полевого госпиталя – приводили раненых, перевязывали, поили чаем и кофе.
Во время знаменитой «ночи баррикад» было ранено более трехсот человек, сожжено почти две сотни автомобилей. Весь Париж не спал – все обыватели были на стороне студентов! Даже почтенные матроны-домохозяки при виде полицейских машин улюлюкали с балконов, с проклятиями швыряли в спецназовцем цветочные горшки. Париж сошел с ума.
Сергей, Серж, стажер ощущал себя захваченным в плен этой жуткой революционной волною. Вместе со всеми он метался от баррикады к баррикаде, от Сорбонны – к бульвару Сен-Мишель с разобранной брусчаткой. Спал, как и все, урывками, а потом опять бежал… помола раненым, скандировал лозунги, лез на баррикады. Вести себя иначе означало бы – предать.
Эскалация напряжения несколько спала лишь во второй половине мая, и только лишь тогда Сергей вспомнил, зачем он вообще оказался здесь. Нет, выбраться стажер не пытался – какой смысл, если он еще никого не нашел?
Серж вспомнил про Люксембургский сад, про девчонку у фонтана, так похожую на ту, с фотографии. Может быть, это она и есть? Надо проверить, воспользовавшись некоторым затишьем…
Рабочие заводов и фабрик, всякие конторы и транспортники – все бастовали, поддерживая революционных студентов, даже знаменитые зеленые автобусы «Рено» с открытой задней площадкой – и те не ходили уже больше недели. Хорошо, хоть продуктовые магазины да рынки работали. И еще – кафе.
А в Люксембургском саду по-прежнему гуляли. Сидели на стульях, загорали прямо на траве, ели бутерброды, пили молоко и вино, в фонтане напротив дворца дети пускали кораблики.
Туда же, улучив момент – идти-то было минуты три – и заглянул, наконец, Сергей. Показал фотку Агнессы первой попавшейся даме весьма почтенного возраста: мол, мама просила передать, чтоб домой шла.
Нет, эта дама такую девчонку не помнила. Зато другие вспомнили – видели.
– Да, да, она здесь обычно бывает, часто. Говорите, маму не слушается? Ох, хулиганка какая. Впрочем, такие уж нынче времена…
Серж увидел ее примерно через полчаса. Девчонка как девчонка – в голубых джинсах и курточке. Худенькая сероглаза брюнетка. Такая же, как на фото. Одно лицо!
Девушка была не одна – присматривала за малышом, забавным – лет пяти-шести – карапузом. Тот как раз пускал кораблик…
– Эй, эй, Жан-Мишель! Смотри, не свались в фонтан!
– Не свалюсь!
– Я вот скажу маме!
Странный диалог. Хотя… может, она просто нанялась следить за ребенком? Ну, чего ждать-то?
Рывком поднявшись со стула, молодой человек направился к фонтану. Подошел, взял девчонку за локоть, заглянул в глаза:
– Ну, здравствуй, Агнесса. А тебя вся ветрогонская полиция ищет.
Сказал по-русски… Девчонка испуганно отпрянула… Сделала вид, что не поняла?
– Да ты не бойся. Говорю ж – за тобой пришел.
– Я…я вас не понимаю. Вы кто?
Все – по-французски, ни одного русского слова…
Может быть – просто шок? От радости…
Серж перешел на французский:
– Ты – Агнесса Маскеева, да?
– Меня зовут Мари, месье. Вы меня с кем-то спутали.
– Мари?
– Мари Лесонье… А он – Жан-Мишель, мой младший братец. Мы недалеко живем, на рю де Ренн.
– Извини, Мари. Обознался.
– Ничего…
Стажер озадаченно вытащил фотографию:
– А эту девочку ты случайно не знаешь?
– Ого! – взглянув, удивленно воскликнула девчонка. – Как на меня похожа! Ой, месье – ну, прямо сестра-близнец. Только вот нет у меня никакой сестры. Да и вот… – Мари присмотрелась – У меня на щеке родинка… вон… а тут – нет.
– Ну, Мари – пардон!
Сергей еще раз извинился и отошел в сторону… Было непохоже, что девчонка врет, совсем не похоже. Что ж – ложный след, так тоже случается, и весьма часто. Будем искать! Где вот только? От квартиры надо плясать, от квартиры… Там – балкон, там –крыша, там – голубой дельфин.
Господи… ну, надо же так… Кстати, какой сегодня день? Пятница? Да нет – суббота. Красотка Аньез, кстати, в субботу в гости звала. Правда, не в эту субботу – в прошедшую. Не смог тогда, закрутился. Такие уж тут были дела. Тогда, может быть, сегодня… А пуркуа бы и не па?
Ровно в семь часов молодой человек подошел к дому на углу коротенькой улицы Дагер и авеню генерала Леклерка. Сразу же отлегло от сердца – темно-голубой «Ситроен «Две лошади» был припаркован на том же месте. Значит, хозяйка авто – дома. Наверное. Должна…
– Квартира девять? – консьерж подозрительно прищурился и вдруг улыбнулся. – А! Помнится, мадемуазель предупреждала… Так вы – англичанин? Серж?
– Англичанин? Ну да… Серж.
– Проходите – вон лифт, слева. Третий этаж.
Какой там лифт? Сергей взлетел по ступенькам, словно на крыльях. Сердце билось, словно мотор у перегруженного «Рено 4СВ»!
Вот и дверь… девятая квартира… звонок…
Никакого эффекта!
Что, хозяйки нет дома? Да нет, консьерж бы сказал. Тогда почему… А! Музыка играет. Ну да… Похоже, «Битлы»… Что ж, подождем…
Дождавшись, когда песня закончится, стажер вновь позвонил и, на всякий случай. Еще и постучал в дверь. Точнее сказать – забарабанил.
И его, наконец, услышали!
– О, англичанин!
На пороге возникла точеная белокурая фигурка в ультракоротком голубом халатике по самое не могу.
– А я тебя на той неделе ждала…
– Ну…
– Ну, раз пришел, так заходи, англичанин! Да, помню, помню – Серж…
Сергей прошел, сняв обувь… Просторная комната. Огромная тахта, торшер, журнальный столик. Проигрыватель «Тепаз» на полу в углу. Там же – пластинки. Джонни Холлидей, «Битлз», Франсуаза Арди…
На столике, в пепельнице, дымилась сигарета, рядом, на полу – початая бутылка вина…
– Ну? – обворожительно улыбнулась хозяйка. – Сразу же займемся любовью? Или сначала выпьем?
От столь резкого предложения у парня и голос пропал! Аньез же просто расхохоталась – видать, нравилось ей таким вот образом эпатировать мужчин.
– Только предупреждаю – в соседнем доме живет один тип. Обожает подглядывать. Даже бинокль купил!
– Так… шторы бы… – пришел в себя Серж.
– Зачем? Пусть пялится… коль уж так невтерпежь. А?
Подойдя к окну, девушка сбросила халатик… Сергей снова потерял дар речи… и вовсе не от вида юного гибкого тела. На худенькой спине Аньез, под правой лопаткою, виднелась татушка – улыбающийся голубой дельфин!
Глава 7
Май 1968 г. Париж
Аньез
– Ты что так смотришь? – почувствовав на себе пристальный взгляд Сержа, девушка обернулась – нагая красавица, освещенная лучами заходящего солнца, отражающимися в окнах дома напротив. – Обними же меня… ну…
Подойдя, молодой человек обнял красотку за плечи. Та подалась к нему прижалась…
Подхватив Аньез на руки, Сергей осторожно положил ее
