Я это и не сразу замечаю. Потом только когда мы внезапно останавливаемся в конце улицы и Арым встревоженно наклоняется надо мной.
— Мелкая, ты чего снова сырость разводишь? Хорошо же все вроде. Тетка твоя замужем, ты вон наследство считай получила. Заживешь теперь…
Я всхлипываю, начиная торопливо вытирать мокрые щеки. И правда, плачу как маленькая. Стыдобища!
— Я просто… не ожидала от нее. Что она мне… вот так… подарит. Тут же… много очень, наверно.
— А ну-ка, — Раад уверенно перехватывает кошель из моих рук и развязывает его.
Потом высыпает на свою широкую ладонь все содержимое. У меня дух перехватывает. Это же серебро! много серебра и даже одна золотая монета! Так много!
— Да. Теперь видно, что хорошая у тебя тетка. Правильно ты о ней говорила. Добрая помощь, — задумчиво говорит Арым.
Раад, тем временем, ссыпает монеты обратно и протягивает кошель мне.
— Что делать теперь будешь? Есть еще родственники здесь? — хмуро спрашивает он.
— Нет никого больше. А делать… — шмыгаю носом, задумываясь. — Наверно, нужно комнату снять на первое время и работу потом поискать. Убираться там или еще что-нибудь. Я работы не боюсь. Думаю, быстро найду. Тут много богатых домов. Прислуга всегда нужна, — постаралась говорить бодрее, чтобы и себя и их успокоить.
Орки и так вон сколько времени со мной потеряли. У них же и свои дела есть, наверно. А я не маленькая уже давно. Сама смогу разобраться. Да и деньги теперь есть, благодаря теткиной доброте. Надолго мне хватит. Я ведь не транжира. Мне и малого будет довольно пока.
Бросила еще один короткий взгляд на орков. Жаль, что все закончилось. Мне так понравилось с ними. Я бы и дальше ехать была согласна. Да, только кто же меня возьмет.
Довезли. Хорошо. Поблагодарить бы их нужно. Они же деньги за меня потратили. Внезапно вспыхивает у меня в голове. И я суматошно тянусь рукой к завязкам на кошеле.
— Я… вот. Поблагодарить хочу. За все… Ко мне никто так никогда добр не был.
Торопливо шарю внутри, выискивая ту самую монету. Справедливо будет если я отдам ее им. Простое золото, конечно стоит меньше магического серебра, но я хоть как-то хочу отплатить за их добро.
Орки мрачно смотрят на монету в моей подрагивающей потной ладошке. Хмуряться, тяжело двигая бровями.
— Ты это, Незабудка. Убери обратно. Не надо нам ничего, — строго басит Арым.
И сам тянется своей огромной ручищей, загибая мои пальцы на золотом кругляше.
— Это твое. Тебе тетка отдала. Вот и оставь себе. Пригодиться еще. Спрячь, — отрезает Раад.
Варих только кивает. Он до странного серьезен сейчас. Не улыбается больше.
Я оглядываюсь по сторонам, вспоминая в какой стороне был ближайший трактир, где сдавали комнаты постояльцам. Помню плохо, но вроде в той стороне. В тот, где мы оставили лошадей, точно не стоит соваться. Там явно дорого все. Орки могут позволить, а вот мне нужно растянуть свои средства подольше.
И попрощаться же надо, но почему-то все слова как-то резко пропадают из головы. А в горле ком и першит страшно.
Тогда я просто поддаюсь своему внезапному порыву и крепко обнимаю Арыма, он стоит ближе всех ко мне. Потом Раада и Вариха. Быстро, пока смелость моя не кончилась.
Вытираю рукавом глаза и улыбаюсь в их удивленные лица. Надо же, проняло не только меня. Вот и хорошо. Славная память будет. Я так-то точно их не забуду никогда.
— Спасибо, вам. Я пойду тогда. Хорошо? И светлого пути вам дальше.
Быстрее, быстрее! Пока не разревелась совсем. Я поворачиваюсь в сторону выбранной улочки, но не успеваю сделать и десяти шагов.
— Куда? А ну стой, Незабудка, — нагоняет меня слаженный мужской рык.
15. Предложение
От их грозного рыка я остановилась. Они быстро и слаженно окружили меня.
Нависли вокруг грозовыми зелёными тучами. Теперь даже, если бы захотела, не ушла бы.
В общем, не пустили они меня.
Сказали, что пока с ними побуду. Пока они не решат, что для меня лучше будет.
Сказано это было с такими грозными лицами и мрачными взглядами, что я даже струхнула чуть-чуть. И робко облегченно кивнула.
Орки расслабились, Варих что-то пошутил, Арым кивнул, Раад огляделся по сторонам и сказал, что мы сначала пойдём в трактир, где лошадей оставили.
И все трое, как один, двинулись в нужную сторону. И я за ними… между ними. Привычно и знакомо уже.
А что мне оставалось? Решили вот. Опять. За меня.
Мне бы возмутиться и сказать, что всё нормально, и я сама… но от этого их решения мне почему-то было очень тепло и хорошо. И не хотелось совсем спорить.
Сама ведь не хотела расставаться. Что бы они там не придумали дальше для меня, пусть.
Побуду с ними ещё немного. Побуду. Рядом.
В трактире орки неожиданно сняли две комнаты: для себя и… для меня. Отдельную.
Я попыталась робко возразить, что у меня теперь есть деньги и я могу сама, но фразу договорить не смогла — из-за трёх пар грозных глаз, уставившихся на меня.
Я торопливо кивнула, пискнула, что пойду проверить лошадей, пока они договариваются и по-тихому поспешила на конюшню.
С лошадьми, ожидаемо, всё ожидаемо было благополучно. Я потопталась еще на конюшне, проверила кормушки, поилки. Убедилась, что лошади в порядке и у них всё есть. Осмелев и успокоившись, решила вернуться в трактир.
Очень хотелось есть. Думаю, и орки тоже проголодались. Хорошо бы перекусить чего-нибудь.
Во дворе меня вдруг окликнула какая-то женщина. Она приятно улыбнулась и поманила меня пальцем.
— Красавица, подожди-подожди, спрошу тебя кое-что!
Голос очень приятный, глубокий. Я подошла к ней. Вдруг помощь какая нужна? Было в ее голосе что-то такое располагающее. Не откажешься…
С любопытством ее оглядела. В возрасте, но очень привлекательная. Улыбка красивая. Одежда дорогая. Ресницы только и губы, мне показалось, слишком ярко накрашены, да вырез на пышной груди низкий, а так очень хорошая женщина. Может даже из благородных. Было что-то у нее в осанке и во взгляде такое… покровительственное что-то.
Я вежливо поздоровалась. Она тоже, цепко оглядывая меня с ног до головы.
— Милая моя, ты знаешь, что ты настоящая красавица? — вкрадчиво начала она. — Глаза и губы выразительные, фигурка ладная. Приодеть тебя только, да причесать по-другому, поднакрасить, и цветок, дивный цветок!
Я покраснела от
