и Карла… что-то изменилось. Красноволосая воспитанница Грегори сумела его удивить, задеть за живое. Сначала играла роль внимательной слушательницы, задающей верные вопросы… потом заявила, что он – просто человек. А теперь вот обрушила на него свой бешеный темперамент. Богиня контрастов.
Роберт мрачно усмехнулся, покосившись на саму “богиню”: она дремала, прижавшись к нему и используя его плечо как подушку. Локоны неуемной красно-золотой копной рассыпались по ковру, отражая первые солнечные лучи, робко заглядывающие в комнату. Им овладело желание запустить пальцы в роскошную огненную гриву и вновь ощутить ее прохладную шелковистость… ночью он не единожды это делал, и Карла нисколько не протестовала.
Они занимались любовью прямо здесь, на полу. Ни одному из них не пришло в голову переместиться на удобную мягкую постель. И уснули тоже здесь… не удосужившись одеться или хотя бы взять подушку или одеяло. Вернее, спала она, а он, Роберт, сторожил ее сон. Ему не хотелось поддаваться усталости. Только не сейчас… сначала нужно разобраться в себе, в своих чувствах… достаточно разноречивых.
С одной стороны, он был покорен страстностью молоденькой любовницы – страстностью и, как ни странно, податливостью, готовностью следовать его желанию. Она была не лишена фантазии и умела экспериментировать. Роберт не терпел скуки в любовных утехах, и скромницы были не в его вкусе. А Карла скромницей явно не была… как не была и девственницей (уж в этом он убедился).
Кто превратил ее в настоящую женщину (во всех смыслах слова)? Кто обучил ее разным фокусам, кто сделал довольно опытной в любовных делах? Только Грегори, больше некому (по крайней мере, Роберт надеялся, что иных мужчин в жизни Карлы не было). И если так… значит, воспитанницу и ее покровителя связывали отношения более тесные, чем хотелось бы верить… и это оставляло чувство горечи.
Роберт вздохнул, снова покосился на прижавшуюся к нему Карлу… она все еще спала, иногда сладко вздыхая и улыбаясь… и сейчас очень походила на юную девочку: любые следы возраста, если они и были, стерлись с ее нежного лица. И не поверить, что эти младенчески пухлые губы пару часов назад алчно припадали к его телу, жадно целовали… жадно и по-взрослому!
Взгляд мужчины скользнул вниз, мысленно очерчивая соблазнительные изгибы и выпуклости столь желанного молодого тела… увы, самые пикантные места были прикрыты его же, Роберта, сюртуком, который Эксперт набросил на Карлу, заметив, что она зябко ежится во сне. О чем сейчас почти жалел…
Карла как будто почувствовала его внимательный взгляд, сонно зашевелилась… веки ее дрогнули, и на Роберта устремился ласковый взгляд прищуренных зеленых глаз.
–Доброе утро… – пробормотала девушка, приподняла голову, с улыбкой заглянула ему в лицо. – Ведь уже утро?
–Утро, – признал Роберт, тоже улыбаясь: нельзя было противиться власти этой чарующей улыбки.
–Эх… – сожалеюще протянула Карла, садясь и по-кошачьи потягиваясь. Сюртук, прикрывавший ее округлости, соскользнул на пол, обнажая роскошное сахарно-белое тело. – Я бы еще задержалась… но увы…
–Увы, – согласился Роберт, лаская взглядом ее нагую спину… в нем опять пробуждалось желание, однако Карла явно не планировала оставаться… а настаивать не хотелось. – Но я тебя не гоню…
–Грегори скоро проснется, – пояснила красотка, поднимаясь. – Я должна вернуться к себе… вдруг он решит поутру заглянуть?
Роберт нахмурился, ему не понравился скрытый в ее словах намек.
–И часто он… поутру заглядывает? – он постарался задать этот вопрос небрежно.
–Когда как, – спокойно отозвалась она. Нисколько не смущаясь собственной наготы, девушка ходила по комнате, разыскивая предметы своего туалета… что оказалось непросто, ведь любовникам было вчера недосуг заботиться о порядке.
–Понятно… – пробормотал Роберт, наблюдая, как Карла торопливо облачается, натягивая невесомое кружевное белье, пеньюар, домашние туфли… и сожалея, что ее красивое гибкое тело вновь скрыто массой ненужной материи.
Карла затянула шелковый поясок, поправила волосы и сочла, что готова покинуть гостеприимные покои. У дверей на миг обернулась и сверкнула мимолетной белозубой улыбкой.
–Еще увидимся… – сказала девушка и лукаво добавила: – Но помни… ничего не было. Ничего.
–Ничего, – согласился Роберт.
* * *
Днем они отныне почти не виделись – вернее, виделись, но уединялись редко… Грегори всегда был где-то поблизости. И вовсе не потому, что он что-то подозревал и старался держаться неподалеку… Роберт и Карла сами избегали встреч тет-а-тет… как будто опасались, что теперь, когда джин выпущен из бутылки, им будет труднее оставаться в рамках приличия.
Зато вечера и ночи принадлежали им двоим, только им. Карла сама приходила в его покои после ужина и уходила лишь с рассветом… а иногда задерживалась до позднего утра.
–Грегори спит, опоенный зельем? – спросил Роберт, когда Карла пришла к нему во второй раз.
Гостья (вновь в роскошном неглиже, но уже иного кроя) таинственно улыбнулась:
–О нет. Это опасно… но он не придет. Не бойся.
Роберт вовсе не боялся. Чего ему бояться? Грегори был не в силах повредить ему… а вот Карле – вполне мог. И если он и боялся, то лишь за нее, за ее благополучие.
–Я с ним поговорила… – увидев, как брови Эксперта удивленно поползли вверх, она быстро добавила: – О нет! Я не сказала правды… просто убедила его, что лучше повременить с… хм… утехами.
Роберт до боли сжал челюсти. “Повременить с утехами”, вот как. Прямое признание, что она – не просто платоническая протеже Грегори Макса. Их связывает нечто большее.
–И он согласился? – с показным безразличием спросил Эксперт вслух. – Как ты его убедила?
Улыбка девушки стала еще более загадочной:
–Ну, как же! Нужно экономить силы… чтобы добиться лучшего успеха.
–Успеха?
–Да. С тобой… как учителем.
Роберт с сомнением смотрел на нее. Нет, подобные манипуляции ее не красили… с другой стороны, он бы давно ушел, не будь она такой, какая есть, со всеми своими очаровательными пороками. Он тратил время на Грегори только из-за нее, из-за Карлы.
–Если ты уверена, что он нам не помешает, значит, и я спокоен, – бодрым тоном заявил мужчина вслух. И больше вопросов о Грегори ей не задавал – ни в этот вечер, ни в те, что последовали за ним.
А последовало их немало!
Они отлично проводили время: вкусно ужинали (таская еду из кухни – снова просить Витольда о помощи было опасно), упоенно разговаривали, обсуждая все на свете, истово занимались любовью… Роберт давно оставил мысль обучить ее своему Знанию (именно так, с большой буквы), убедившись, что Карла не менее безнадежна, чем ее покровитель. И если Грегори не хотел отказываться от своих сибаритских привычек, то его воспитанница была слишком зациклена
