– Слова произнесенные есть ложь, – сказала Аня, загадочно улыбаясь, – могу только сказать, что словесное описание нашей миссии может привести к нарушению ткани Провиденциального плана. Это что-то вроде сглаза, только в гораздо более широком, метафизическом смысле.
– Мне кажется, – сказал Андрей, – и это снова информация из моей вставки, что ты мне когда-то, тем не менее, эту миссию подробно описывала. Хотя ни обстоятельств, ни деталей я не помню, это, наверное, что-то из прошлой, скрытой жизни.
– Это можно объяснить по-разному, – вздохнула Аня, – у меня так же есть смутная картина какого-то подобного события. Возможно, в то время я этого еще не понимала, и тогда нарушение ткани уже произошло. В этом случае нас ожидают непредвиденные трудности, либо миссия вообще окажется невыполнимой. Либо… либо это какая-нибудь дезинформация, подкинутая в нашу память Князем мира сего. Эти вещи чрезвычайно трудно разграничить, Гагтунгр могущественен…
– Выходит, – посмотрел на нее Андрей скептически, – я должен полагаться на свое представление о нашей миссии, а ты на свое? А вдруг они не совпадут?
– Да брось ты, – усмехнулась Аня, – мы и без слов прекрасно поймем друг друга. Ведь попал же ты в слой, где сейчас спит твой взрослый двойник? Все и дальше будет хорошо… будем надеяться. Ну а непредвиденные обстоятельства – так без них и жизнь была бы совсем неинтересной.
– Я думал, – сказал Андрей значительно, – при нашем совместном даре ясновидения можно предвидеть все непредвиденные моменты.
– Я тоже так раньше думала, – сказала Аня, – но все оказывается сложнее, мы с тобой не всесильны. Когда пройдет эйфория по поводу твоих чудесных возможностей, ты поймешь, что не все так безоблачно, как кажется…
– Да мне и не кажется, – вздохнул Андрей, – я как раз буквально недавно думал, что еще неизвестно, что лучше – быть обычным, как раньше, или инопланетянином, как сейчас.
– И не только это – сказала Аня, – учти, что к тебе теперь проявят интерес могущественные силы. Очень могущественные. И силы эти будут представлять собой противоположные полюса. Будь уверен, они знают о нашей миссии, и темная сторона постарается сделать все, чтобы она не была выполнена.
– Ну, если сам дьявол против нас, – криво усмехнулся Андрей, – неужели у нас есть шансы на успех?
– Во-первых, – сказал Аня, – дьявол не может воздействовать на свободу выбора, он действует через систему соблазнов, но решения, в конечном счете, принимаем мы сами, а во- вторых у нас есть не менее могущественные помощники со стороны провиденциальных сил.
Какое-то время ребята прошли молча, углубленные каждый в свои мысли под шуршание стрекоз, гул шмелей и стрекотание кузнечиков.
– Послушай, – первым нарушил молчание Андрей, – а почему, собственно, мы обязаны выполнять эту самую миссию, которая, как я понял, достаточно опасна и может обернуться самыми непредсказуемыми последствиями? Почему нельзя жить просто как все: радоваться новому дню и солнышку над головой? А если правильно распорядиться тем даром, который делает нас особенными людьми, ну, ты понимаешь, о чем это я! В конце концов, чтобы ты не думала, что я такой эгоист, – поправился Андрей, увидев тревожный взгляд Ани, – ведь и твой и мой дар можно использовать на благо людям! Я, правда, так сразу не соображу, как именно, но наверняка можно! Например, я чувствую, что мог бы диагностировать и лечить многие заболевания, и ты наверняка бы могла. Или определять места полезных ископаемых и исправлять погоду. Да, мало ли что еще! Стоит только начать. В конце концов, мы могли бы обучать обычных людей науке живого мира, как ты выражаешься, или йоге, как ближе мне (странно, ведь никогда никакой йогой не занимался). Конечно, пока мы дети, вряд ли кто-то будет воспринимать нас всерьез, но мы можем заняться этим, когда вырастем. Возможно, к тому времени и отношение к подобным паранормальным явлениям в нашей стране будет совсем иным.
– Знаешь, – сказала Аня, – меня два с лишним года назад уже исследовали в закрытой лаборатории по изучению парапсихологических феноменов, и чуть было с моей помощью (о чем я даже не подозревала) не довели до ума психогенератор, с помощью которого было бы возможно воздействовать на сознание людей и превращать их в зомби. Хорошо, что обстоятельства сложились таким образом, что я некоторые вещи узнала, и мне удалось его уничтожить. Но это все благодаря Варфуше и, кстати, твоему двойнику. Так что не строй иллюзий, если государственные люди узнают о твоих возможностях, они постараются их использовать только для укрепления своей власти, в противном случае они постараются тебя уничтожить, поскольку они, сами того не зная, человекоорудия уицраора – демона государственности. Меня не тронули после всех этих перипетий с психогенератором Ильина только потому, что обо мне знал маленький круг людей и я сделала так, что они обо мне забыли.
