твоему шикарному отдыху, да?
– Я не готова. Я не гожусь. Я астматик…
«А еще я не могу справиться со стрессом. У меня галлюцинации. Я слышу голоса. Я совершенно сломлена».
Рафаэль смотрит на море:
– Что ж, не удивлен. Просто не хочешь пачкать ручки.
Я чувствую острую боль, как от укола. Кровь приливает к лицу:
– Не то чтобы мне наплевать. Просто не хочу быть обузой.
– Зачем вообще ее уговаривать? – Сбоку появляется Вивиан и становится так близко к Рафаэлю, что их руки соприкасаются. – Всего несколько минут назад эта девчонка зажимала уши и орала без причины. Такую нельзя брать на задание. Она чокнутая.
Я вцепляюсь в леер и смотрю на море. Меня бесит ее правота.
– Американке не обязательно быть полностью подготовленным агентом Камелота[18], – говорит Рафаэль. – Всё, что от нее требуется, – провести команду через Завесу, используя магию.
Он сказал Камелот?
– Ты правда думаешь, что я наполовину фейри? – Мозг всё еще пытается справиться с замешательством.
Вивиан не обращает на меня никакого внимания:
– Ты бы пошел за Завесу, зная, что твоя жизнь зависит от ее способностей?
Они говорят обо мне, словно меня здесь нет.
Я собираюсь вмешаться, но тут подбегает Тана.
– Рафаэль, – резко произносит она. – Карты предупреждают об опасности.
– Откуда? – Рафаэль, поворачивается и вглядывается в горизонт. – Патрульный корабль на севере? Или он идет из Франции?
Тана качает головой.
– Снизу.
На секунду все замолкают, потом Рафаэль кричит:
– По местам!
– Что происходит? – спрашиваю я.
– Иди в каюту, – приказывает он.
Раздаются крики, судно резко кренится влево. Я поскальзываюсь и ударяюсь о леера. Нас качает, я судорожно хватаюсь за мокрый леер. Море теперь прямо подо мной, и я волей-неволей смотрю на бурлящие волны. Вода темная – гораздо темнее, чем должна быть.
Внезапно она начинает бурлить, судно отбрасывает назад. Я изо всех сил цепляюсь за леера, но хватка слабеет, и я соскальзываю обратно на палубу. Меня окатывает морской водой, я вот-вот упаду в волны. Но сильная рука обхватывает меня за талию – и крепко держит…
Рафаэль прижимает меня к своему огромному телу, сквозь одежду я ощущаю его стальные мускулы. Одной рукой цепляюсь за леер, другой придерживаю промокшее белое платье.
– Держись! – кричит мой спаситель сквозь рев волн, отпускает меня и взбегает на главную палубу.
Я хватаюсь за леера, провожаю Рафаэля взглядом – и внутри у меня все переворачивается: над судном возвышается огромный змеевидный клубок, шириной с корабль, покрытый металлической чешуей, которая отливает в лунном свете серебром. Взметнувшись высоко над нами, он закрывает небо. Не могу понять, где он начинается и где заканчивается, – похоже, он повсюду.
Морской змей.
До этого я видела только одного из них на размытой фотографии, сделанной во время битвы при Мон-Сен-Мишель[19], когда фейри и их змеи уничтожили бо́льшую часть французского флота. Но каким бы ужасающим ни был тот снимок, он не передает в полной мере суть этого существа.
Сердце замирает: змей раскрывает пасть, обнажая ряды острых зубов. Он вопит, как банши[20], и устремляется вниз, на палубу. Когда он проносится мимо, меня окатывает волна зловония. Змей снова встает на дыбы, и я вижу, как из его пасти торчат чьи-то отчаянно брыкающиеся ноги. В монстра летят копья, но отскакивают от чешуи.
– Цельтесь в горло! – кричит Рафаэль.
Чешуйки там тоньше, между ними видна кожа, но угол наклона и ужасающая скорость существа делают попадание в цель практически невозможным.
Вокруг раздаются крики. Клипер кренится вправо, меня швыряет на штурвал. Голову сбоку пронзает боль. Я с трудом поднимаюсь на ноги и поворачиваюсь, чтобы последовать за теми беглецами, которые пытаются добраться до относительно безопасной каюты. И тут краем глаза замечаю что-то на главной палубе.
Это Мало, прижавшийся к леерам.
Судно продолжает раскачиваться, но я хватаюсь за леер и заставляю себя двигаться к деревянному трапу. Чудовище кричит, и его вопль пронизывает до глубины души. Я бросаюсь к трапу и пытаюсь подняться по нему, морские брызги не дают дышать.
Вокруг хаос: оборванные канаты, летящие щепки. Кровь течет по палубе, смешиваясь с морской водой. Рафаэль отдает приказы. Несколько членов экипажа в форменных куртках тычут копьями в монстра, целясь ему в глотку. Алеина и еще несколько беглецов цепляются за всё подряд. Мало, оцепенев, хватается за леер и что-то кричит навстречу ветру. Злобный красный взгляд змея находит мальчика, и монстр нависает над ним, не обращая внимания на копья, отскакивающие от чешуи.
– Мало! – зову я, но он не слышит в этом хаосе.
Змей встает на дыбы, разевает пасть. Острые зубы вопьются в малыша в любую секунду. Нужно отвлечь зверя, но он не заметит меня, даже если наброситься не него с кулаками.
И тут мне в голову приходит отчаянная мысль. Я бросаюсь к Алеине, хватаюсь для устойчивости за один из толстых канатов и срываю с ее шеи хрустальный кулон со сверкающим камнем. Который, как сказала Алеина, разбивается вдребезги с шумом и вспышкой. Скользнув по палубе, я разбиваю его о металлический леер.
Над горизонтом разносится резкий пронзительный вопль – такой громкий, что заглушает все остальное. Из кулона вырываются ослепительные разноцветные огоньки. Этот звук заполняет внутренности, пронизывает до костей.
Свет меркнет, мир вокруг затягивает туманом, в ушах звенит. Я крепко держусь за леер, волна обрушивается за борт и снова окатывая меня.
Я поднимаю глаза: получилось, я отвлекла внимание змея от Мало. К сожалению, теперь чудовище уставилось на меня, его взгляд прожигает насквозь. Он что-то шипит, словно говорит на языке фейри, и бросается на меня, но тут Рафаэль сбивает меня с ног, и мы откатываемся в сторону. Змей наносит удар, щелкающие челюсти клацают в нескольких дюймах от нас. Рафаэль хватает брошенное копье и, как только чудовище начинает поднимать голову, вонзает оружие в слабо защищенное горло. Змей с визгом отшатывается, копье застряло в шее. Он надвигается как прилив. Он потопит нас? Но тут монстр исчезает под водой, оставляя мерцающее в звездном свете звезд темное кровавое пятно.
Я смотрю на рябь на воде:
– Ты убил его?
Рафаэль хватается за леер; морская вода стекает по его золотистой коже, капает с темных волос.
– Не совсем. – Он совершенно спокоен, словно речь идет о садовых цветочках.
Рафаэль едва успевает договорить, как раздается яростный вопль. Змей выпрыгивает из воды с разинутой пастью.
Сзади раздается глухой удар, и в воздух взмывает гарпун. Он попадает твари прямо в глаз, превращая его в багровый кратер. Змей с мучительным воплем ныряет в
