как, тебе их загадка хоть о чём-нибудь говорит? – осведомился дядюшка, поправляя свой всклокоченный кок.
Малиса задумчиво почесала затылок. Что-то неуловимое мелькнуло на самой грани её сознания. Некоторое время она постукивала пальцем по подбородку и ковыряла ботинками камешки под ногами, силясь добыть ответ.
– Хммм, – протянула она наконец. – Пока нет. Но я над этим работаю.
10
Чайник жгучего крапивного чая
Вскоре они очутились возле любимой кондитерской дядюшки Язвы, «Злопамятной Чашки», и решили сделать небольшой перерыв в расследовании, чтобы подкрепиться чаем с булочками.
– На голодный желудок особенно не порасследуешь, – сказал дядюшка. – Мозгам нужно топливо!
Малиса не стала спорить. Она ничего не ела с самого утра, а позавтракала обычной порцией шоколадных таракашек с какао, и хотя здесь, в Подмирье, трудно понять, какое сейчас время дня, она догадывалась, что время обеда давно миновало. У неё и впрямь сосало под ложечкой, только она не знала – от голода или тревоги.
Малиса с дядюшкой заняли столик на двоих, покрытый кружевной чёрной скатертью. Стол был накрыт к чаю, хотя вазочка рядом с сахарницей была пуста. За соседними столиками угрюмо сидели упыри и призраки, мрачно размышляя о своих бедах. В чёрных канделябрах потрескивали свечи, выхватывая из полумрака маниакальные выражения лиц свирепых мужчин и коварных женщин с портретов в эбонитовых рамах. Пыльные окна были почти скрыты тяжёлыми чёрно-золотыми шторами.
К ним подплыла женщина-привидение в длинном вечернем платье из жатого шёлка. Следом за ней по полу тянулся шлейф.
– Здравствуй, Уязвитель, – промурлыкала она с улыбкой, блеснув жемчужно-белыми зубами. В её упругих рыжих кудрях, ниспадавших до самого пояса, сверкали серебряные заколки-пауки.
– Привет, Белладонна, – поздоровался дядюшка Язва. – Позволь представить тебе мою племянницу Малису. Малиса, это Белладонна, мой старый друг. Она хозяйка этой кондитерской.
Белладонна протянула Малисе длинную изящную руку. Она оказалась холодной как мрамор и такой же гладкой, а ногти остротой не уступали орлиным когтям. Малисе она сразу понравилась.
– Твоя дядя рассказываль тебе, как это было захватывающе, когда его последнего ученика утащили эльфы в Дремучем Ведьминском Лесу? – спросила ее Белладонна с довольно заметным французским акцентом. Малисе послышалось в её голосе нечто вроде восхищения: должно быть, зрелище и впрямь было впечатляющим.
– Нет, кажется, об этом не упоминал, – сказала Малиса.
– Это было просто крайне несчастливое стечение обстоятельств, – покраснев, буркнул дядюшка Язва. – Такого почти никогда не случается!
– Ох уж эти эльфы, – ласково покачала головой Белладонна. – Такие озорники. А что же привело вас в Зловещий квартал сегодня?
– Мы расследуем случаи исчезновения дедушек, – сказал дядюшка Язва.
– И как раз идём из салона «Будь-осторожен-в-своих-желаниях», – добавила Малиса.
Белладонна приподняла безупречную бровь:
– Надеюсь, вы сами не покупали у них никаких желаний. Среди моих клиентов немало таких, кто остался весьма недоволен своими приобретениями в этой лавочке. – Белладонна указала на сидящую в другом конце кондитерской одинокую печальную женщину в чёрном капоре, которая поглаживала дремлющего у неё на коленях огромного зайца-русака. Длинные уши зайца свешивались едва ли не до самого ковра, а длиннющие ноги терялись где-то под столом. – Госпожа Унылинг, – окликнула её Белладонна, – не могли бы вы, пожалуйста, сказать моим друзьям, что именно вы пожелали в салоне «Будь-осторожен-в-своих-желаниях»?
