Благополучно спустившись, они оказались в помещении, где хранились мешки. Старшине удалось разыскать дверь, ведущую во двор мельницы, другая дверь вела в какую-то кладовку.
— Эй, ребята, сюда! Вот он где, мерзавец! — закричал старшина, увидев, что Кантор сидит на поверженном человеке. — Вот ты где, голубчик! — проговорил старшина, подбегая.
Парень свалился в дыру и разбился. Чупати наклонился над упавшим и, перевернув его на спину, вынул из внутреннего кармана потертый бумажник и удостоверение личности. Из наружного кармана выпало несколько патронов.
«Так вот кто стрелял из автомата, — подумал старшина. — Ну что ж, можно идти дальше», — решил Чупати, засовывая себе в карман документы погибшего.
Неожиданно послышались чьи-то торопливые шаги. Старшина включил фонарик, но никого не увидел.
Кантор тем временем нашел вход в бетонный колодец и сердитым ворчанием подзывал к себе хозяина.
Старшина наклонился над отверстием и посветил в него фонариком. Свет фонаря осветил лысую голову какого-то мужчины.
— Эй, папаша! — крикнул Чупати в колодец. — Стой и вылазь обратно.
Старшине ответило только эхо, а лысый старик даже не подумал остановиться.
— Ну, подожди, старый хрыч! — разозлился Чупати и стал спускаться в колодец по железной лестнице, вмурованной в стену. — Кантор, сиди здесь! И никого не подпускай к этой дыре!
От вертикального колодца отходил горизонтальный. Он служил для отвода части воды, подаваемой на мельничное колесо.
Кантор хотя и понял хозяина, однако, тихо повизгивая, осторожно начал спускаться в колодец вслед за ним. Пес явно чувствовал опасность, грозившую старшине, и, повизгивая, предупреждал его об этом.
Старшина же, преследуя лысого старика, не обратил внимания на предупреждение верного пса.
На глаз вертикальный колодец был глубиной более пяти метров и метра полтора в диаметре. И тут только старшине пришла в голову мысль, что в этой трубе его могут подстрелить, как куропатку. Чупати добрался до горизонтального колодца, он был высотой в человеческий рост. Издалека доносился шум падающей воды.
Включив фонарик, старшина увидел убегавшего от него старика.
— Стой! — крикнул Чупати прихрамывавшему на бегу старику. — Стой, тебе говорят! Стой, стрелять буду! — Старшина выхватил пистолет.
— Сынок! Лацко, не смей! Лацко!!! — шум воды заглушал голос старика. — Брат твой там…
И вдруг в лицо старшине ударило влагой. При свете фонарика Чупати увидел, как хлынувшая вода подхватила старика и понесла, как щепку. Не успел старшина сообразить, что именно произошло, как вода ударила его по сапогам. Чупати испуганно полез по лестнице вверх. Вода быстро догоняла его, хотя старшина и подтягивался на обеих руках.
Шума воды внезапно не стало слышно, зато уровень ее в вертикальном колодце прибывал все быстрее, и скоро Чупати уже оказался по горло в воде, хотя он и карабкался изо всех сил наверх.
Где-то над головой зажегся фонарик, послышались приглушенные голоса.
— Тибор! Тибор!.. — донеслось до Чупати.
— Кантор! — хотел крикнуть старшина, но вместо крика из горла вырвался лишь тяжелый вздох.
Ноги с трудом отыскивали ступеньки лестницы, рот судорожно хватал воздух. К счастью, уровень воды уже больше не поднимался.
Немного отдышавшись, Чупати полез дальше. Через секунду несколько пар сильных рук схватили его за шиворот, за плечи и рывком вытащили из колодца.
— Ну, вырвался-таки! — обрадованно произнес кто-то.
Старшина, беспомощно опустив руки, моргал глазами.
— Где это я? — спросил он.
— Пока еще в ад не попал! — весело ответил ему капитан Шатори. — Глотни-ка из фляжки, а потом уж я тебе расскажу, как ты попал в рай.
Кантор крутился возле хозяина и подобострастно лизал ему руки.
Глоток рома обжег горло.
— Вот так-то оно лучше, — с облегчением вздохнул Шатори. — Сейчас для тебя самое лучшее лекарство… Ну, как ты себя чувствуешь?…
— Спасибо, лучше. А где это я?
— В кабинете Деметера с деревянной ногой… среди набора старой мебели образца прошлого столетия… Чего тебе еще нужно? — пошутил капитан.
Кантор со счастливым видом подметал хвостом пол.
— Эй ты, песик! — весело воскликнул Шатори. — Не пыли, пожалуйста!
— А это что такое? — удивленно спросил старшина, заметив, что его закутали какими-то тряпками.
— Подожди, дружище, не спеши. Сейчас ребята принесут тебе сухую одежду, а пока сиди спокойно… Прохладно…
— Бр-р! — вздрогнул старшина. — А в колодце, знаешь, как холодно? Бр-р!!
— Ну и неугомонный же ты! За тобой глаз да глаз нужен! Того и гляди куда-нибудь залезешь. Чего тебя нелегкая понесла в этот колодец?
— Хорошо умничать, когда дело сделано. — Старшина громко чихнул. — Кантор помог бандиту свалиться вниз… а документы его у меня в кармане…
— Их уже сушат… — кивнул Шатори.
— Словом, пока я возился с умершим, Кантор учуял старика. Я бросился за ним. Не упускать же его из-под самого носа! Я крикнул старику, чтобы он остановился… Но он и не подумал.
— А когда он этого не сделал, полез за ним?
— Да. Пока я спускался вниз, старик уже бежал по горизонтальному колодцу. Он кричал на ходу, но не остановился.
— А что он кричал?
— Просил сына что-то не делать. А потом хлынула вода. Я видел, как она сбила старика с ног и понесла… Я полез наверх…
Капитан Шатори посмотрел в окно. Медленно светало.
В дверь постучали. Вошел рослый старший сержант, неся под мышкой большой сверток с одеждой.
— Ну наконец-то! — с облегчением вздохнул Чупати, и лицо его просветлело. — Давай быстрее.
Старшина вскочил с кушетки и начал облачаться в принесенную ему гражданскую одежду. Натянув сапоги, подошел к зеркалу, висевшему на стене.
— Ну как, нравишься себе? — иронически спросил капитан.
— Посидел бы ты в мокром!
— Вот видишь. А я тебе что всегда говорил? Полицейский только тогда полицейский, когда он в форме. А еще говорят: человек красит одежду! Ха! Ха! Я тебя, собственно, первый раз вижу в гражданском… Если еще когда будешь умничать, мигом переодену в гражданское… А когда пойду на пенсию, буду писать в деревне мемуары. Я твоим вот этим брючкам специальную главу посвящу!.. И назову ее примерно так: «Брюки старшины Чупати». Жил да был один самолюбивый старшина, и порой он действовал как человек, а порой — как собака…
— Хватит, товарищ начальник… шутить надо мной!
В комнату вошел старший лейтенант Калди.
— Нашли что-нибудь? — спросил вошедшего Шатори.
