цепким и, как ни странно, теплым.
— Вы правы, я предпочитаю прагматичный подход, — спокойно ответила она. — Мой Дом сейчас переживает не самые простые времена из-за политического климата на Иксе. Мы ищем… новые контакты. Я здесь, на Арракисе, чтобы наблюдать за местным серпентарием и находить возможности для взаимовыгодного сотрудничества.
— Сотрудничества? — я приподняла бровь. — Дом Варос сейчас находится в стадии восстановления. Мы вряд ли можем предложить Вам что-то, что заинтересует графа Гримальдуса.
— Меня не интересует спайс, леди Элара. Спайс интересует Гильдию и Императора, — Сарвейн сделала крошечный шаг ближе, понизив голос так, чтобы слышала только я. — Меня интересует информация. А вам, рискну предположить, могут понадобиться вещи, которые на Арракисе достать невозможно. Специфическая техника. Детали для сложных систем. Иксианкские технологии.
Я замерла. Предложение было…хорошим. Прямой канал поставок с Икса, минимизирующий таможенные и посреднические траты, был для нас манной небесной. И Сарвейн это понимала. Она была умна. Молода, возможно, не слишком искушена в глобальной политике. Третья дочь, актив Дома, который бросили в пекло Арракиса вынюхивать секреты. Мы были с ней в чем-то похожи. Обе из малых Домов, обе вынуждены играть по правилам больших хищников, обе ценим прагматизм выше красивых слов. И, сказать по правде, мне чертовски не хватало нормального женского общения. Кого-то, кто не является моим подчиненным, не смотрит на меня как на Главу Дома со священным трепетом и не является Кейном, с которым наши отношения перешли в совершенно иную плоскость. Сарвейн была примерно моего возраста, но её статус делал нас почти равными.
— Иксианские технологии в обмен на… что? — спросила я, позволив себе легкую, понимающую улыбку. — На рассказ о том, как я провела последние четыре года?
— Для начала — просто на честную деловую беседу за чашкой хорошего напитка, — в серых глазах Сарвейн мелькнула ответная искра. Холодность ушла окончательно, уступив место живому, человеческому интересу. — Без ядов в напитках и подслушивающих устройств под столом. Уверяю вас, я не работаю на Барона. Харконнены слишком грубы и вульгарны для эстетики Равенсборгов. К тому же, мне искренне симпатичен ваш стиль.
Она говорила правду. По крайней мере, в той части, что касалась её независимости от Владимира Харконнена. Её Дом служил Верниусам, а те поддерживали Атрейдесов.
— Хорошо, Сарвейн, — я кивнула, принимая решение. В конце концов, если мы собираемся выживать в грядущей мясорубке, нам нужны любые союзники. А если этот союзник может привезти нам партию суспензоров или качественной оптики — тем лучше. — Я не против деловой беседы. Но не здесь. В административном секторе даже у стен есть уши.
— Я знаю одно тихое место на границе рынка, — быстро отозвалась иксианка. — Там подают отвратительную еду, но хозяин — глухой старик, а стены экранированы свинцом от излучения старых генераторов. Идеальное место для двух благородных леди, желающих обсудить… поставки запчастей.
Я рассмеялась. Впервые за это долгое, напряженное утро.
— Ведите, леди Сарвейн. Посмотрим, насколько хороша иксианская разведка в выборе заведений.
Мы направились к выходу из информационного узла. Моя охрана безмолвной тенью следовала за нами.
* * *
На Бусти +1 глава.
https://boosty.to/ivvin
Глава 53. Проверка на прочность
Я стоял посреди нижнего зала и обходил его с портативным перенастроенным сканером. Бывшая база мародеров выглядела ровно так, как и должна была выглядеть дыра в скале, где годами обитал пустынный сброд. Ничего ценного именно для нас и того, что нельзя было бы купить на рынках тут не нашлось. Все мало-мальски ценное оборудование, пережившее падение Старой Империи, бандиты давно выломали и продали. И как бы не тысячелетия назад. Мда. На Земле за каких-то несколько тысяч лет цивилизация развилась от племён до космических полетов, а тут… Остались только голые стены из сверхпрочного материала со спальными нишами в некоторых комнатах, тяжелые бронированные переборки, и латанная-перелатанная СЖО, запитанная от небольшого реактора в таком же состоянии. И всё что успели натащить и не продать.
Первым методом стал поиск энергетического следа. Я отстегнул от пояса портативный сканер. Старые хранилища всегда должны иметь независимый контур питания, если в них есть что-то серьёзное. Долговечные атомные батареи и реакторы уходили в глубокий спящий режим, но за тысячелетия их экранирование неизбежно деградировало, давая микроскопическую утечку радиации. Ментат перенастроил сканер чтобы тот улавливал этот специфический фон. Я щелкнул тугим металлическим тумблером. Под толстым круглым стеклом загорелся слой тусклого желтого фосфора, поверх которого была выгравирована прицельная сетка. Сразу же механическая стрелка индикатора мощности дернулась вправо и с громким металлическим щелчком ударилась в ограничитель. В нижней части фосфорного экрана расплылось яркое белесое пятно засветки. Динамик выдал пронзительный непрерывный писк. Это фонил их реактор.
Я покрутил колесо фильтра частот, отсекая сигнатуру генератора. Стрелка неохотно упала на ноль, звук пропал, а пятно на экране погасло. Сканер ослеп к этой засветке. Дальше началась рутина. Я медленно пошел вдоль стен сначала главного зала, а потом и всего бункера, водя прибором, закрепленном на ремне, шедшем через плечо. Тишина нарушалась только ровным гудением дежурного освещения. Изредка динамик сканера выдавал сухой треск, похожий на щелчки старого дозиметра — алгоритм цеплял скопления природных радиоактивных изотопов в граните, но фосфорный экран оставался пустым. Я проверил технический ярус, насосную и коридоры. Никаких тайных комнат. Первый тест дал отрицательный результат.
Второй метод опирался на акустику. Простукивать полутораметровые стены костяшками пальцев или рукоятью ножа бесполезно. Звук вязнет в плотной материи. Бандиты наверняка искали здесь тайники, но они, скорее всего, полагались на примитивный осмотр. Альден посоветовал использовать направленный звуковой резонанс. Переключение режима сканера и новый круг по тому же маршруту. Прибор теперь посылал звуковую волну сквозь стену и скальную породу, считывая возвращающееся эхо. Если бы за стеной скрывалась пустота вроде коридора или вентиляционной шахты, волна вернулась бы искаженной. В этом случае экран выдал бы засветку. Звук уходил в монолитный камень и затухал там без остатка. Никаких резонирующих полостей прибор не зафиксировал. Камень был цельным.
Все остальные способы проверки дали однозначный ответ. Бункер оказался абсолютно обычным блокпостом.
* * *
Я посадил «Пепелац» на пол ангара. Двигатели затихли, лопасти сложились вдоль фюзеляжа с громким металлическим лязгом. Я отстегнул ремни, открыл дверь и спустился на землю. Торн ждал меня у входа в ангар. Сержант стоял скрестив руки на груди, его лицо было мрачным. Обычно он встречал меня с кратким отчетом. Сейчас его напряженная поза говорила о проблемах.
— Командир, — кивнул он, когда я подошел ближе. — У нас потери.
— Люди? — я сразу перешел к главному.
