долго и горячо целует меня…
16
– Здравствуй, Настя, я Славик, – приветствует меня белобрысый парень на пару сантиметров ниже меня.
Кто–то обманывает в анкете и балуется с фоторедактором. Тот, кого я видела по ту сторону интернета, и тот, кто сейчас стоит передо мной – словно дальние родственники. Очень дальние, из той ветки семейного дерева, о которой уже давно позабыли.
– Привет, – ослепительно улыбаюсь, думая о том, что правильно сделала, что надела кроссовки и потертые шорты. Ради такого жениха можно не стараться.
– Ты просто уау! – делает он комплимент моему внешнему виду. – Обычно в анкете все привирают, исправляют недостатки, а ты красотка со всех сторон!
«С собой всех сравниваешь?» – думаю про себя, а вслух говорю другое:
– А у тебя красивые лошади, – комплимент я могу сделать лишь животным.
Кажется, я как в воду глядела, когда предполагала, что наслаждаться в субботу я буду лошадьми, а не парнем.
Но, конечно, я не права в своей категоричности. Сережа красавцем не был, и я год его терпела. Нельзя судить по одной внешности и хватит грезить Иваном Дмитриевичем, постоянно сравнивая с ним всех вокруг. Нужно дать шанс славному парню Славе.
Но и дальше свидание не клеится, хотя в целом общение со Славиком оставляет у меня только положительные эмоции. Правда, у нас скорее бесплатный пробный урок катания верхом, нежели свидание. Сам парень не привлекает меня совсем ни в чем. После Сергея я не хочу размениваться на того, с кем не зажигается искра внутри. Или во всем виновато общение и поцелуи с Иваном Дмитриевичем. К эталону быстро привыкаешь и сравниваешь все с ним с щемящим чувством в груди.
Прощаюсь со Славиком, обещая позвонить ему примерно никогда.
К очередной встрече в воскресенье я заранее настроена скептически. С глубокой настороженностью крадусь к кинотеатру, если честно, в последнюю минуту почти решаю сбежать, но…
Меня окликает симпатичный парень. Он явно не баловался фоторедактором прежде, чем закинуть свое изображение в анкету.
– Лида? В жизни ты еще прекраснее. Я Дима, – говорит этот мужественный образец самца и вручает мне букет пионов.
– Ого, – забираю цветы и неловко утыкаюсь в них носом, – вкусно пахнут, они очень красивые. Но мне неудобно, у нас ведь дружеское свидание для любителей кино, разве нет?
– Подруге тоже можно подарить цветы, не знала? – подмигивает мне Дима и предлагает свой локоть. – Идем, первой в нашем списке стоит комедия.
– Первой? То есть будут еще?
Парень продолжает меня удивлять, но пока что в хорошем смысле. Уверенные и приятные парни не могут не вызывать интерес.
– Конечно. У нас ведь марафон фильмов, а один сеанс на марафон не потянет ни с какого бока.
– Ладно, – соглашаюсь, – можно попробовать.
Комедия оказывается довольно интересной, хотя и не особо смешной, но она выполняет свою задачу на отлично, расслабляя меня рядом с Димой. Он уже не является симпатичным незнакомцем для моего настороженного мозга.
– Что теперь, фильм про любовь? – смотрю на расписание показа. – Еще есть сказка. Я бы ее посмотрела, любовь, однозначно, и в ней будет.
– Давай, я согласен, – кивает Дима.
– Значит, теперь я плачу, где сядем? – придвигаюсь ближе к кассе.
– Присядем там же, где были, но плачу я, – мой новый друг ненавязчиво отодвигает меня в сторону и весело подмигивает при этом.
Не то чтобы я против, но это противоречит моему начальному плану. А я не люблю, когда случается непредвиденное. И теперь я думаю, а точно ли Дима только лишь в друзья набивается, или это такая стратегия для развития отношений?
Мои раздумья мешают мне спокойно наслаждаться просмотром фильма, то и дело я отвлекаюсь и внимательно рассматриваю Диму, который, кажется, полностью погрузился в происходящее на экране. Постепенно я снова расслабляюсь. В конце концов бывает, что и друг платит за другого друга, не стоит во всем искать подвох.
Да и для маньяка у него слишком странная стратегия, а любовный интерес от него я поприветствую.
– Ах, – Дима откидывается на спинку сидения, когда на экране появляются титры, – шикарная сказка.
– Ты прав, на удивление она была неплоха, – киваю, тщательно подбирая слова.
Как раз я бы происходящее на экране шикарным не назвала.
– Не понравилась, да? – усмехается Дима, сразу меня раскусив.
– Не совсем, просто этот дворец, их наряды – это был какой–то психоделический ужас. А вот лес и события в нем мне понравились. Но опять–таки им пришлось двадцатиминутную сказку удлинить до полноценного фильма. Тут бы их похвалить, они старались, но выбрали удлинение за счет яркой картинки ни о чем. Да и желания принцессы вызывают у меня вопросы. Но тут уже первоисточник виноват, а не режиссер. Зато песни и музыка мне понравились, я их и в оригинале искренне люблю.
– Какой расширенный отзыв, – улыбается Дмитрий. – Я понял тебя, следующий фильм выбираешь ты. Идем, – он протягивает мне раскрытую ладонь.
– Еще, серьезно? – смотрю на него с недоверием. – Я в общем–то не против, но поесть хочется, да и засиделись мы в этих креслах. Они мягкие, но и от них устаешь.
– Точно, даму нужно покормить, а я, глупый, одним попкорном пичкал, – смеется Дима.
– Да я его как–то не очень, – смущенно отвожу глаза. – И ты не обязан, мы ведь на кино договаривались, а не на еду.
– Брось, я шучу. Что может быть лучше, в середине киномарафона поесть с подругой, – усмехается Дима и снова протягивает мне свою идеальную мужскую ладонь. – Ну же, идем. Все хот–доги без нас разберут. Или ты и их не ешь?
– О нет, их–то как раз я ем, – киваю и наконец–то хватаюсь за протянутую ладонь.
«Друзья не должны быть такими привлекательными, это противозаконно», – думаю про себя, отмечая, как органично лежит моя ладонь в ладони Димы.
А еще я не стремлюсь его сравнивать с Иваном Дмитриевичем, как было вчера со Славиком.
– Хот–дог и газировку без сахара? – спрашивает Дмитрий, вырывая меня из мыслей о его мужской привлекательности. – Или что–то другое предпочитаешь? Роллы, например?
– Нет–нет, я хорошо отношусь к сосискам, – произношу и краснею, ляпнула так ляпнула, – в хлебе, –