– Я сказала, что явилась к ним за роскошной, длинной русой косой, – уныло ответила госпожа Унылинг.
Малиса, подавив смешок, поспешно уткнулась в меню. Белладонна же кивнула в сторону весьма горластого младенца в усыпанном драгоценностями платьице, который восседал на высоком детском стульчике, яростно колотя по нему погремушкой.
– А это леди Тщета, – пояснила Белладонна. – Она пожелала себе вечную молодость!
Дядюшка Язва едва успел пригнуться, когда леди Тщета запустила в него своей погремушкой. Увесистый снаряд пролетел над самой его макушкой и попал в пирата за столиком позади него, прямо в чёрную глазную повязку.
Пират вскочил на ноги, грозя младенцу кулаком и грозно рыча:
– ААААРРРРРГГXXХ!
– Что вам угодно заказать? – спросила Белладонна, не обращая внимания на всю суматоху.
– Я бы выпил чаю с булочками, Белладонна, – сказал дядюшка Язва. – С кислыми сливками и волчеягодным джемом.
При мысли о скисших сливках у Малисы заурчало в животе, и она почувствовала, что и впрямь здорово проголодалась.
– Звучит заманчиво, – сказала Малиса. – Мне то же самое, пожалуйста.
Белладонна записала заказ.
– И чайник жгучего крапивного чая, – прибавил дядюшка Язва.
– Боюсь, жгучего крапивного у нас не осталось, – сказала Белладонна. – Вчера прибегал мальчишка-посыльный и скупил весь запас!
– Неужто так измучился жаждой? – хмыкнул дядюшка Язва.
Белладонна загадочно улыбнулась.
Малиса вздохнула. Жгучий крапивный чай был любимым напитком Дедули. А она так по нему тосковала, что у неё всё время ныло где-то в груди.
– Хмм, – задумался дядюшка Язва. – Тогда, пожалуй, я возьму чай из слизи сточных канав.
– А что тебе предложить, Малиса? – Карандаш Белладонны вопросительно завис над блокнотом.
– А какой чай у вас ещё есть? – спросила Малиса.
– Из горького паслёна, вороньего глаза, аконита и навозных жуков, – перечислила Белладонна.
Первые три варианта отпадали – для живых они были ядовиты, – и Малиса уточнила:
– А в чае из навозных жуков правда настоящие навозные жуки?
– Да нет, что ты, – хмыкнула Белладонна. – Только навоз.
– Тогда, пожалуйста, просто воды, – попросила Малиса.
Белладонна отошла, и скоро им подали заказ. Дядюшка Язва водрузил на булочку целую горку сливок.
– Итак, – заговорил он, – что мы имеем на данный момент?
– Считай, почти ничего, – сказала Малиса, вгрызаясь в ломоть пирога. – Та дама с Центрального вокзала… Возможно, она, как и я, просто пыталась разыскать своего пропавшего дедушку. Поэтому, даже если мы её найдём, она может знать о случившемся ничуть не больше нас.
Дядюшка Язва согласно кивнул:
– Ещё есть та дама, которая скандалила из-за неудачного желания. – Может, та же самая, которая говорила с Родом Пистоном, а может, и другая, но тоже интересующаяся дедушками.
– Именно, – согласилась Малиса. – Хотя… – Она в задумчивости постучала пальцем по подбородку, притоптывая под столом ногой. – Мне кажется, – сказала она, поразмыслив, – что нам стоит сосредоточить усилия на поисках дамы, купившей желание.
– Почему? – спросил дядюшка.
– Потому что она упомянула, что получила полный дом дедушек, ни один из которых не оказался её собственным. А если кто-то жалуется, что у него образовался избыток дедушек, в то время как во всех прочих местах ощущается их сильный недостаток, это едва ли можно считать простым совпадением.
– А как насчёт дамы с вокзала?
– Пока я предлагаю считать, что это одна и та же дама, –