– Но, наверное, и я бы смог, – встрепенулся Андрей, – хотя, – он опустил голову, – я уже думал над тем, что из меня постараются сделать подопытного кролика! Но ведь кто предупрежден, – тот вооружен, мы можем не допустить тех ошибок, которые допустила ты!
– А знаешь, Андрюша, – вздохнула Аня, – мне бы, наверное, тоже хотелось максимально упростить свою миссию, тем более, если руководствоваться здравым смыслом, то так и надлежит поступить. Но все дело в том, что миссия не всегда согласуется со здравым смыслом. Возможно, у какого-то другого обладателя паранормальных возможностей миссия и заключается в том, о чем ты говоришь. Прости, но я слишком хорошо знаю, что наша – в другом. В том, что мы с тобой не произносим…
– Но почему ты так уверена? К тому же ты сама говорила, что принцип свободы выбора, свободы воли не должен нарушаться!
– А я и сделала выбор! Скажи, когда дьявол в пустыне соблазнял Иисуса Христа и предлагал ему все сокровища и царства за его бессмертную душу, разве Спаситель не сделал выбор? Крестный путь ради какого-то эфемерного спасения человечества, которого мы, глядя назад в историю, даже и заметить не можем? Нам кажется, что человечество не изменилось. Разве не логичнее было принять предложение дьявола, учитывая тот факт, что Иисус предвидел свое будущее и знал, чем его земная жизнь закончится? Мы ведь не знаем того, что если бы эта, казалось, бессмысленная жертва Христа, то человечество бы через несколько веков ожидала трансформа демонизации, и наша земная раса превратилась бы в дьяволочеловечество. Теперь вновь приближается время, когда человечество ждет альтернатива: полная демонизация или полная раздемонизация! Неужели не ясен выбор?
– Но что можем мы, дети, по крайней мере, по облику, – все не мог смириться с неизбежным Андрей. – Разве нас можно сопоставлять с Иисусом Христом («кстати, а почему бы и нет»! – мелькнуло в его голове), тем более до вчерашнего дня я считал, что его и вовсе не существовало на земле. И почему ты с такой уверенностью говоришь о том, что человечество должно либо демонизироваться, либо раздемонизироваться? У меня, например, нет такой уверенности! Человечество существует уже много тысячелетий, кто-то служит Богу, кто-то дьяволу, кто-то то тому, то другому попеременно, а большинство и вовсе не догадывается, что кому-то служит! И ничего – ни рогов с хвостом, ни крылышек с нимбом, ни у кого пока не выросло. С чего ты взяла, что мы способны спасти человечество, тем более что, возможно, и спасать то никого нет необходимости: как жили люди преспокойненько, так и будут жить – то грешить, то каяться.
– Я ЗНАЮ, – пристально посмотрела Аня в глаза Андрею, – именно поэтому я – ведущая, а ты – ведомый, хотя твои паранормальные возможности сейчас не меньшие, чем мои.
– Но почему в моей вставке этого нет?! Я постоянно получаю из нее информацию, о которой раньше и понятия не имел – вернее, мое прежнее я не имело…
– Ты сам ответил, – усмехнулась Аня, – возможно, там этой информации просто нет. Возможно, по какой-то причине важно, чтобы ты не имел полную уверенность в том, о чем я тебе говорю, возможно, тебе необходимо преодолеть сомнения и соблазны, чтобы сделать мучительный выбор, и это так же учтено Провиденциальным планом. Что же касается сравнения тебя и меня с Иисусом Христом, то иногда важнейшая, глобальная миссия по какой-то неведомой причине возлагается на слабые и даже на детские плечи. Не знаю, читал ли ты «Властелина колец» Толкиена, но там хорошо описана такая ситуация, когда миссия спасения цивилизации оказалась возложена на маленьких и слабых хоббитов. А ведь мы с тобой не хоббиты, а потомки Христа, теперь ты должен знать об этом.
– Ну да, Меровинги, – произнес Андрей никогда не произносимое ранее родовое имя, – кстати, хоть Толкиена я в этой жизни не читал, тем не менее, хорошо знаю эту историю. Именно на том основании, что неизвестные ранее знания теперь раскрываются передо мной самым чудесным образом, я считал, что если бы человечество стояло перед роковым выбором, я бы об этом знал. Однако никакого сигнала на этот счет мне не поступило.
