«Начав движение, мы обнаружили у себя на траверзе огонь на берегу, другой огонь был виден на мысе Батанган. Очевидно, это были навигационные огни, зажженные по чьей-то просьбе. Горизонт в направлении конвоя был покрыт дымкой.
Сближение началось в 4 часа 15 мин., расстояние до целей 5500.и. В 4 часа 46 мин. открыли стрельбу, выпустив три торпеды из носовых аппаратов по головному танкеру. Затем выпустили три торпеды по второму танкеру. После этого развернулись вправо, чтобы из кормовых аппаратов дать залп по третьему танкеру. Во время разворота было отмечено по два попадания в первый и второй танкеры.
Как раз перед началом стрельбы из кормовых торпедных аппаратов второй танкер взорвался.
В 4 часа 48 мин. дали залп четырьмя торпедами из кормовых торпедных аппаратов по третьему танкеру, который тоже взорвался.
Легли на курс 180° и пошли в обход фланга конвоя. Конвой оказался на траверзе лодки, но мы не могли подойти ближе из-за мелководья.
Пока мы вели торпедную стрельбу, эскадренный миноносец отошел назад к правому борту последнего корабля. Когда направились на юг, заметили его впереди нас на два румба с левого борта на дистанции 3600 м. Наблюдатели вернулись с палубы вниз. Мы могли видеть все происходившее невооруженным глазом. Этот странный строй танкеров прошел в южном направлении примерно две мили, после чего эскадренный миноносец замедлил ход и отстал. Очевидно, он так и не видел нас. Мы дали самый полный ход.
Вскоре после того, как эскадренный миноносец несколько отстал, взорвался первый танкер. Теперь все море сзади нас было объято пожаром; вся команда поднялась наверх, чтобы наблюдать эту картину. Было на что посмотреть. Когда мы ушли в подветренную сторону, то почувствовали сильный запах горящей нефти. Вначале, судя по взрыву, мы думали, что это был бензин, но большие клубы черного тяжелого дыма свидетельствовали о том, что горела нефть.
Все три танкера после взрывов исчезли под водой. Эскадренный миноносец на некоторое время подошел к конвою, но затем проследовал на юг вдоль побережья, в том направлении, откуда пришел. Не было сброшено ни одной глубинной бомбы и не произведено ни одного орудийного выстрела. Видимо, противник решил, что суда подорвались на минах».
Лодка «Флэшер» взяла курс на юго-восток, отправила донесение о результатах боевых действий и в 6 час. 30 мин. погрузилась: командир решил дать команде отдых. В 16 час. 31 мин. она всплыла и направилась к своей базе.
Так закончилась атака. Во время этого похода в водах Индо-Китая, в районе, лежащем примерно на полпути между Бинь-Дином и Хуэ, подводная лодка «Флэшер» уничтожила три японских танкера. Кроме того, 4 декабря ею был потоплен еще один танкер. К этому нужно прибавить два японских эскадренных миноносца. Как показывает следующая таблица, общий тоннаж судов противника, потопленных подводной лодкой «Флэшер» в декабре 1944 года, составил 42 868 т.
Таким образом, тоннаж танкеров, потопленных «Флэшер», превышал тоннаж танкеров, потопленных любой другой американской подводной лодкой за время одного боевого похода. Когда после окончания войны подвели общие итоги, лодка «Флэшер» вышла на первое место. Однако значение декабрьских боевых действий лодки «Флэшер» не исчерпывалось только этим. Их основное значение заключалось в том, что в результате процент потопленных судов повысился до предела, после которого стала очевидной обреченность японского торгового флота. Дело в том, что подводная война на истощение основывалась на следующем принципе: после того как потери противника превысят его возможность восполнять их новыми судами, ему придется свернуть торговое судоходство, что приведет экономику страны к катастрофе.
В течение 1944 года, и особенно за последние его три месяца, американские подводные лодки уже могли повлиять на изменение характера морской войны.
Было время, когда японские руководители могли изобретать способы и средства, помогавшие кое-как справляться с проблемой перевозок. Пока 50 % грузов достигало своего назначения, достаточно было только удвоить количество судов, чтобы решить проблему снабжения страны. Но когда подводные лодки начали топить две трети или три четверти транспортов из состава каждого конвоя, положение коренным образом изменилось. Противник стал терять наряду с «текущими» и «резервные» грузы. Это гибельно для экономики. В конце концов, когда подводные лодки стали уничтожать девять десятых транспортов каждого конвоя, такой процент потерь был для противника уже фатальным. В это время подводная лодка стала скорее орудием полного разрушения, чем частичного истощения.
