для Воронцова, ни для кого – либо еще, я готовить не буду! Зуб даю!
– Договорились! А ты имей в виду, что он женат, мне Макс сегодня сказал. Стас чмокнул ее в макушку и покрепче притянул к себе.
– Значит, Макс завтра лишится не только ушей, но и чего ни будь более жизненно важного! – засмеялась Алина и поцеловала его ответ.
Ни она с ним отчет, ни он с ней свои открытия, они так и не обсудили. Зря.
Гасанов был вне себя. Даже в спокойном состоянии, он внушал «шок и трепет», а уж сейчас…Алина вышла из кабинета, как нашкодившая кошка.
«Алина Витальевна, не ожидал от Вас такой беспечности! Я, кажется, четко и ясно дал Вам понять, что ничего абсолютно не должно проходить мимо меня и тут я узнаю, что Вас опять допрашивают, уже по совершенно другом делу, а Вы даже не соизволили поставить меня в известность!».
Алина пыталась, что-то объяснить, но это был глас вопиющего в пустыне. Шамиль Наимович явно не был склонен искать компромиссы и уж тем более вслушиваться в ее «блеянье».
– И вообще, Алина Витальевна! Черте чем занята Ваша голова в последнее время. Идите!
Подумаешь, ну не сказала, но это же не было официально, ее же не повесткой вызывали, мысленно оправдывалась Алина, третий раз огибая здание столовой. После разговора с Шамилем ей захотелось «подышать»… И вовсе не чем-то, а кем-то занята моя бедная дырявая голова.
Ишь, ты круги наматывает, видно Гасанов «на хвост наступил». Ну и замечательно, чем больше они все ее отвлекают, тем лучше. Так глядишь и свои дела можно доделать и по-тихому свалить, а то аванс получен, люди нервничают, а эта стерва под ногами путается. Вот и вчера, почти докопалась, хорошо, что свалила раньше, удалось «творчески» переработать ее отчет. А еще прекрасно, что этот щенок морочит ей голову. Бабы в ее возрасте от такого вообще перестают соображать, она не исключение. О, как раз – рванул к ней, и второго прихватил – «Спасатели Малибу» недоделанные. Спасайте, спасайте, только вряд ли получиться.
– Алина Витальевна! У Вас голова еще не кружится? Давайте приземлимся в курилке и Вы нам все расскажите. Макс галантно подхватил ее под локоток с одной стороны, а Стас основательно вцепился с другой и они потащили ее за поворот
– Ребят, со стороны, наверное, кажется, что Вы меня либо пьяную ведете, либо конвоируете, против воли. Отпустите, немедленно – сказала Алина.
– Не сердитесь, мы просто нервничали. Нам Раечка рассказала, что после Вашего ухода Гасанов огнем плевался, а Вы вообще так были не в себе, – сказал Макс.
– Да ладно, сама виновата. Обещала же, так что…поделом. Ты вот что лучше мне скажи, значит, расфуфырилась? – и Алина грозно придвинулась к Максу, всерьез намереваясь вцепиться в ухо.
– Э, э … полегче, сказал Макс, на всякий случай, отбегая, – «ухи» у меня не казенные и я сказал, что Вы прекрасно выглядели, впрочем, как всегда. Давайте я Вам лучше шоколадку в буфете куплю и кофе, уровень серотонина в крови повысится и мир снова заиграет волшебными красками.
– Сейчас ты у меня заиграешь волшебными красками, болтун!
– Поклеп, и не болтун я вовсе. Меня спросили, я ответил и ведь не соврал ни капельки, лишь обратил внимание товарища, что наша Алина Витальевна, была чудо как хороша, когда уезжала на встречу со следователем Воронцовым, только и всего, заржал Макс и отбежал еще подальше. – А вот к Станиславу Андреевичу вопросы – зачем он все это Вам рассказал, а главное, когда успел? Вас вроде сразу к Гасанову дернули, Вы даже в кабинет не заходили?!
– Кончай трепаться, – недовольно пробурчал Стас. Давайте лучше в буфет зайдем, ты и мне, заодно шоколадку купишь.
– Заодно не куплю. Вот Алине Витальевне есть за что, ей Шамиль Наимович кучу нервных клеток изничтожил, а тебе нет, тебе восстанавливать нечего.
– Коллеги, кто уходил вчера последним? – спросила Алина, замерев с кофе в руках, когда, вернувшись, открыла компьютер.
Вопрос был задан таким тоном, что замолчали сразу все.
– Я, сказал Макс, я выключил Ваш ноут и ушел последним, а что случилось?
–А кто вчера сидел за моим столом?
– Никто, – опять ответил Макс. – Никто, подтвердил притихший коллектив.
– Что случилось то!? – не выдержал уже Стас.
– Ничего, скоро совещание, а я файл найти не могу, видно, не сохранила.
Спустя секунду, все вновь застучали по клавишам, а Алина еще раз посмотрела в экран монитора. У нее действительно была очень хорошая память, она не кривила душой перед Воронцовым. Цифры в отчете были не те. Кто-то виртуозно всё перекроил. Не впопыхах, подставляя другие, а меняя формулы и циклические ссылки. Огромная, как динозавр таблица в Excel стала абсолютно бесполезной.
Обедать она не пошла, ребята принесли сухим пайком. В девять, Стас уже со скандалом, вытащил ее из кабинета, Макс уехал раньше и обещал вечером позвонить.
– Ну, что там? – спросил Стас, как только они вышли за проходную, на Алину больно было смотреть. – Ты, кажется, меньше переживала, даже когда убили Сафронову.
– Я же знаю, что я тут ни при чем, а как я все это Караеву объясню?! – Алина чуть не плакала.
– Да что ж случилось то?! Объясни по-человечески.
– Стас, от отчета живого места не осталось. Не знаю, сколько времени надо угробить на проверку и исправление. Надо отдать должное, испоганено профессионально – где-то исправлены единицы измерения, где-то объемы, где зоны строительства, где-то компании, которые выполняли работы. Наша Машка, при всей любви, так не сможет, да и работает она еще меньше меня.
– Так это же отлично! – Стас резко развернул ее к себе и обнял, не давая возмущаться и топать ногами. – Ну, подумай, ты же умничка, значит, это сделал человек, который точно не глупее тебя и дольше работает. Кто у тебя хорошо соображает? – давай подумаем.
– Да почти все, Ольга Леонидовна – вообще гений, но, думать про нее – себя не уважать, кроме того у нее такой муж, что ей просто незачем всякой ерундой заниматься, еще две Ирки, Наталья и Оксана. Машку мы исключили.
– Мой шеф – тоже не дурак, произнес Стас, – даже обидно, что мы его не подозреваем.
– Я и не спорю, не дурак, но кишка тонка, я на него действую как удав на кролика, – засмеялась Алина. – Стоп, подожди, ты только что сказал нечто важное. – и Алина действительно замерла на полпути к машине.
– Да, мне это свойственно – рассмеялся Стас и попытался ее поцеловать, но Алина увернулась.
– Повтори
