последнюю фразу – практически приказала она.
– Я сказал, что мы напрасно не подозреваем моего…
– Вот! Вот над чем надо думать! Мы только что определили с тобой круг лиц, кто мог это сделать, т.е. подозреваемых, но мы не подумали для чего это надо, тому, кто это сделал, если поймем зачем, поймем и кто.
– Алин, садись в машину, по дороге договорим, заодно и с Максом посоветуемся, он же здесь старожил.
– Макс, привет, а кто у нас давно работает? – сказала Алина, как только удалось дозвониться.
– О, Алина Витальевна, свет очей моих, как я рад Вас слышать, из головы Вы у меня не выходите, не поверите, сам хотел звонить. Вы же прямо катализатор случайных событий, – Макс подозрительно икнул и продолжил не менее авантажно. – Вот Вы появились и прям как в эпицентре ядерного взрыва, и тебе убийство, и падающие монтажники и зарубленные отчеты, и …
– Макс, ты пьяный?
– Я? Да Вы что!? Поклеп! Я когда пьяный, я сонный, а сейчас я активный, значит еще трезвый.
– Спроси у этого трезвенника, вчера кабинет он на ключ закрыл, когда уходил, или просто захлопнул, как всегда – подсказал Стас.
– Ой, Алина Витальевна, а что это у Вас за знакомый голос в машине звучит?– спросил Макс подозрительно.
– Это не знакомый голос, а радио играет. – Макс, сосредоточься. – Ты дверь закрыл на ключ, когда уходил?
– С чего бы это!? У меня жена дома, что же это я уйду, а ее под замок?! – в голосе Макса слышалось неподдельное возмущение.
– Понятно. От такого волка никакого толка, – Алина рассмеялась. – До завтра, трезвенник.
– Да завтра, Алина Витальевна, с нетерпением буду ждать… и связь прервалась.
Через секунду он перезвонил.
– Да, кстати, Ваше радио играет голосом моего бывшего лучшего друга, так ему и передайте – и Макс опять нажал отбой.
– А я значит радио?! – возмущенно сказал Стас.
– С ума Вы что ли посходили, ну не до этого же сейчас. Ну почему я его никому не отправила, когда убегала?! Ну что мне стоило?! – Алина даже постучала себя по лбу.
– Не отправила, потом, что не ожидала – хмуро ответил Стас.
– С одной стороны не ожидала, но с другой… Помнишь, я тебе говорила, что пропали контракты с Сайнексом? Так вот, есть закономерность. Именно их показатели и вызывали у меня самые большие вопросы, это там где пересечение работ у китайцев с турками, как раз в четвертой зоне. Стас, подожди, ты же к Белякову именно поэтому ездил? Тебя Алексей отправил, или ты сам? –
– Алексей тут не причем, только давай уже дома обсудим, а сначала в магазин.
– Давай, хотя может заказать что-то на дом? Голова не тем занята, да и готовить уже поздно.
– Алина, у тебя голова всегда занята только одним – сказал Стас со вздохом. – Давай, конечно, конечно закажем, уже десять, пока привезут, пока поедим, а в шесть уже вставать.
– Стас, ты злишься? – Алина внимательно посмотрела на него в темноте машины.
– Нет, не злюсь, привыкаю.
– К чему?
– К тому, что у тебя всегда в голове одна работа. Ты не делаешь перерывов. Ты все время думаешь, ты готова говорить о Караеве, Гасанове, отчете, совещаниях – бесконечно. Ты всегда так живешь?
– Не знаю, я не задумывалась.
– А ты подумай, а еще, но уже порядке бреда, подумай обо мне.
– Стас ну ты чего? Что не так?
– Алин, ты взрослый самостоятельный человек и хоть ты меня и подкалывашь постоянно – я тоже. Так вот, будучи взрослыми людьми, неужели мы все время будем прятаться, а ты будешь говорить знакомым, что у тебя в машине радио играет. Я не давлю на тебя, я просто хочу понять, ты меня стесняешься что – ли?
– Нет, конечно, как в голову то такое приходит? – Алина хотела его поцеловать, но Стас отстранился.
– Ну, хорошо, если ты хочешь серьезно, то я, разумеется, тебя не стесняюсь, я просто не хочу, чтобы нас склоняли на каждом углу, ты только представь, какой это вызовет шквал аплодисментов? Ты будешь каждого, кто рот откроет в окно выкидывать? У меня, кроме Макса, сугубо женский коллектив, они и так недовольны, что я гайки закрутила, что работы втрое больше и тут такой подарок – не успела приехать, уже хахаля себя завела. Никто даже разбираться не будет. Для всех я буду женщиной с низкой социальной ответственностью, назовем это так, а ты будешь уж и не знаю…
– Я знаю. Меня будут называть жиголо, тоже выразим мысль помягче, но мне плевать, понимаешь? Я тебя люблю. Я понял это почти сразу, как только ты перепуганная появилась у нас в кабинете, а уж когда привез тебя в ту субботу с покупками домой и мне ужасно захотелось остаться, знал наверняка. Да, все кто будет склонять твое имя – научаться летать, а за себя я не переживаю, я знаю, кто я на самом деле и что я к тебе чувствую.
Алина, затихла, а Стас помолчав продолжил.
– Не сердись на меня, я просто хочу сказать, что это твоя жизнь, а ты все ее тратишь на работу и на чужих людей. Может, попробуешь по – другому? Ради себя, ради меня. Хоть по чуть-чуть отпускай это мячик из рук.
Они добрались домой только в начале одиннадцатого.
– Алин, садись, переведи дух, а я что – нибудь приготовлю.
– Спасибо, жаль, что с доставкой опоздали. Хочешь, я помогу?
– Не, отдыхай, я сам. Я хоть и не жил в Баку, но тоже долгое время провел на морском побережье и кое – какие рецепты оттуда привез.
– Да ты что?! Серьезно? А ты мне не рассказывал.
– Мы еще многое другу друг не рассказывали, не страшно – вся жизнь впереди.
– Стас, не пугай меня, я ведь и поверить могу.
– А я и не пугаю, я говорю то, что думаю. Меня отец в детстве еще отучил врать. Раз и навсегда. Отбил охоту, в прямом смысле слова. Я могу не сказать, но врать не буду.
– Тогда расскажи мне, что ты делал у Гасанова, в тот день, когда погиб Демин. Мне Раечка по секрету сказала, и я скоро лопну от любопытства.
– Алин, он просил тебя не грузить лишней информацией, я и не гружу, но к Белякову я ездил по твоим делам. Я сразу, как только тебе Караев дал поручение по китайцам и ты заговорила про проблемы, стал думать, как такое может быть. Проблемы – это когда в одной зоне работает несколько подрядчиков. Просто
