нетрудно будет понять, что произошло. Что ты нашел в кабинете Федотова?
- Ничего. Совсем ничего.
- Нет, кое-что там было. И ты все прекрасно видел. Только не потрудился подумать. Напряги извилины!
- Да не было там ничего! – повторил Максим. – Кроме ужасного разгрома.
- Вот именно. Кто-то обыскал все ящики и, разумеется, не потрудился привести помещение в порядок. Думаю, не нужно пояснять, что это сделал Петровский.
- Значит, он нашел что-то ценное и не хотел этим делиться с нами?
- Догадливый. А теперь уладим формальности, – Фирсов протянул лист бумаги и ручку. – Прочти!
Максим пробежал глазами документ и тяжело вздохнул: стандартная подписка о неразглашении. Он быстро поставил закорючку в надежде, что этим все обойдется.
- Давай сюда карту памяти из фотоаппарата! – скомандовал полковник.
У Максима оборвалось сердце:
- Как же так? – прошептал он. – А обещали любую награду.
- Ты ее уже получил.
- Какую же? Жизнь?
Полковник даже не улыбнулся – он так и продолжал сидеть с совершенно невозмутимым лицом.
- Нет, дорогой. Как там, у классика – смерть надо заслужить? Да и зачем делать из тебя мученика? Скажи спасибо, что ты сейчас не в КПЗ, и тебя не обвиняют, скажем, в изнасиловании и убийстве малолетки. В тюрьме, конечно, можно жить, но только не с такой статьей.
Голос полковника был спокоен, но исходившая от него угроза давила страшнее любых окриков.
- Я ни в чем не виновен!
- Это ты пахану в камере будешь объяснять. После чего с погонялом Манька или Любка отправишься под шконку хлебать баланду дырявой ложкой и завидовать тем, кого вынесли вперед ногами. Так что давай флэшку.
Максим закрыл лицо руками. Лучше бы Петровский его убил! Зачем жить, если никому нельзя доверять в этом проклятом мире? Полковник обещал все, а вместо этого… тюрьма?
- Подавитесь! – карта памяти полетела на диван.
Фирсов сунул ее в бумажник.
- Вот то-то и оно. Всегда слушайся большого дядю. Я же не в претензии за то, что ты спрятал в Зоне автомат, - полковник положил на стол револьвер.
Максим снял пустую кобуру, не сводя глаз с оружия:
- Хорошая вещь…
Раздался стук в дверь и в комнату заглянул незнакомый полицейский:
- Долго еще? Ребята из патруля хотят перекусить!
- Минуту подождите!
Полковник несколько секунд беззвучно шевелил губами:
- Вот что, проводник! У тебя с головой все в порядке?
- Все мы немного не в себе, - горько усмехнулся Максим.
- Безусловно. На учете у психиатра не состоишь? Не пьешь, не наркоман?
- Да вы что?
- Тогда собирай справки. Оформлю тебе наградную лицензию. Будешь носить свой наган вполне официально – и мы в расчете! Не думай: мы способны не только кнутом пороть. У нас есть и пряники, и даже плюшки, - полковник положил на стол две купюры. – Это твоей жене за терпение.
- Я могу идти?
- Тебя отвезут. В ведомственную поликлинику. Там подлатают твое колено.
Максим посмотрел полковнику в глаза:
- Медосмотр. Вы просто хотите проверить, не повлияла ли Зона на мой организм.
Фирсов вздрогнул и отвернулся:
- А еще говоришь: никаких способностей, - пробурчал он. – Собирайся!
В комнату вошел сержант. Максим покорно прошел за ним на улицу, к серому «бобику». Полицейский открыл дверь, забрался на место водителя и повернул ключ зажигания. Максим сел на заднее сиденье. УАЗ стрельнул выхлопом, загудел и неторопливо покатил по улицам.
Была поздняя ночь, когда Максим добрался до своей квартиры. Алина спала, натянув на голову одеяло. В комнате горел свет. На столике стояла недопитая бутылка красного вина и, почему-то, четыре стакана.
- Хватит топтаться, слонопотам! – проворчала жена. – Ты меня разбудил!
Максим откинул одеяло. Алина прижалась к щеке мужа сухими губами. От нее пахло спиртным.
- Сколько заработал? – с хода спросила она.
Максим положил деньги на столик. Алина лениво приоткрыла один глаз:
- Всего-то? И стоило из-за этого пропадать три дня? Впрочем… Я завтра иду в салон, сгодятся.
- Эх, жена. Я там такое видел… но рассказать не могу. Подписал очень суровую бумагу. А ты здесь, я смотрю, времени даром не теряла? Вино, закуска.
- Посидели с подругами, выпили немного. Девичник у нас. Имею право. В конце концов, это я пашу на работе, как папа Карло!
Максим только поморщился:
- Я спать, еле на ногах стою.
- На работе надо уставать. Впрочем, я уже сколько раз говорила, чтобы ты устроился…
Не слушая бормотание Алины, Максим кое-как стащил с себя костюм «горка» и плюхнулся на кровать, надеясь больше никогда в Зону не возвращаться.
Но Зона своих просто так не отпускает.
Интерлюдия 1. Несчастный Ваня - легенда Зоны. Глава 8. Девочка-призрак
В заброшенной школе царил полумрак. Шаги гулко отдавались в дальних уголках коридоров. Максим, посветил фонариком в заваленную разбитыми пособиями учительскую и спустился на первый этаж, в комнату вахтеров. Здесь он давно устроил себе ночевку: поставил старую, обшарпанную, но вполне удобную кровать, а в тумбочку положил две бутылки воды и несколько банок консервов.
Максим закрыл на засов стальную дверь и зажег ночную лампу на батарейках. Достал сборник рассказов Моэма, рухнул на койку и с головой ушел в чтение. Текст завораживал. Максим с наслаждением проговаривал про себя слова, как бы пробуя их на язык. Перед глазами разворачивались далекие образы, много лет назад нарисованные знаменитым писателем. Наконец глаза начали слипаться. Максим сунул книгу в тумбочку и укрылся одеялом, обняв подушку.
Но уснуть он не успел. В дверь кто-то постучал. Робко и нерешительно.
Ночью в Зоне лучше никому не открывать. Никто не знает, кто скрывается в темноте: жадные ли до человеческой плоти монстры, материализованные ли кошмары вроде скелетов или призраки, готовые увести незваного гостя в мир теней. Но чутье говорило, что существо за дверью нуждается в помощи. Максим зажег лампу и без колебаний отворил засов.
В комнату впорхнула худенькая девочка в школьной форме. В свете лампы блеснули лакированные туфли. Короткие косички задорно торчали в стороны. Она присела на кровать и сказала:
- Привет! Меня же могут видеть лишь дети! Как у тебя получилось?
Матрас не прогнулся под весом человеческого тела. Значит, призрак? Так близко от периметра? Откуда?
Максим сел на стул напротив девочки и пожал плечами:
- Кто ты такая, Маша?
- Ой! Ты меня знаешь? -