Американские подводные лодки никогда не уничтожали все японские суда в каком-то определенном районе. Но они уничтожали две трети или три четверти судов в конвоях, а некоторые из лодок, например «Тэнг» и «Флэшер», уничтожали конвои почти целиком. Обладая превосходством в области оснащения радарными установками, — а это позволяло таким, например, лодкам, как «Флэшер», действовать на поверхности и делать стремительные заходы в голову целей, — американские подводные лодки в 1944–1945 годах почти полностью уничтожили японский торговый флот.
Они лишили Японию возможности подвозить нефть. Последняя надежда Японии на сохранение пути подвоза нефти рухнула после декабрьских нефтяных пожаров близ побережья Индо-Китая. Еще несколько недель противник пытался использовать эту нефтяную артерию, но это были уже последние отчаянные усилия. У противника еще имелись танкеры, но конвойная система в Южно-Китайском море была разрушена. Об этом свидетельствуют действия подводной лодки «Флэшер».
Итоги действий подводных лодок в 1944 году
В течение 1944 года американские подводные лодки уничтожили большое количество торговых судов противника общим тоннажем примерно 2 500 000 т, а тоннаж кораблей японского военно-морского флота, потопленных ими, составил примерно 700 000 т. Не следует, однако, забывать, что в этом же году было потеряно 19 американских подводных лодок.
Но подводные силы многого добились. К концу года в составе подводных сил Тихоокеанского флота и сил, базирующихся в Австралии, действовало 156 эскадренных подводных лодок. Следовательно, число действовавших подводных лодок по сравнению с предыдущим годом возросло на 33 единицы. В 1944 году в строй вступили пять плавучих баз подводных лодок: «Ховард В. Джилмор», «Протеус», «Иджир», «Энтидон» и «Эполлоу». С ними вместе число плавучих баз достигло 14, причем 3 из них обычно действовали в составе подводных сил, базирующихся в Австралии.
За этот год произошли изменения и в командовании. Капитан 1 ранга Файф, командовавший с декабря 1942 года оперативным соединением, базировавшимся в Брисбене, в марте 1944 года был вызван на базу в заливе Милн и направлен в штаб адмирала Кинга в Вашингтоне. В этом же году он вернулся в Австралию и заменил командующего американскими подводными силами в юго-западной части Тихого океана. Штаб командующего находился во Фримантле. Весь личный состав приветствовал назначение нового командующего, которому было присвоено звание контр-адмирала.
Прошло то время, когда у командиров соединений не хватало подводных лодок для действий в больших районах океана, когда не хватало сил для контроля за основными путями движения торговых судов, когда вместо торпедных атак прибегали к постановке минных полей, а командиры лодок были заняты поисками запасных частей и часто делали их сами, прибегая к подсобному материалу.
В конце 1944 года имелось достаточное количество подводных лодок для действий в Тихом океане, достаточно запасных частей и ремонтных средств. Плавучие базы могли справиться теперь со всеми видами ремонта. Базы подводных лодок располагались недалеко от гаваней и морских коммуникаций противника.
С конца июля остров Сайпан стал заправочной базой для подводных лодок. База на острове Гуам, созданная в ноябре, к концу года обеспечивала текущий ремонт подводных лодок; здесь же были организованы отдых и лечение подводников. Острова Маджуро и Джонстона давно остались позади.
Далеко позади остался и остров Тулаги (Соломоновы острова). Даже база Брисбен стала утрачивать свое значение, так как оперативное соединение, базирующееся здесь, могло заправляться теперь горючим и проводить нужный ремонт на острове Манус. Дальше на западе плавучая база «Орион» действовала близ побережья Новой Гвинеи, обеспечивая ремонт подводных лодок, оперировавших в районе Миос-Воэнди (остров Шоутен).
Эти передовые базы и выдвинутые вперед плавучие базы позволяли подводным лодкам оставаться в районах боевых действий в течение более продолжительного времени, чем раньше. Например, в 1942 и 1943 годах подводные лодки Тихоокеанского флота находились в районе патрулирования в среднем в течение 23 дней. В 1944 году среднее время нахождения в районе патрулирования увеличилось до 27 дней. Для подводной лодки лишние три или четыре дня пребывания в районе патрулирования могут означать лишние сотни тонн, отправленных на дно и зачисленных на ее боевой счет. Умножьте этот дополнительный тоннаж на число действующих подводных лодок, и увеличение составит тысячи тонн в месяц. Это увеличение тоннажа потопленных японских судов отражено в приводимой ниже таблице, которая показывает тоннаж японских торговых судов, уничтоженных американскими подводными лодками за 12 месяцев 1944 года.
