чем думать!
Решительно открываю дверь номера и приятно удивляюсь. Иван Дмитриевич не пожадничал, забронировал мне не эконом. Кровать так и манит провести в ней все выходные перед большим телевизором, а не идти выполнять непонятные прихоти слишком обворожительного работодателя.
– Ах, – я со стоном падаю на широкое ложе и достаю телефон. – Может, выкинуть свой диван и поставить дома кровать? Это ведь совершенно другой уровень отдыха.
Чтобы полностью успокоиться, мне нужно срочно написать главному другу по переписке «Ваньке–Встаньке». Почему–то пустая болтовня с ним стабильно поднимает мое настроение.
«Привет. Как дела? Чем занимаешься? А я, не поверишь, работать приехала! На базу отдыха! Мне интересно, мой начальник меня совсем за дуру держит или прикидывается?» – отправляю наболевшее и вздыхаю с облегчением.
Пожаловалась, напряжение спустила и хорошо.
«Привет. Почему за дуру? Может, наоборот, за умную, раз взял работать», – приходит ответ.
– Это прописано в мужском коде, самцу защищать другого самца перед самкой? – бормочу, читая сообщение.
«О да, я ведь жутко ценный сотрудник, а именно на базе отдыха решаются дела целой фирмы! И происходит все в шортах и купальнике!» – сарказм так и сочится из меня.
На этот раз ответа нет дольше. «Ванька» все пишет и пишет что–то, а потом стирает. Начинаю уставать от ожидания и собираюсь переодеться, но он наконец–то отправляет свой текст.
«Уверен, ты прекрасна в купальнике!».
– И все? Я так долго ждала ради этого. Н–да. Кажется, жаловаться мужчине на мужчину – плохая идея.
«Я его не взяла из вредности. Ладно, пора мне. Шорты еще себя не надели», – дописываю ответ и выхожу из приложения.
Несмотря на конец переписки, мое настроение выравнивается. Достаю шорты из сумки с улыбкой на губах. Нехитрый комплимент виртуального друга отдает теплотой на душе. Хоть это и глупо.
Как бы там не было, дверь номера я открываю в лучшем настроении, чем в том, в котором была, когда я только приехала. Но все равно оказываюсь морально неготовой к тому, что вижу, за пределами своей комнаты.
20
– Эт–то что? – задаю глупый вопрос, смотря на огромный букет ромашек и других полевых цветов.
– Букет! – заявляет Иван Дмитриевич, выглядывая из–за цветов. – Тебе! – вручает мне полевую красоту. – Давай в воду поставим, мне дали вазу.
Он по–хозяйски вторгается в мой номер и первым делом идет в ванную комнату. Мне же ничего не остается, кроме как последовать за ним.
Украдкой любуюсь цветами и с наслаждением зарываюсь в них носом. На той неделе были пионы от Димы, но почему–то букет простых ромашек от начальника их затмевает.
– Налил! – громко объявляет Иван Дмитриевич. – Можно ставить. Вот тут на столике неплохо смотреться будут.
Аккуратно засовываю охапку в вазу.
– Спасибо, – произношу с чувством, – мне очень приятно. Они вызывают даже больше радости, чем пионы от Димы. Такие они милые. А у вас не будет проблем с руководством базы за то, что цветы сорвали?
– Нет, я их купил, они здесь даже на этом деньги делают, – отвечает начальник, а потом добавляет после секундной заминки. – Так тебе на дружеское свидание еще и цветы принесли, как интересно. И странно.
– Да нет, – пожимаю плечами, – не более странно, чем букет ромашек от босса. Или мне вас, Иван Дмитриевич, начинать в чем–то подозревать? – спрашиваю с улыбкой.
– Кхм, пойдем, наверное, поедим, – отвечает он, отводя глаза.
– С удовольствием! Особенно, если расходы на питание входят в командировочные. А где ваша папка?
– Какая папка? – Иван Дмитриевич выглядит озадаченным.
– С документами рабочими, конечно. Мы ведь работать приехали! Только вы не уточнили, почему в таком интересном месте? Контракт с кем–то надо заключить? Но вы не предупреждали об одежде на выход. У меня с собой лишь сарафан.
– Ничего страшного, не бери в голову, – отмахивается Иван Дмитриевич и подталкивает меня к выходу из номера.
Ведь простой ни к чему не обязывающий жест, а толпа мурашек разбегается по моей спине от места соприкосновения пальцев начальника. В голове тут же вспыхивают воспоминания нашего лжесвидания и совсем не лжепоцелуя.
«И почему эти самые мурашки не могли у меня забегать, когда меня брал за руку Дима? Всяко безопаснее испытывать влечение к нему, а не к собственному боссу!» – думаю, раздражаясь предательской реакцией тела.
Завтрак оказывается просто завтраком безо всяких подвохов, под конец я расслабляюсь и забываю, что я в командировке, а не на отдыхе с другом. Иван Дмитриевич оказывается неожиданно хорошим собеседником, когда не ехидничает и не строит из себя непонятно кого. И это вызывает проблему. Гораздо легче воспринимать своего работодателя кем–то абстрактным, а не живым приятным человеком.
– Я бы тебя пригласил в бассейн, но ты купальник не взяла, – Иван Дмитриевич заканчивает завтрак такой фразой.
– Не взяла, – соглашаюсь. – Но разве я вам об это говорила? – хмурюсь.
– Да, в машине. Что ж, тогда идем работать на свежий воздух, у меня с собой плед, закуски и, конечно, ноутбук, – отвечает начальник, поднимаясь на ноги, – два ноутбука!
А я все пытаюсь вспомнить, когда это я сообщала о том, что не брала купальник. Не было такого!
Тем временем Иван Дмитриевич приводит меня к большому дереву, под тенью которого устраивает импровизированный кабинет. Аккуратно расстилает плед, вытаскивает два небольших ноутбука, маленькие подушечки, а закуски оставляет в корзине.
– Готово, Лидия Михайловна! – объявляет он торжественно. – Вы же не думали, что я пригласил вас в это чудесное место, чтобы воспользоваться своим служебным положением!
У меня начинает мелко дергаться глаз. Как–то все подозрительно. Сначала купальник, теперь эта фраза.
– Спасибо, – присаживаюсь на плед, – я и не думала, – лукавлю. – А тут очень уютно, – подкладываю подушку под поясницу и опираюсь о ствол широкого дерева. – Что мне нужно сделать?
Пока я работаю, Иван Дмитриевич лежит и смотрит в небо, мечтательно покусывая травинку. И такой у него при этом безмятежный вид, хоть картину пиши.
– Не знаю, почему вы расстались со своей невестой, но вы точно заслуживаете кого–то более светлого, – ляпаю вдруг.
– А? – начальник приподнимается на локте и с интересом смотрит на меня. – Намекаешь на.
– Нет, – перебиваю, – дело не во
