и Эбба энергично замотали головой.
— У Яниса достаточно дел в мастерской, — заявила Агнета. — Ему нельзя уезжать с фермы.
— Кроме того, для работы в доставке требуется большой опыт, — добавила Эбба.
Ина скептически покосилась на нее. Кажется, Агнета и Эбба немного преувеличивали. Впрочем, она и сама была бы рада видеть Сванте за столом. По какой-то причине ей нравился этот эксцентричный тип с его постоянным ворчанием и хорошим музыкальным вкусом. Она в предвкушении поставила перед собой тарелку и посмотрела на бесцветную массу, от которой шел горячий пар. На вид блюдо немного напоминало картофельную запеканку, но пахло рыбой. В ответ на ее вопросительный взгляд Эбба пояснила:
— Оно готовится из картофеля, лука, анчоусов и сливок. — Старушка подмигнула Ине. — Причем сливок должно быть очень много. Если и есть что-то хорошее в старости, так это то, что нам больше не нужно быть худыми как палки.
Ина погрузила вилку в запеканку и попробовала коронное блюдо Эббы. Оно оказалось чертовски горячим, зато вкус — просто фантастический. В кремовой заливке потрясающе сочетались приправы, а картофель приобрел идеальную консистенцию.
Если шведские привычки поведения за столом и можно охарактеризовать одним словом, то это слово «громко». Все вокруг Ины так шумно хрустели хлебом, что за круглым столом невозможно было не кричать. Эбба к тому же плохо слышала, но ничто из этого не портило общее настроение.
— Большое спасибо за приглашение. — Ина промокнула уголки рта салфеткой. Сшитая из плотной ткани с красным клетчатым узором, она напомнила ей мамины полотенца для посуды.
— Разве мы могли тебя не пригласить? — откликнулась явно довольная Эбба. — В конце концов, ты наша гостья. А шведская пословица гласит: «Украшение дома — это друзья, которые в него приходят».
Агнета подняла бокал красного вина на длинной ножке и качнула им в сторону Ины.
— Не так быстро, — остановила тост Эшли. — Мы, американцы, говорим: «Главное — накрыть стол, а гости найдутся».
— А мы, немцы, говорим: «Гости всегда приносят радость. Если не когда приходят, то когда уходят».
Эбба тоже подняла бокал:
— Skål! — И буквально залпом осушила свой высокоградусный пунш.
Остальные присоединились к ней: Агнета медленно потягивала красное вино, Ина сделала большой глоток пива из бутылки, а Эшли отпила диетической колы.
Наконец они вместе умяли остатки запеканки.
— Кстати, есть еще одна вещь… — отправив в рот последний кусок, произнесла Агнета. — Мы ходили в хижину Вигго и опять кое-что нашли.
Она поискала глазами Ину, которая в тот момент накладывала себе на тарелку торт-лазанью. В процессе от нее сбежала одна креветка, упав на белоснежную скатерть. Ина виновато посмотрела на Эббу, не сводившей глаз со своей невестки.
— Вот как? — с любопытством спросила она. — И что же?
— Еще один секрет? — выжидательно повернулась к Агнете Эшли.
— Можно и так сказать.
Агнета отложила столовые приборы в сторону, сунула руку в карман кардигана и достала брелок. Она снова покачала им из стороны в сторону, как маятником, словно пытаясь заколдовать оставшиеся на смёргосторте креветки.
— Он спрятал его в жестяной банке из-под кофе. — Вдова понизила голос до заговорщицкого шепота, что возымело эффект. Эбба и Эшли завороженно смотрели на кулон и следили глазами за его монотонными движениями.
— Ключ, — благоговейно пробормотала Эшли. — И для чего он?
Голубые глаза Агнеты внимательно вглядывались в карие глаза Ины, после чего обе женщины одновременно пожали плечами.
— Мы не знаем, — удрученно поджала губы Агнета и сделала еще один глоток вина.
— Хм, — протянула Эшли, уставившись на ключ как на артефакт давно забытой цивилизации. При этом она подвигала его рукой и напряженно моргнула. — Чертова старческая дальнозоркость.
— Что-о-о? — крякнула Эбба.
На лице Эшли появилось задумчивое выражение.
— Если Вигго его спрятал, значит, он наверняка важен.
— Мы тоже так считаем, — ответила Агнета за себя и за Ину.
— Вот только от чего он? — спросила Ина, отхлебнув пива. Это было приятное на вкус Småland Export Pilsner. А еще говорят, что только немцы умеют варить пиво.
Эбба посмотрела на их находку, скривив рот.
— Ключ — ну и что? К чему нам, шведам, вообще ключи? Нам же не нужно ничего запирать. — Она внимательно обвела взглядом остальных, а потом махнула рукой. — Я бы не придавала этому особого значения. Скорее всего, он от велосипедного замка.
— Вигго никогда не пристегивал свой велосипед, — возразила Агнета.
— Я же говорю! — Эбба явно считала, что привела весомый аргумент.
— Кроме того, ключ слишком большой для велосипедного замка, — вмешалась Эшли, которая не могла оторвать глаз от брелока. — А шарик очень красивый!
— Тогда от садового сарая, — предположила Эбба, что заставило Агнету многозначительно нахмуриться.
— Какого еще садового сарая?
Старушка отмахнулась.
— Ну, любого. — Она плавным движением подняла поднос со смёргостортой: — Кому добавки?
Ина протянула ей тарелку.
— Это копия «маппа мунди», — объяснила Агнета американке.
— Она находится во Флоренции, — добавила Ина.
— Вигго никогда не был во Флоренции, — пробурчала Эбба.
Агнета и Ина с хмурым видом промолчали.
— Не знаю, — наконец сказала Эшли. — Мне кажется, что ключ точно важен. Так или иначе. — Она хотела взять его, но потом вдруг отдернула руку, словно побоялась обжечься. — А логотип вам ни о чем не говорит? — обратилась она к Агнете и Ине.
— Это может быть кельтская руна, — предположила Агнета.
Эшли вздохнула.
— В любом случае Вигго наверняка не просто так спрятал его в банке из-под кофе в охотничьем домике.
Ина придерживалась того же мнения. Особенно потому, что для Вигго имел значение брелок. Он очень хотел себе такой, но в музее остался только витринный образец. Все остальные экземпляры раскупили, поскольку их изготовил один известный итальянский мастер, о котором Ина никогда раньше не слышала, зато Вигго оказался его горячим поклонником. После того как Вигго попрощался с ней, отправившись на одну из деловых встреч в центре города, она вернулась в музей Палаццо Веккьо и уговаривала продавца до тех пор, пока он не продал ей образец с витрины — за чудовищную сумму.
Конечно, она не стала тыкать в это носом Агнету, но Вигго тогда так обрадовался, что до конца выходных предугадывал и исполнял все ее желания.
— Да он же ржавый! — хрипло рассмеялась Эбба. Поправив очки на носу, она еще раз взглянула на брелок, однако затем категорично качнула головой. — Лучше положи его обратно в банку из-под кофе, — посоветовала она, — и оставь все как есть. Не стоит слишком усердно копаться в прошлом других людей.
«Других людей?» — Ина внимательно посмотрела на Эббу, удивляясь ее переменчивой натуре. В конце концов, речь ведь шла о ее сыне. Еще минуту назад она буквально источала хорошее настроение, однако едва они вытащили этот ключ, как старушка стала похожа
