чем-то занять руки.
Рядом стояла невысокая копейщица, прямая и неподвижная, с древком у плеча; она не переминалась, не разглядывала зрителей и вообще выглядела так, будто уже получила задачу и ждёт только команды начинать.
Долговязый очкарик прижимал к груди планшет с листами и время от времени поглядывал на расположение выходов, словно заранее строил карту помещения. Совершенно точно не боец. Может, архивный работник.
Рыжеволосая девушка с перевязью учебных метательных дисков чуть улыбалась, откровенно изучая Фенвика и, кажется, совершенно не смущалась тем, что он это заметил.
Темноволосый юноша с белой санитарной повязкой смотрел не на будущих командиров, а на Ренна.
Полноватый мальчик в дорогом защитном жилете расправлял плечи каждый раз, когда чей-нибудь взгляд проходил по нему, а ладонь держал на рукояти учебного меча с нарочитой демонстративностью человека, которому очень хотелось, чтобы окружающие заметили именно меч. Причем в мече ничего особого и не было — тренировочный деревянный клинок.
Бледная девушка с набором рунных пластинок на поясе старалась не встречаться глазами ни со мной, ни с Фенвиком.
Жилистый парень с висящей на поясе крюк-кошкой расположился чуть в стороне.
Маленькая подвижная девочка в великоватой куртке едва удерживалась на месте: переносила вес с пятки на носок, смотрела то вправо, то влево, поправляла рукав, снова замирала на несколько секунд и опять начинала двигаться (СДВГ?).
Последний юноша не выделялся ни оружием, ни телосложением, ни дорогим снаряжением, но он внимательнее прочих наблюдал за нами.
Вдоль стен зала тем временем собиралась публика. Толпа уже заполнила ближайшую сторону двора, несколько старшекурсников устроились на ступенях, кто-то занял место у колонны. Ренн окинул их долгим взглядом, будто мысленно составлял список людей, которым завтра можно назначить дополнительную работу, после чего перевёл его на нас с Фенвиком и протянул ладонь.
— О вашем состязании я уже знаю, и не буду повторять в подробностях, насколько мне не нравится идея превращать лицейскую тренировку в игорный стол. В первый и последний раз позволяю провести подобное пари на территории лицея. Бумаги!
Я вынул оба документа и положил ему в руку. Ренн проверил сумму, подписи, печати, после чего убрал бумаги в небольшую металлическую шкатулку.
По рядам зрителям прошёл тихий гул. Для многих сто золотых до этого оставались слухом, теперь сумма лежала в шкатулке перед наставником, который косвенно заверил пари.
— Победитель получит обе бумаги после объявления результата, — будто нехотя продолжал Ренн. — Если один из командиров самовольно уйдёт до окончания испытания, он считается проигравшим. Если испытание придётся остановить по внешней причине или по моему решению без вины одной из сторон, бумаги возвращаются владельцам. Любая попытка спорить с решением судьи автоматически переводит разговор из денежного в дисциплинарный, и уверяю вас, этот вариант вам не понравится.
Мы кивнули.
Ренн указал на первогодок.
— Эти десять учеников были отобраны мной из тех, кто вызвался добровольно. Никто из вас прежде не работали с ними в одной группе. Вы будете по очереди выбирать бойцов, пока у каждого не окажется пять человек. Кто выбирает первым, определит жребий.
Сайрус нервно дернул головой.
— А задание?
— Узнаете после распределения. Настоящий командир не всегда получает людей после описания будущей задачи. Считайте это частью испытания, господин Фенвик.
У губ Сайруса на мгновение появилась недовольная складка, но спорить он не стал.
Ренн поставил на край стола небольшие песочные часы, убедился, что оба смотрят, и перевернул их. Светлый песок тонкой струёй побежал между колбами.
— Три минуты на оценку кандидатов. Разрешаю осматривать их и их учебное снаряжение. Каждый командир может задать всей десятке один общий вопрос, на который ответят все. Обсуждать кандидатов с друзьями, зрителями или друг с другом запрещено. После осмотра бросаем жребий и начинаем набор.
Три минуты.
Я медленно прошёл взглядом по строю.
Можно было спросить об оружии, лучших дисциплинах, слабых местах, результатах последних тренировок, привычных ролях в группе. Только любой вопрос работал сразу на двоих: ответ услышит не только я, но и Фенвик. Сайрус старше, опытнее в командовании живыми людьми и наверняка умеет вытаскивать полезное даже из коротких ответов. Зачем добровольно кормить противника информацией, если мне доступен другой источник?
— Как вас зовут? — спросил я.
Фенвик повернул голову и тихо хмыкнул.
— Странно, что ты счёл важной именно эту информацию. Хотя нет, не отвечай! Не так уж я и удивлен, знаешь ли.
— Имена бывают полезны, когда собираешься отдавать людям приказы.
Ученики по очереди представились. Фенвик ещё немного потратил на наблюдение, явно не желая задавать вопрос слишком быстро. Потом его взгляд остановился на щитоносце, скользнул к копейщице, задержался на юноше с санитарной повязкой.
— Назовите упражнение, на котором вы показали лучший результат, и свою роль в нём.
Неплохой ход. Ренн получит не только перечень умений, ученики сами выберут достижение, которым считают нужным похвастаться, а значит, одновременно расскажут о своей самооценке, привычной роли и том, что воспринимают собственным преимуществом.
Ренн одобрительно качнул подбородком:
— По порядку, пожалуйста. Коротко, без истории вашего героического становления.
Первым заговорил широкоплечий щитоносец.
— Тарен Холт. Оборона ворот. Стоял в проходе, откуда трое противников дважды пытались меня выбить.
Он не уточнил, получилось ли у противника. Однако главное было не это: своим лучшим результатом парень считал не количество поражённых целей, а способность оставаться на месте.
Копейщица, Ида Корвен, ответила без паузы:
— Парный бой против двух противников. Удерживала дистанцию и прикрывала напарника после его ранения.
Ни слова о собственных попаданиях. Интересно.
Долговязый Эрвин Сорел поправил очки.
— Поиск маршрута на учебном полигоне. Э-э… Составлял карту и распределял движение группы. Мы закончили третьими, но не потеряли ни одного условного припаса.
Как я уже отметил, не боец. Вряд ли сегодня мы будем упражняться в чем-то без боестолкновений, так что парень уходит в самый конец моего приоритетного списка.
Рыжая Мейна Роу чуть приподняла подбородок.
— Поражение движущихся целей. Худший результат в этом упражнении — семь попаданий из десяти.
Кел Арден, ученик с лекарской повязкой, сказал:
— Эвакуация раненых. Оказал первую помощь и вывел пострадавшего. Лучшее время среди первогодок.
Виктор Харн словно ждал своей очереди дольше всех.
— Турнир учебного меча. Дошёл до полуфинала… — и нехотя добавил, — … и проиграл по очкам.
Селла Вирт заговорила настолько тихо, что я невольно сосредоточился, чтобы не пропустить ни слова:
— Эм… построение защитного контура… Моя группа удерживала его дольше остальных…
Она тут же опустила взгляд, словно уже пожалела, что сообщила о себе что-то.
Дейн Марр ответил без всякой попытки украсить достижение:
— Лучший результат на полосе препятствий.
Нэсса Тирн, девочка, выглядящая как оживший СДВГ,
