попал в Виргинию и увидел, что натворил здесь Бин, то понял, что должен найти этого человека и остановить его. Жертва превратилась в охотника.
Если бы Мик вернулся домой на несколько дней раньше, то сумел бы помешать Бину обрушить свой мстительный гнев на владения семьи Сент-Чарльз. Он не позволил бы ему украсть их фамильные драгоценности, которые в самом начале войны были тщательно спрятаны. Но, к сожалению, когда Мик приехал, он застал лишь руины. А Бин со своим отрядом уже направлялся домой, в Огайо.
Это была ловушка. Мик был не настолько глуп, чтобы не понимать этого. Его дом безжалостно разорили, и для Мика был оставлен знак, побуждающий его к действию. Бин даже не пытался замести следы на пути в Огайо. В самом деле, Мик столкнулся с множеством случаев «реквизиций», видел много уничтоженных ферм, обитатели которых отказались повиноваться Бину и его людям. Но затем Мик потерял след. И вот теперь снова нашел. Бин был здесь. Мик знал это точно. «Реквизиция» животных на этой ферме была делом рук этого человека.
Мик потер пальцами переносицу. Если бы только он мог рассуждать здраво, то не поступил бы так глупо и смог бы что-нибудь придумать. Но эта чертова лихорадка мешала сосредоточиться и путала все его мысли и чувства. Иначе зачем бы он дал слово не бежать? И почему с такой легкостью отдал фотографию Лили?
Мик опустился на сундук. Он, вероятно, сошел с ума. Иначе почему он медлит, почти настигнув своего врага? Может быть, он устал от погони, от борьбы, от постоянного напряжения? Нет, он просто потерял разум. Иначе ничто в мире не смогло бы заставить его оставаться здесь, где молодая женщина и куча мальчишек собираются держать его в заложниках из-за убитой свиньи.
Он должен бежать. Сегодня же ночью. В противном случае у него может появиться искушение остаться здесь, чтобы узнать, почему в глубине глаз Лизы застыла такая печаль.
Возвращение Раглс вызвало целую бурю радости. Дети, крича и смеясь, выбежали на улицу, оставив Лизу и Крокета одних на кухне.
— Иди отцепи солдата от сундука, Крокет, — сказала она.
Еще до того как произнести эти слова, Лиза уже знала, что они заставят Крокета посмотреть на нее с удивлением, но совсем не ожидала, что брат будет так сильно поражен. Он забыл про завтрак, стоящий перед ним, и отложил в сторону свою вилку.
