— Народу много назвали? — спрашивает сидящий рядом с Павлом парень.
— Полсотни, может, больше, — отвечает Павел.
— Откуда столько? — смеется девушка.
— Свадьба! Никуда не денешься: бабушки, тетушки… — говорит Павел и, наклонившись к Асе, спрашивает: — Не тесно в доме будет?
— Отец в саду столы поставил, — отвечает Ася.
— Помрем со скуки с этими тетушками, — буркнул парень.
— Не пропадем! — смеется Павел. — Что-нибудь учудим.
«Волга» затормозила у сельской церквушки. Павел распахнул дверцу.
— Выходи, Ася!
— Зачем?
— Венчаться будем! Как в старину отцы и матери наши!
— Венчаться? В церкви? — Ася испуганно взглянула на Павла. — Но я… я же неверующая… И ты…
— А кому какое дело, верующая, неверующая! Зато красиво, торжественно… На всю жизнь память…
— Нет! — твердо говорит Ася. — Нет, Павел!
Павел замечает ухмыляющуюся физиономию Славки.
— Да я со священником договорился!
— Нет, — говорит Ася твердо.
— Ну нет так нет! — неожиданно легко соглашается Павел. — Твое слово — закон! Поехали! — и он садится в машину.
И снова «Волга» несется по шоссе. Высунувшись в окно, Павел оглядывается на Славку.
— Эй, толстячок! — кричит он. — Чего плетешься, будто на похороны? А ну-ка покажи, на что способна твоя колымага?! — подзадоривает он Славку.
Славка сжал зубы.
— Колымага? — Он обернулся к Инне. — Держись крепче!
— Не надо, Славик, не заводись! — крикнула Инна.
Славик прибавил скорость, и мотоцикл рванулся вперед, обходя «Волгу». Инна вцепилась в Славика.
— Перестань! Слышишь, Славик, мне страшно!
— Жми, толстяк! — кричит Павел, высунувшись из окна.
Ася с тревогой смотрит на мчащийся впереди мотоцикл.
— А ну-ка, Игорек, дай-ка мне, — хлопнув водителя по плечу, сказал Павел.
Водитель усмехнулся, остановил машину. Они поменялись местами.
Павел сел за руль и с места рванул машину на предельной скорости.
Машина стала приближаться к мотоциклу, обошла его. Славик увидел за стеклом смеющееся лицо Павла. Он снова прибавил скорость и обошел такси, но уже с другой стороны. Испуганно оглянулась, прижимаясь к Славику, Инна.
— Славик, прошу тебя! — закричала Инна.
Славка, обогнав «Волгу», едет перед ней, не давая машине его обойти. Он не слышит крика Инны. Он в азарте…
Ася схватила водителя за руку.
— Не надо! Хватит!
— Чего ты боишься?! — хохочет Павел.
И все же убавил скорость. Мотоцикл ушел далеко вперед.
Из-за поворота шоссе неожиданно показался железнодорожный переезд. Стрела шлагбаума опускается и перерезает дорогу Славкиному мотоциклу. Славка на огромной скорости резко тормозит, мотоцикл заносит в сторону и бросает на белые ограничительные столбики.
— А-а-а!.. — кричит Ася и закрывает лицо руками.
«Волга» останавливается. Павел первым выскакивает из машины и бежит к Славке, склонившемуся над лежащей без сознания Инной. По ее лбу расползается красное пятно. Исковерканный мотоцикл валяется в кювете. Ася ошеломленно смотрит на широко распахнутые, лишенные жизни глаза Инны.
Санитары поднимают носилки с Инной и вталкивают их в кузов машины «скорой помощи». Машина трогается, и пронзительный звук сирены перекрывает все остальные звуки. Гудит сирена, постепенно удаляясь. Она доносится уже издалека, пока не смолкает совсем.
Для всех. Но не для Аси. Ей кажется, что она все еще слышит ее пронзительный, душераздирающий вой.
Павел подошел к Славке. И тот неожиданно, с каким-то невероятным криком, бросается на него с кулаками. Павел обнимает его, и Славка, ткнувшись головой в его плечо, начинает рыдать. Павел сочувственно похлопывает его по плечу и вдруг замечает, что Ася уходит.
По насыпи железнодорожного полотна быстро идет Ася. За ней — Павел. Он догоняет ее, хочет схватить за руку, но Ася вырывается и спускается с насыпи на рельсы.
Они идут по шпалам. Павел то догоняет ее, то отстает. Навстречу им несется поезд. Они перешли на другой путь, и поезд с грохотом проносится мимо.
— Тра-та!.. Тра-та!.. Тра-та!.. — оглушающе и грозно стучат колеса.
Ася идет все быстрей и быстрей.
— Тра-та… тра-та… — удаляясь, стучат колеса.
А Ася снова слышит сирену «скорой помощи»… слышит скрежет тормозов… визгливый звук тормозящих колес такси… грохот столкновения… И какие-то странные звуки: так бьют костяшками домино… так сталкиваются биллиардные шары… И снова — сирена «скорой помощи»…
Вдали показалась пригородная платформа.
— Ну куда… куда ты бежишь? — задыхаясь кричит Павел.
Ася вбегает на платформу, к которой подходит электричка. Павел схватил Асю за руку. Ася вырвалась, бежит к вагону. Павел снова догнал ее.
— Ну куда ты?! Куда?!
— Уйди! — говорит Ася. — Не хочу тебя видеть!
— Я же не виноват… Он сам… Ну при чем тут я?.. — оправдывается Павел.
— Уйди. Оставь меня, — говорит Ася и смотрит на него так, что Павел, не выдержав ее взгляда, дрожащей рукой проводит ладонью по потному лицу. Когда он поднимает голову, электричка, набирая скорость, уходит от платформы.
Ася стоит в тамбуре и, откинув голову, не замечая обращенного на нее взгляда пожилого пассажира, горько, в голос рыдает.
А из распахнутых дверей, ведущих в салон вагона, доносится развеселая туристская песня:
«— Чем обороняться, милый мой дедочек?Чем обороняться, сизый голубочек?— Ледорубом, бабка, ледорубом, любка,Ледорубом, ты моя сизая голубка…»
Павел идет по шпалам. Уже совсем стемнело. Он идет давно, ноги передвигаются почти механически, но он идет и идет, глядя прямо перед собой, и непонятно, видит он или нет, что там впереди. А впереди, прямо на него, несется луч прожектора. Павел переходит на другой путь, мимо проносится с грохотом товарный состав. И навстречу — скорый пассажирский. Павел отступает на середину, между путями, и, зажатый между двумя поездами, стоит, сжавшись от страха, от грохота, от вихря, проносящегося между двумя поездами.
Но вот составы прошли, смолк грохот колес. Павел медленно бредет дальше. А пути начинают множиться, разбегаться, синеют огоньки стрелок… Павел идет пошатываясь… Он уходит от нас, и его фигура становится все меньше и меньше…
Раннее утро. По дороге, ведущей к станции, бежит Ася. А за ней вприпрыжку несется Шарик. Приближается к станции электричка.
В вагоне на привычном месте Сева и Генка. Они играют в шахматы.
