Следующий аварийный выход находился в юго-западной части здания, с противоположной стороны Коры. Ванна повернулась туда и увидела, что среди столов и рабочих кабинок стоят два черных пугала.
— Что думаешь, Амос? — спросило первое пугало. — Побежит она?
— Да уж куда там, Энди, — ответил второй. — Я думаю, она вообще полетит.
Энди закудахтал:
— Я раньше не видел, чтобы женщины летали. Я только видел, как летит время…
— Я видел, как летят пух и перья, — сказал Амос. — Я видел, как летали обвинения…
Ванна схватила монитор «Крэя» и попыталась его бросить. Но он был привязан к полудюжине прочих агрегатов клубком кабелей-змей, так что пролетел всего два фута и грохнулся на пол.
— Ох-ох-ох, ох-ох-ох, — кудахтал Энди. — Мне кажется, не время это, не пух и не обвинение.
Амос изогнул пальчик и поманил Ванну.
— Иди сюда, сладенькая. — Ванна толкнула на него факс, потом подскочила и понеслась между столами, петляя и уворачиваясь. Амос схватил телефонную трубку и метнул в Ванну, рассчитывая, что та споткнется о провод; но она увернулась, зато вторым броском Энди зацепил ее лодыжки, и Ванна рухнула. Головой вперед, ударившись о питьевой фонтанчик с силой пробитого пенальти.
— Ox-ox-ox, ox-ox-ox, — повторил Энди, неспешно подходя к ней. Когда Ванна попыталась встать, он оглушил ее ударом в висок. Потом схватил жертву за руки, Амос — за ноги; они вместе подняли ее и принялись раскачивать, напевая:
— Я видел, как прыгают ласточкой…
— Я видел, как роняют арбузы…
— Я видел, как люди летают домой…
— Я видел, как шмякаются пузом…
Ванна полетела по пологой траектории в остекленную стену Коры. Ударилась она звонко, но стекло не разбилось.
— Черт, — сказал Энди.
— Прочное, — добавил Амос.
Стеклянная стена разлетелась от взрыва. По хорошо смазанным дорожкам поднялась площадка мойщика окон, и на ней — однорукий пассажир с ведром на голове, чтобы защититься от осколков.
— Ого, — сказал Амос, — такого я раньше не видал.
Выстрел Змея разворотил ему грудь.
За долю секунды до ее следующего выстрела Энди нырнул; пуля с взрывчатой головкой просвистела возле фалды пиджака и разнесла лазерный принтер. Энди упал под стол и исчез.
Пожарным топором Змей сделала дыру в окне пошире. Сняв с головы ведро, вошла внутрь, где тряпичной куклой лежала Ванна. Ревизор общественного мнения была в сознании, но рассудок ее сильно помутился, а из ушей текла кровь; Змею это напомнило о первой боевой потере, которую она видела, — щенке лайки, проигравшем бой дилижансу на Монктон.
— Ты понимаешь, что я говорю? — тихо спросила она; Ванна, собрав силы, слабо кивнула, потом сделала бесплодную попытку сесть, но ее слишком мутило, и она не могла справиться с вертикалью. — Держи, — сказала Змей, вкладывая ей в ладонь «кольт». — На случай, если со мной что случится, хотя, конечно, не случится ничего.
Амос лежал на ксероксе задом, и Змей подошла и распахнула то, что осталось от его пиджака. В кармане жилета она обнаружила опасное лезвие, но огнестрельного оружия не было — это внушало надежду. Потом повернулась туда, где скрылся Энди. Тот, упершись снизу в столешницу, метнул мебель в нее.
— Дерьмомет! — выругалась она. Чтобы не раздавило, пришлось перемахнуть через ксерокс; стол грохнулся на Амоса, а вот полетевший следом эргономичный крутящийся стул попал прямо в цель, и Змей покатилась по полу. Кувыркаясь, она ударялась еще о какую-то офисную мебель и выронила ручную пушку.
Змей выругалась и обнажила саблю. Энди принял боевую стойку в пространстве между столами и принялся размахивать коротким мачете. Его лицо искривилось в попытке изобразить угрожающий взгляд, но Змей была слишком зла, чтобы это могло ее запугать, да и глаза Энди — карие, мелкие и безжизненные — тоже не устрашали.
— Ну, иди сюда, — позвала она.
Он пошел — быстрыми механическими шагами. Змей сделала отвлекающий парирующий маневр, в последний момент шагнув вбок, поскольку правильно оценила силу робота; мачете прорубило пустоту, и на миг Энди раскрылся. Этого Змею вполне хватило: да, пусть у андроида стальной каркас, а она состоит из плоти и крови, но нервы у нее тоже электрические. Она рубанула по его вытянутой руке, и лезвие вошло в металл. Внутри, как струна, лопнул туго натянутый провод, Энди разжал пальцы; мачете упало на ковер. Змей выдернула саблю и снова замахнулась, чтобы отрубить голову.
Но тут подскочила Ванна и открыла огонь из «кольта». Как и Змей, она целила Энди в голову, но ее все еще мутило достаточно сильно, и это сказалось на точности. Первая пуля прорисовала черту на котелке Энди, вторая оттолкнула лезвие сабли, а третья пробурила Змею ребра.
— Ай! — сказал Энди. Ванна выпустила в белый свет еще три пули и снова рухнула на пол.
Змей лежала на спине, истекая кровью. Рядом валялась мусорная корзина, и поскольку в тот момент делать было больше нечего, Змей заглянула внутрь и увидела там мятые бумажки, два яблочных огрызка, банку из-под «кока-колы», картридж с тонером от ксерокса и автоматическую ручную пушку «браунинг» семидесятого калибра.
— Привет-привет, серятина, — сказал Энди, возвышаясь над ней с мачете в руках. — Похоже, кто был ничем, тот станет всем.
Змей протянула руку — длиной словно бы тысячу миль, — подняла всю корзину вместе с пистолетом, пока та не заслонила усмехающийся манекен, готовый разрубить ее на куски. И четырежды нажала на курок.
Энди скрылся с глаз.
Корзина стала трубой у нее на руке, открытой с обоих концов; пальцев на ногах Змей не чувствовала. Ей хотелось бы поспать, но она понимала, что это не лучшая мысль, так что попыталась начать беседу:
— Мисс Доминго?
Лежавшая где-то рядом на полу Ванна застонала.
— Мисс Доминго, — сказала Змей, — не знаю, хорошо ли вы меня слышите, но мне вот любопытно… Если я доживу до завтра — хотя я, конечно, не думаю, что это возможно, но если вдруг, — вы не подумаете над тем, чтобы взять меня на работу?
ДЕТОНАТОР
— Боже ж ты мой.
Комната была большой, но на пещеру не похожа, хотя о ее реальных размерах оставалось лишь гадать. Некогда тут стояла какая-то техника: после нее остались прямоугольные тени и шероховатые выбоины в полу, из которых оборудование просто выкорчевывали — вся фурнитура и соединения были вырваны, чтобы освободить пространство для динамита. Четыре с четвертью тонны взрывчатки, стоявшие вдоль стен, уходили вглубь неизвестно насколько.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
