попросил меня разобраться с вампиром, который, как он подозревал, поселился в его деревеньке. Как видишь, я с задачей справился.
–Грегори не вампир, – сварливо сказала Карла. Видимо, красотку не грела мысль, что ей покровительствовал некто кровососущий… вернее сказать, энергососущий. – Он человек.
–Это уже детали, – не настаивал Роберт. – Я выполняю работу и получаю… своего рода прибыль. Не деньги, конечно… что-то, эквивалентное оказанной услуге.
–А как же благородство духа? – насмешливо поинтересовалась девушка, угощаясь сыром; впрочем, ела она как будто автоматически, едва ли замечала вкус сего сомнительного лакомства (сыр был явно не высшей категории). – Почему бы не помочь бесплатно? Бескорыстно?
–О нет! – издал смешок Роберт и тоже потянулся к сырному блюду. – Есть закон круговорота вещей. Брать и давать. Нельзя только отдавать… и нельзя только брать. Нужен баланс… Грань тонка, но я научился хорошо ее чувствовать.
–И этого достаточно?
Роберт пожал плечами:
–Важно не совершить ошибку… риск есть, но я к нему готов. Более того, это делает жизнь… насыщеннее. Добавляет драйва.
Карла не без грусти взглянула на него:
–А тебе не бывает… одиноко?
–Одиноко? – его брови поползли вверх. – Милая моя, слова “одиночество” нет в лексиконе подобных мне. Ты часть Вселенной, при чем тут одиночество?
–Звучит красиво, но ты все время один, разве нет? – резонно заметила девушка. – У тебя ведь нет… подруги, например?
Роберт покачал головой, не без горечи рассмеялся:
–Значит, ты опять не поняла главного… ты не поняла, без чего в первую очередь невозможна свобода.
–И без чего же? – насторожилась Карла.
–Без того, что ты назвала одиночеством.
–То есть никакой любви, никаких друзей? – испугалась рыжеволосая красотка.
–Почему же? – успокоил ее Роберт. – Жизнь без любви грустна. Люби… дружи… но не привязывайся ни к кому. Чувствуешь разницу?
Карла поежилась, словно от ледяного ветра. Ей и правда сделалось зябко… причем холод исходил от самих слов собеседника.
–Я… не вполне уверена, – протянула девушка, голос ее прозвучал хрипло.
–У меня бывали друзья, – попробовал разъяснить Роберт свою мысль. – Скажем, мои ученики – мои друзья. Но это не значит, что я сделал их постоянной частью своей жизни. Пока я был полезен им, я был рядом. Когда я чувствовал, что очередной мой ученик… хм… вырос, так сказать, я его или ее отпускал. Если буду нужен – они смогут меня найти.
–А… женщины? – тихо спросила Карла, опуская взгляд. Щеки ее порозовели. – Или они тебе… не нужны?
Роберт почувствовал себя задетым:
–Я не совсем человек (в обычном понимании этого слова), но когда я становлюсь временным жителем той или иной реальности (как сейчас, например), я принимаю правила ее игры. Миры очень разные, и в каждом – свои условия. Поэтому я тоже нуждаюсь в пище, питье… и прочем. Просто я не делаю из всего этого фетиша.
–А семья? – мягко спросила она, рука ее скользнула по столешнице и остановилась в полусантиметре от ладони Роберта, словно девушка в последний миг передумала прикасаться к мужчине.
Тот не без нежности взглянул на тонкие девичьи пальчики с ухоженными ноготками и накрыл ее руку своей. Девушка позволила этот намек на вольность (что и было вольностью, с учетом времени и места… и обычаев реальности) и повторила вопрос:
–Так что на счет семьи? Это ведь тоже… правило нашего мира.
–Придуманное людьми, – тихо возразил он. – Мещанское правило, на мой вкус.
Вот теперь она отдернула руку и гневно воззрилась на него:
–Мещанское? Значит, я – мещанка?
–С чего бы?– поднял брови Роберт, пряча усмешку. – Ты точно не мещанка. Ты ведь не следуешь обычаям вашего мира, разве нет?
Она недовольно посмотрела на него, как будто ожидая подвоха:
–Это какие еще обычаи я не соблюдаю?
–Ты живешь с мужчиной, который не является ни твоим отцом, ни мужем, ни братом.
–Он мой покровитель! – вспыхнула Карла. – Опекун!
–Официально? – иронично осведомился Роберт.
Девушка покраснела и сердито передернула плечами, ничего не ответив.
–Я ведь тебя не упрекаю, – мягко заметил Эксперт. Постарался поймать ее взгляд, однако она упрямо отводила глаза. – Мещанские правила глупы и надуманны. Ты свободнее иных женщин своего окружения, и это прекрасно.
–Свободнее? Прекрасно? – неожиданно обозлилась Карла, вскинув голову и опалив собеседника гневным взглядом: – Как будто я этого хотела! Просто я старалась избежать более ужасной судьбы.
–Какой же? – недоверчиво спросил он.
–А такой! Меня должны были выдать замуж за одного… мерзкого человека. С отвратительной репутацией. Зато состоятельного и знатного. По мнению моих родителей, это единственное, что имеет значение.
–И Грегори тебе помог? Спас? – голос против желания прозвучал насмешливо.
–Да, если хочешь знать! – отрезала Карла. Глаза ее по-прежнему ярко пылали, румянец не сошел с щек, и вся эта решительная воинственность придавала ее образу еще большее очарование, делала похожей на сказочную колдунью. – Да! Помог. Спас. И он просто мой опекун… только и всего.
–Разве? – не удержался Роберт.
Она смело встретила его взгляд:
–Не знаю, на что ты намекаешь… если что-то между нами и есть… то это не главное. И вообще, это наше с ним личное дело.
Роберт шутливо поднял руки и рассмеялся:
–Тише, тише! Я же говорю: я тебе аплодирую стоя! Ты молодец. Ты отказалась от части условностей.
–Звучит, как оскорбление, – процедила Карла, сузив глаза.
–Только потому, что ты все еще в тисках выдуманных вами обычаев, – спокойно отозвался Роберт, принимаясь за очередной ломтик сыра. – Держись меня, и ты освободишься от всего этого вздора.
–И буду, как и ты, считать семью мещанством? – поморщилась красотка. – Не уверена, что хочу…
–А ты что, планируешь замуж выйти? – искренне удивился Роберт. Он-то был уверен, что Карла не из тех, кто жаждет пополнить ряды скучных домохозяек.
–Почему нет? – надула губы девушка. – Найдутся мужчины, которые возьмут меня в жены даже такой вот… испорченной.
Роберт вздохнул и потянулся к Карле, явно стараясь приласкать ее, хотя бы взять за руку… однако воспитанница Грегори сердито отстранилась.
–При чем тут испорченность? – с досадой спросил он. – Ты все-таки еще очень… даже не знаю…
–Приземленная? – язвительно подсказала Карла. – Мещаночка? С узким кругозором?
–Можно и так назвать, за неимением лучших определений, – фыркнул Роберт. – Но это дело поправимое. Моя задача именно в том и состоит, чтобы помочь вам с Грегори отказаться от любых условностей… и любых привязанностей.
–Грегори явно этого не сознает, – хмуро заметила девушка, исподлобья глянув на спутника. – Он уверен, ты обучаешь нас всяким магическим трюкам… и ты ведь обучаешь.
–Трюки останутся трюками, если выполняет их обыкновенный фокусник… которым Грегори пока что и является. Ему слишком нравится его сладкая
