А еще учтем, что они с Энтони спят по полночи. То есть надо ложиться пораньше, часов в семь, чтобы и ей, и Энтони прилетело хотя бы часов по шесть крепкого сна.
Месяц, не меньше, им топать к людям. А то и поболее…
– До Погибельного пролива нам оставалось дня четыре идти, – задумался Тони.
– Ясно.
Теперь Лиля лучше представляла, где они находятся. Но легче не становилось.
Погибельный пролив назван был так не за течения.
Нет!
За пиратов!
Эти сволочи с Лориса в нем просто кишмя кишели!
Пройти и не нарваться? Практически невозможно. Но…
– Барон, а как вы собирались преодолеть пролив?
Энтони хмыкнул. Потом понял, что не отделается отговорками, и махнул рукой.
– Его величество выдал мне бумагу…
– Почему вы ее тем пиратам не предъявили?
– Они сразу напали,, – отрезал Тони. – Если б они пожелали говорить, я бы попробовал… и его величество выслал в пролив несколько кораблей.
Лиля хмыкнула.
– Меня высоко ценят.
– Кстати, а почему? – не выдержал уже Энтони. – я побывал в Ативерне, графиня, и могу сказать, что отношение к вам совершенно особенное.
– Беспрецедентное.
– Чего? Ага… да! Оно! Почему с вами так носятся?
– Потому что я ученица великого лекаря из Ханганата? А он лечил его величество?
– А марка Мариэль?
Лиля фыркнула.
Но историю изложила. Именно ту самую, которую они давным-давно согласовали с Ганцем Тримейном.
– Если вы в курсе моей биографии? Кратко?
– Да. Его величество рассказал мне.
– После свадьбы Джес отправил меня в Иртон.
– Да…
– Там я потеряла ребенка.
– Сочувствую…
Сказано это было без лишних эмоций.
Лиля покачала головой.
– Не сочувствуете. Да и ни к чему. Это было давно и почти не со мной.
– Не с вами?
– Вспомните себя в семнадцать лет, – раздраженно отрезала Лиля. Вот ведь… оговорка по Фрейду!
Тони хмыкнул.
– Это верно. Я был совсем другим…
– Вот и я… была. Потеряла ребенка, потом, чтобы не сойти с ума, отправилась в библиотеку. Кто уж притащил туда сундук со старыми записями? Я даже не знаю… пергаменты в руках расползались. Но первые схемы кружева я там и увидела. Рисунок, краткое описание… попробовала. И кое-что еще… так и пошло.
Энтони хмыкнул еще раз, более недоверчиво.
– Действительно?
– Барон,, а что мне было делать? С ума сходить от боли и горя?
Вопрос попал в точку. Барон задумался.
– Я даже не знаю… и вы начали…
– Да. Сделала кое-что, тут дело близилось к зиме, выяснилось, что надо прикупить недостающее, я поехала на ярмарку, а там все как-то покатилось одно за другим…
Лиля развела руками, демонстрируя, что она не при чем. Это все события,, а она тихая, скромная, дома сидела… вот, вышла один раз – и втянули бедную девочку в какие-то гадости.
Получилось отвратительно. Лофрейн не поверил, но Лиле было наплевать.
Не верь!
Главное, чтобы под ногами не мешался.
– Как-то у вас всего слишком много для старых свитков….
Лиля фыркнула со всей возможной язвительностью.
– У меня?!
– Эммм… а у кого?
– Лофрейн, на меня работает несколько сотен человек! Неужели они не придумают ничего нового? Совсем ничего?
– Быдло?
– Болван, – коротко ответила Лиля.
И переключилась на полезное занятие.
Праща.
Если кто понимает – ценнейшая вещь.
Изготавливается легко, а научиться с ней обращаться…
Да какой ребенок не осваивал пращу и рогатку?
Рогатку чаще, ладно, из нее никого не убьешь. А вот праща…
Ох, доставалось за нее всей честной компании. Ох и влетало!
Потом родители поняли, что остановить детей не получится, и возглавили их. Все же праща – оружие. Из этого оружия некто Давид убил Голиафа. Вот, чтобы дети не уполовинили друг друга, родители и привели их к общему знаменателю.
Поставили мишени, организовали даже соревнования со вкусными призами…
Лиля во времена оны отлично попадала в мишень из пращи.
