– Здрасьте, – равнодушно ответил парень. – Скажите ему, мы пришли поговорить...
– Как вас зовут? – приветливо настаивала на своем Аллочка.
– Меня? – удивился парень. – Меня – Максим, а это – Эльза.
– Максим и Эльза... – Аллочка вытянула шею, ожидая услышать фамилии.
– Ну да, Максим и Эльза. А что такого?
«Бедняжка, – подумал я, – жертва моды на иностранные имена. Думает, что создала себе таинственный образ женщины без родины и без прошлого. А на самом-то деле – дитя какого-нибудь грязного общежития кулинарного лицея. Знаю я, как становятся подругами богатеев».
Пупс, как всегда, был похож на маленький пухлый ураганчик, который носится по офису, взметая бумаги и роняя на пол предметы обстановки.
– Рад вас видеть, очень рад! – воскликнул он и всплеснул руками, от чего с Аллочкиного телефона слетела трубка. – Прошу вас, проходите.
Он распахнул дверь кабинета, и со стены свалились две фотографии. Я хотел было смыться, но Пупс успел поманить меня пальчиком.
После традиционного потока восклицаний и ритуала знакомства шеф наконец коснулся главного:
– Ну вы, конечно, уже знаете, чем мы тут, с позволения сказать, занимаемся? – Он сложил ладошки и мелко рассмеялся.
– Слышали, – ответил парень и указал на рекламный плакат, где могучий усатый мужик с карабином попирал ногой тело гигантской мохнатой гусеницы.
– А как вы разводите этих страшилищ? – спросила Эльза.
– Мы не разводим их, милая девушка! – вскричал Пупс так, будто его уличили в чем-то гадком. – Это самые обычные насекомые – жуки, червяки, комары... Мы изменяем людей.
– Но нам говорили, что вы устраиваете охоту на монстров, – нахмурился парень.
– При большом увеличении насекомые действительно кажутся монстрами. Но мы их не увеличиваем. Мы людей уменьшаем.
– Ага! – сказал Максим. – Попали.
– Это абсолютно безопасно! – вскипел шеф и закружил по кабинету. – Вы наверняка слышали про аппарат Меньшикова. Он используется в машиностроении, в радиоэлектронике... Ну а мы купили лицензию на коммерческое использование проекта.
Циркуляция Пупса вокруг стола стоила мне отдавленного пальца на ноге. Не считая мелочей – обрушенной стопки проспектов и разбитой пепельницы.
– Значит, мы будем охотиться на тараканов, – заключил Максим и с грустью посмотрел на подругу.
– Но это фантастическое приключение! – продолжал неутомимый шеф. – Это гораздо приятнее, чем пробегать целый день по лесопарку и пристрелить пару полудохлых кроликов.
– А трофеи я буду хранить в спичечном коробке, – сокрушался Максим, не особенно слушая шефа.
– У вас будут прекрасные трофеи! Цветные фотографии, видеофильм... Это ведь лучше, чем какой-нибудь птичий хвостик. Да вы сейчас сами убедитесь. Алик, принеси кассету с нашим видеороликом...
– Не надо, – махнул рукой парень. – Я уже согласен. Это даже необычно. – Затем он обернулся к девушке: – Будем сражаться с клопами, дорогуша. Прихвати с собой побольше дихлофоса...
«Может, поднять руку и попроситься в туалет?» – подумал я. Мне вовсе не хотелось присутствовать при подписании контракта. Сейчас Пупс с горящими глазами описывает, как у нас все здорово, а потом я поведу экспедицию, и каждый будет обвинять лично меня в том, что в минитроне невозможно поймать такси, что там нет кафе и нельзя взять с собой сотовый телефон.
Пупс почесал пальчиком ухо.
– А... Пардон, дама тоже с вами?
– Что дама с нами?
– Вы вместе хотите на охоту?
– Конечно! Мы с Эльзой всегда вместе. А что?
– Мы еще ни разу не работали с женщинами, могут возникнуть трудности... По правде, вас ожидает не просто легкая прогулка. Будет трудно даже мужчинам...
– Перестаньте, – сказал Максим и зевнул.
– Ну, как угодно. Обговорим детали.
Пупс, конечно, прав – будет трудно. Но еще труднее будет нашему лаборанту Лехе. Ему предстоит уговаривать эту крашеную куклу раздеться перед тем, как лечь в бокс-поглотитель. Впрочем, она, может, и не будет возражать...
– Группа будет сформирована недели через две, – сообщил Пупс.
– Какая группа? Какие две недели?! – встрепенулся Максим. – Мы собирались сегодня заняться. Через две недели у нас совсем другие планы.
– Видите ли, – кисло улыбнулся шеф, – содержание минитрона – это большие расходы. Если бы мы отправляли по одному-два человека, была бы очень высокая цена за, так сказать, билет...
– Ну и какая там цена?
Пупс побледнел и, не говоря ни слова, протянул прейскурант. Максим повертел бумажку в руках и отложил в сторону.
– Вы что, хотели напугать меня этой суммой?
Я впервые уважительно посмотрел на Максима.
– Деньги вы получите прямо сейчас – чек или наличные, как хотите. А затем мы отправляемся в этот ваш аттракцион. Вдвоем.
– Втроем, – поправил шеф и суетливо потер ладошки.
– Что?
– С вами пойдет Альберт.
В следующий момент я ощутил на себе такие взгляды, что мне захотелось извиниться и уволиться из фирмы.
– Это... обязательно? – вызывающе спросила Эльза.
– Это непременное условие. Поверьте, без инструктора вы там двух шагов не пройдете.
Шеф, конечно, преувеличивал, но делал это убедительно.
– Детский сад какой-то, – пробормотал Максим. Затем протянул мне ключи от машины. – На, принеси сумки. Осторожней, там ружья, бутылки...
Я почувствовал, что мои глаза наливаются кровью. Захотелось вскочить, объяснить этому барину, что я не носильщик, и вообще...
Но Пупс опередил.
– Вам не понадобятся ружья! Вот, смотрите...
Он достал из сейфа футлярчик, в котором на черном бархате лежали с десяток изящных блестящих палочек.
– Прелесть, – впервые улыбнулась Эльза.
– Это и есть ваше оружие. Специальные многозарядные карабины.
– А зачем я тогда купил ружья? – скис парень.
– Смотрите еще, – Пупс вытащил шкатулку с двумя электрокарами, похожими на модельные автомобильчики. – Ваш, так сказать, транспорт. А еще будет одежда и обувь...
– А я и камуфляж купил, – еще больше расстроился Максим.
– К сожалению, наша аппаратура уменьшает только клеточную материю, – развел руками Пупс. – Да и то не всякую. А защитная одежда в минитроне запрещена. Вы получите ярко-оранжевые комбинезоны, чтобы вас легко было найти в случае чего...
Затем он взглянул на часы и задумался на секунду.
– Что ж, завтра утром ждем вас. Все будет готово к девяти.
– Мы, кажется, договаривались на сегодня, – нагловато напомнил парень.
Шеф растерялся.
– Но... Конец рабочего дня. Мои сотрудники собирались домой...
Максим посмотрел на Пупса как на что-то смертельно надоевшее.
– Сколько им заплатить за сверхурочные?
* * *
После усыпляющего газа всегда чуть болит голова. Я уже привык. Последнее, что я запомнил, вдыхая его сладкие клубы в боксе-поглотителе, был звонкий голос лаборанта Лехи, обращенный к упрямой Эльзе:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
