старается подстроить новые изменения под тела единицы. Человека. Неважно! Пришлось слышать, как четыреста свежих тел отправили на переработку. Чёрт, они бы хоть убивали их сначала. Часть из них успела проснуться!
Нет, нельзя отвлекаться от работы. Надо продолжить и как можно скорее найти способ исправить эту проблему. Печать будет продолжаться, рубежи требуют больше рук, больше жителей. Строительство не должно останавливаться. Видимо, всё же придётся подключать искусственный разум. А как хотелось обойтись без него.
Реакция на изменения матричного импринта. Так вот почему порой выходили калеки. Получается, что принтер в этом не виноват и на самом деле не свихнулся, свихнулись установленные параметры. Если добавить человеку, скажем, больше покорности или, наоборот, сделать максимально своевольным, как на это отреагирует искусственный разум? Что он создаст? Чёрт, остался последний лог, и кажется, на этом они не заканчиваются.
Лог 6:
Сегодня произошла первая катастрофа. Ошибка в программном коде и чрезмерная загруженность системы. Из Города продолжают поступать заказы за заказами. Я всё чаще печатаю чьих-нибудь любовниц и идеальных женщин и мужчин с обложек журналов, чем действительно помогаю рубежам. Как они не поймут, что нет идеальных людей? Нельзя перепрограммировать изначальный матричный импринт, чтобы создать послушную собачонку! Человеческий разум — вещь намного более сложная!
Рад, что успел подключить искусственный разум. Он вовремя перехватил контроль и сделал за секунды то, на что у меня ушли бы минуты. Видимо, всё же начинаю стареть. Теперь виртуальный помощник напрямую подключён к Объекту ВР-2 и будет помогать мне в функционале.
Слышал, что на других рубежах они столкнулись с такой же проблемой и справились намного хуже, но всё же справились. Теперь поговаривают о том, чтобы расширить полномочия моего виртуального помощника на всю сеть принтеров. Идиоты… Я ведь создавал его для системных математических вычислений в качестве эксперимента. Я убеждён, что у меня больше нет контроля над собственным творением, и уже не уверен, был ли он вообще когда-то?!
Боже… сколько людей погибло. Никогда ещё не видел, чтобы мой принтер создавал столь ужасных чудовищ.
Мне нужно выпить и всё заново переосмыслить…
Значит, показанное системой оказалось правдой. Принтер действительно начал штамповать уродцев, и из-за этого пал целый рубеж? Но что изменилось? Почему он остановился? Неужели попросту закончился ресурс? Надзиратель постоянно говорил о каком-то виртуальном помощнике. Который очень напоминал всеми обожаемую Госпожу с девичьим именем — Система.
Не знаю, как это работает, ведь в какой-то момент должен был появиться весь этот опыт, характеристики и прочие игровые механики. В реакцию на это должны были выстроить КиберСанктуумы и обучить новых операторов. Когда это произошло? Сколько сотен, а может, и тысяч лет прошло с момента записи последнего лога?
Мне не удалось отыскать продолжения истории надзирателя, как, собственно, и даты записи. Куда бы я ни полез, везде меня ожидала либо пустота, либо отвратительное [данные стёрты]. Кем стёрты? Когда стёрты? У меня сложилось такое впечатление, что после произошедшего нечто яростно подчищало все хвосты, удаляя информацию с серверов принтера. Тогда где искать продолжение? Попробовать проникнуть в принтер на Первом рубеже? Ответ напрашивался сам собой в виде колоссального кокона, возвышающегося над всеми рубежами.
Я отключился от сервера и сделал два шага назад. От количества информации слегка закружилась голова, и мне предстоит ещё многое переосмыслить. Как всё произошло? Что изначально планировалось создать на рубежах и, вообще, где я оказался, и почему у меня этот чёртов височный имплант. Думаю, пора расспросить моего загадочного друга и добиться от него ответов.
Я развернулся и не успел открыть рот, как в глазах зарябило, и выскочило сообщение:
//Обнаружена попытка подключения стороннего импланта.//
//Сработала защита Нейролинка. Идёт поиск источника.//
//Обход защиты. Срочно найдите источник и разорвите связь.//
Я схватился за голову и опёрся свободной рукой о шкаф сервера. Чувство такое, словно мне мозг пытаются вырвать голыми руками. Неужели так себя ощущали мои жертвы, когда я использовал на них Нейролинк. Но кто? Кто мог меня атаковать? Ответ напрашивался сам собой.
Отшельник стоял напротив и, широко раскрыв глаза, смотрел на меня. Его правая ладонь лежала у виска, и, кажется, атака приносила ему столько же боли, сколько и мне. Прервать связь? Прервать связь? Сейчас я её прерву!
Я высвободил клинок свободной руки и всадил ублюдку в грудь. С каждой секундой промедления мне становилось всё хуже, но всё же попытался оставить его в живых и метил в плечо.
Однако рука дёрнулась, а из-за расплывчатого силуэта противника промазал. Старик ахнул, упал на колени и коротко прошептал:
— Почему не сработало?
Я отшатнулся назад и, хватаясь руками за шкафы, побрёл к панели управления.
//Соединение разорвано. Оценка повреждений Курьера.//
//Удачно. Серьёзных повреждений не обнаружено.//
Я резко затряс головой, прогоняя последние следы приступа, и выдохнул. Голова гудела как колокол, а в правом виске противно отстукивал