Что было потом?
Да переехали они. Отца перевели служить в другое место, так и забылся навык. А зачем он нужен? Дома ни к чему, не яблоки же сбивать с дерева, не на ворон охотиться…
В институте?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Тоже ни к чему.
Праща – это не оружие ближнего боя, это метательное оружие, а раз так – лучше пистолет. Да и не всегда праща убивает.
Надо попасть в голову…
Лиля повертела ремень, сделанный ночью.
Опробовать бы…
Минуту!
Белка.
Лиля остановилась и подняла руку.
Барон, который не привык к такому, налетел на нее, выругался, споткнулся…
Зверек зацокал языком и скрылся в ветках.
– Тьфу на вас, – ругнулась Лиля.
– Что?
– Вы помолчать не могли, достопочтенный?
– Зачем?
– Белка там сидела, белка! – рявкнула выведенная из себя Лиля. – я бы сейчас ее прибила, вот и еда.
– Белка?!
Глаза у барона были большие, искренне удивленные. Анимешно-няшные такие глазки, лет за пятьсот до аниме.
– И что такого? На подножном корму мы долго не выдержим, – огрызнулась Лиля. – Вы что – на грибочках хотите эти километры прошагать? Так мы их столько просто не найдем!
– Но белка?
– Их – едят, – отрезала Лиля. – Хотите беличий хвост на шапку?
Барон не хотел. И белку не хотел.
А выбора-то не было.
Месяц.
На месяц им запасов на двоих не хватит.
Вот если бы Алекс шел один, шел быстро,, знал, куда шел… может, еще планировал и плыть вдоль побережья, кто его знает? Но на одного припасов могло бы хватить впритык.
Не на двоих…
– Вы умеете? – уточнил Энтони, глядя на оружие в руках графини.
– Умею,, – кивнула Лиля.
И в подтверждение своих слов– запустила камнем в неподалеку стоящую сосну.
Попала, конечно.
Вмятина на стволе образовалась шикарная, любо-дорого поглядеть. Барон присвистнул.
– Графиня, вы меня удивляете…
Лиля покачала головой.
Удивляет она его…
Убила бы!
Жаль, пока нельзя.
Камень отправился в карман. Пращу Лиля намотала на запястье, чтобы долго не доставать.
Вперед, и только вперед.
Глава 3
Грозы и угрозы
На обед пришлось сделать привал.
По дороге Лилиан попалось болотце. А чем хороши болота – они отлично заросли рогозом. Надергать, и можно кушать. Это хорошо, это запас.
А чем еще?
Змеями и лягушками.
И водой.
Да, вода. Без нее – никуда.
Но пить болотную воду?
Барон смотрел с опаской.
Не то,, чтобы сильной, но все же… здесь и сейчас такую воду старались мешать с вином. Только беда – вина было ничтожно мало. Капельки…
На всю дорогу точно не хватит. И даме надо бы предложить…
Дама решила вопрос сама,, сделав костер.
Налила в котелок воды, поставила кипятить…
– Это поможет?
Недоверие в голосе барона было простительным.
– Свитки, которые я нашла, барон… там были и свитки по лекарскому делу.
– Вот как?
– Я не знаю, кто их привез и сколько лет они лежали. Давно. Но… там была интересная заметка.
– Какая же?
Барон смотрел с явным недоверием, хорошо хоть, убедившись, что графиня дурного не посоветует, не мешался под ногами. Ждал объяснений.
– Автор писал, что люди, пьющие сырую воду, чаще болеют.
– Да…
– И писал, что разрезал таких людей. В животах у них были черви.
Лиля имела в виду глистов. Наверняка, барон с ними сталкивался… так или иначе, в эту эпоху с ними сталкивались все. Болезнь немытых рук, этим все сказано.
– Так?
– Автор заметил, что если люди пили воду, смешанную с вином, они болели меньше.
– Потому что черви не переносят вина?
– Именно! – хлопнула в ладоши Лиля. – Можете сами проверить, если червяка поймаете.
– Допустим… а кипячение тут при чем?
– А если червяка опустить в кипяток?
– Он умрет. Но мы же не кипяток будем пить…
– Автор считал, что крохотные черви живут в воде, а потом, у нас в животах, растут до невообразимых размеров.
