Дамблдору.
— Большинство провидцев и плевка не стоят, но хороший провидец в неправильных руках — это плохо. Твоя подручная провидица всё ещё здесь, верно?
— Сивилла ровно там, где и всегда, — ответил Дамблдор. — И её навыки, пускай и настоящие, как правило, переоценивают в известной степени.
— Да вы только посмотрите, — Грюм потряс головой. — У Пожирателей Смерти уже слишком много преимуществ. Нам нужно не дать им заполучить ещё больше.
Сцена продолжилась.
Грюма удивило, что Эберт не оказалась более агрессивна. После того, что он слышал, Грюм ожидал, что она откатится в кусты и схватит палочку Поттера, или сделает что-то еще, вместо того, чтобы просто сидеть на месте и ждать.
Оказаться в ловушке с наставленной палочкой было бы достаточно для любого другого волшебника, но...
— Она ждёт, — указал он. — Тянет время. Она знает, что они приближаются.
Когда их нашли, глаза девочки были закрыты. В этом ли моменте она узрела, что приближается? Если да, то это была потрясающая способность.
Грюм наблюдал за Эберт, пока круциатили Поттера. Большинство детей её возраста закричали бы, увидев, что их напарника пытают прямо рядом с ними, особенно зная, что они будут следующими.
Эберт просто бесстрастно наблюдала за ним, и единственным признаком хоть какой-то реакции были лишь слегка сжавшиеся губы.
Мгновение спустя она дразнила их. Прерывание их планов по дальнейшей пытке парня выглядело намеренным. По лицам Снейпа и Дамблдора он увидел, что они также это осознали.
Они снова остановили воспоминание.
— Она хотела, чтобы они переключились на неё вместо Поттера, — сказал Снейп.
Дамблдор нахмурился:
— Потому что думала, что он сломается?
Было ли это из-за того, что она знала, что акромантулы ещё не прибыли? Тактика затягивания времени? Не вмешиваться в пытку Гарри сработало бы так же хорошо; даже лучше в некоторых смыслах, из-за того, что затем Пожиратели начали бы пытать её, возможно, удваивая время, имевшееся у детишек, до того, как Тейлор убьют.
Это был неявный, но всё же героический поступок.
Означало ли это, что она была не так уж плоха, как на это указывало всё то, что он видел до нынешнего момента? Грюм и сам не знал. Даже Пожиратели Смерти время от времени проявляли милосердие, все, кроме совсем безнадёжных.
— Она не упоминала пытку в своей истории, — сказал Грюм. — Такого я не ожидал.
Поттер тоже не упоминал, но он был гриффиндорцем. Он, вероятно, ненавидел всё, что заставляло его выглядеть слабым, особенно перед девчонкой.
— Возможно, она посчитала это несущественным, — заметил Снейп. — Она уже пострадала от чего-то похожего ранее.
Не было никаких записей об убийстве семьи Эберт, и это вызывало беспокойство. Возможно, что были и другие убийства магглорожденных, о которых никогда не слышали авроры. Единственным указателем на то, что таких убийств не происходило, были Книга и Перо. Было легко сопоставить известные имена с убитыми. Почему семья девочки просто исчезла, тогда как остальным придали вид несчастных случаев?
— Продолжим, — сказал Грюм.
Девочка немного покачнулась, когда по ней ударило Круцио. Все её мышцы были напряжены, но...
На её лице ничего не отражалось. Она не упала на землю, заходясь в крике. Грюм знал взрослых авроров, которые оказались бы выведены из строя.
Пристально посмотрев мужчине прямо в глаза, девочка рассмеялась.
Очевидно, смех был наигранным, но его оказалось достаточно, чтобы лишить самообладания нападающего, который выронил палочку. Он, очевидно, был идиотом.
— Стоп, — сказал Дамблдор. — Это было в высшей степени необычно. Возможно ли, что он ошибся в исполнении заклинания?
— Нет, — угрюмо ответил Грюм. — Заклинание подействовало на неё. Она, вероятно, не смогла бы выстоять так же хорошо против кого-нибудь вроде Риддла или Беллатрисы, но это не имеет значения. Она никак не могла оказаться в состоянии действовать вот так под заклинанием.
— У неё повреждён мозг, — сказал Снейп.
Он не отрываясь смотрел на девчонку, чьё лицо застыло в середине смеха. Северус выглядел серьёзно обеспокоенным.
— Снимки именно её мозга позволили разработать лекарство от последствий Круциатуса.
Все трое стояли, пристально разглядывая сцену перед собой. Грюм повернулся.
Здесь его магический глаз не давал ему никаких преимуществ; в конце концов, это были всего лишь воспоминания. Но годы опыта даровали ему внимательность к мелким деталям. Это была способность, благодаря которой он ухитрялся оставаться в живых.
— Смотрите, — сказал он. — На деревьях.
Акромантулы скрывались в кронах деревьев. Были видны только их глаза, и время от времени конечность, поставленная так, чтобы выглядеть просто ещё одной веткой. Пожиратели Смерти смотрели в противоположную от них сторону.
— Она смотрит не на них, — сказал Грюм.
Взгляд девочки был направлен на Пожирателя Смерти, но что-то такое было в её выражении лица, моментальное изменение. Практически предвкушение.
Это совпадало с тем, что Грюм слышал о ней, о том, как она зачастую знала, что происходит, даже не глядя. Пожиратели Смерти, должно быть, увидели выражение её лица и осознали, что что-то происходит. Они оказались, вероятно, слишком ошеломлены тем, как она отмахнулась от Круциатуса.
Смех, должно быть, был рассчитанным жестом. Он убедил Пожирателя Смерти прекратить атаку, и приковал к ней все взоры.
Дамблдор сделал жест, и воспоминание возобновилось.
— Обычно я не даю людям таких шансов, — сказала девочка. — Но сегодня побуду доброй. Бегите, и я позволю вам остаться в живых, по крайней мере, сегодня. Если нет — я вас убью. Я убью ваших друзей, ваши семьи. Уничтожу всё, что вы когда-нибудь любили.
— Никуда мы тебя не потащим, — фыркнул мужчина. — Вот ещё, возиться с тобой.
Он всё ещё считал, что преимущество на его стороне. Это немного улучшило настроение Грюма; если Волдеморт нанимал таких агентов, то у Министерства всё ещё оставались шансы.
Не то, чтобы не имелось множества авроров такой же степени глупости.
Уверенность, с которой говорила девчонка... было ли всё это блефом, или она на самом деле относилась к тому типу людей, который проделал бы нечто подобное?
— Я предупредила вас, — сказала Эберт.
Изображение застыло. Девчонка уже уклонялась влево. Порошок
